Страница 64 из 96
Гилем прекрасно знал, где находились снежные цветы. Помимо пещеры, куда вел их Айон, они рассеяны по всей пустоши. Однако их придется выкапывать, а повредить лепестки значит испортить материал для снятия проклятия. Он посмотрел на госпожу Марил и Сину, потом на Рису. Книгописец уже знал, что они задумали. Для него это не было секретом. Слишком банально. К сожалению, ему не сложно предсказать и то, что задумал Илай. Гилем не знал, на чью сторону должен встать. И пусть его сердце искупается в вине от предательства лучшего друга, но ему еще нужен Айон для возвращения Редлая.
— В этой пещере находится снежный цветок, – произнес равнодушно Айон.
— Никогда бы не подумал, что мы настолько просто получим его, – Азель покачал головой и выдохнул. – Даже меня можно чем-то удивить в этой жизни, – он посмотрел на Гилема. – Тогда срывай его и..
В следующее мгновение глаза Илая загорелись ярким светом, ослепляя всех. Татуировка его истлела мгновенно. Все происходило так быстро, что лишь Азель оказался в силах успеть за его действиями. Илай вознамерился сжечь все снежные цветы в пещере и на пустоши. По этой причине он молчал, концентрируя силу в круге, это одна из способностей, которая была присуща еще его искре. И ему это почти удалось. Волна жара потянулась и растопила тысячелетние ледяные покровы. В одно мгновение пустошь стала лугом с пожухлой травой, на которой тут и там мерцали цветы, чем-то похожие на колокольчики, только с синими лепестками, мерцающие белым.
Часть из них испепелилась под силой Илая, но многие выстояли. Азель быстро окинул всех взглядом, не понимая, кто же виновник их спасения. Но горящие фиолетовым глаза Гилема все ему рассказали.
— Ты! Предатель! – закричал Илай лучшему другу. – Не прощу! – за его спиной появился один из клинков и направился в сторону Гилема.
Быстрее всех среагировала Сина. Она точный ударом трезубца уничтожила клинок, однако Илай предсказывал такое стечение обстоятельств и запустил в свете первого лезвия второе. Хоть и меньшее по размеру, оно причинила его девушке невероятную боль. Она ударом руки разбила его на осколки и воткнула свое оружие в землю. Она смотрела на солнцеподобного с презрением.
Илай же побледнел от страха. Он и в самом ужасном сне не мог представить подобное. Он сделал шаг к ней, но почувствовал, как его руки и ноги весят тонну. Не смотря на силы солнцеподобного, Илай упал на колени, еле-еле поднимая голову вверх. Над ним стояла госпожа Марил с ярко-горящими оранжевыми глазами. Его пламя закончилось.
— Вторая истина. Печати краской Богини пламени. Знак гор. Знак темноты, – гневно произнесла она. – Как же низко ты пал! Ты атаковал своего лучшего друга. Ты подверг весь мир опасности! Я думала, ты все понял!
— Оставь свои нотации при себе, – рыкнул на нее Илай. – Мне плевать на вас всех, – он ответил с такой грубостью, что все охнули. – Я. Не. Позволю. Вам. Убить. Сину, – он опустил голову.
— Тебе придется смириться, – Сина бросила это ледяным тоном. – Почему ты даешь слабину? Мы должны спасти мир. Всех. Ты можешь стать героем. Войти в историю, как тот, кто защитил Виарум. Моя любовь будет жить. И дело мое. И..
— Дорогая, прости.. но все, что ты говоришь, бред, – он говорил шепотом, не в силах поднять голову. Хоть его голос и был ровным, слезы капали на траву. – Ты умрешь. Уйдешь. А я останусь. И моя любовь к тебе умрет. Никто ее не вернет. Я буду мучиться намного дольше, – его голос стал громче. – Я не хочу быть героем. Я простой фермер. Не солнцеподобный. Не спаситель Виарума. Я – Илай, – он поднял глаза, и вместо слез из них шла кровь. – И я.. не герой. – кожа на щеках потрескалась. – Разрушение искры.
— Нет! – закричала госпожа Марил.
Свет, что излучал Илай, окрасился в алый. Его тело стремительно разрушалось. Азель понимал, что он сейчас единственный доступный солнцеподобный. Без Леи, которая заперта печатью, в течение суток они никого не найдут. Илай не собирался причинять кому-то вред. Это был его запасной вариант, чтобы не позволить им лишить его чувств и превратить в полноценного представителя своей расы. По его телу поползли знаки: это госпожа Марил пыталась ими остановить неминуемое разрушение. Азель же уперся взглядом в Айона, понимая, что смерть Илая приведет к кошмару наяву и заставит пойти на ужасные вещи.
Принц уловил и его мысли и то, как Азель положил руку на шпагу. Однако он опустил взгляд на Илая и прошептал.
— Вторая Истина. Архитектор Тысячи Мостов. Путеводное пламя.
В следующее мгновение с оглушающим ударом, что уничтожил всю гору разом, он впечатал свой кулак в грудь Илая. Несмотря на то, что его правая стопа разрушилась, искра его сохранилась.
Азель отпустил эфес шпаги и посмотрел на госпожу Марил, которая накладывала на солнцеподобного целую серию знаков. Теперь он не мог говорить, один глаз закрыт, рот тоже, руки подняты, словно кто-то подвесил его на цепях. Кровавые слезы продолжали течь, дыхание было редким. Он с ненавистью смотрел почему-то на Гилема. Вероятно, он искренне не понимал, как его лучший друг мог предать его и не сопереживать. Ведь он также потерял Редлая и теперь встал между спасением Сины и ее смертью. За его спиной вырос каменный столб и его плотно прижало к нему. Илай был полностью обездвижен. Все посмотрели на Рису.
— Дорогая, твоя очередь, – Азель с печалью окинул ее взглядом. – У нас не так много времени, Риса.
— Какой кошмар, – сказала она строго. – Это просто ужас. Я.. – она посмотрела сначала на Илая, потом на Сину. – Я должна отобрать любовь у друга, чтобы умерла подруга. Знаете, я приняла решение. Если все удастся. Я ухожу. Мне такое не надо. Ни вписывайте меня в имена героев. Это не победа. Это поражение.
— Риса, прошу, – Сина поджала губы. – Я устала. Я смертельно устала от всего. Сколько можно мне убеждать вас в своей решимости? Вы хотите еще больше испытать меня? Я больше не могу, – она заплакала.
— Я.. – слезы тоже потекли из глаз Рисы, и она всхлипнула, начиная идти к Илаю. Он смотрел на нее с ненавистью. Он никогда не простит ее за это. Впрочем, как и она себя. – Вторая истина. Искры Великой кузницы. Единство.