Страница 46 из 96
Она успела лишь встать в боевую позу, чуть пригнувшись и выставив оружие перед собой, как Синделай кинулся в атаку. Леа попыталась перерезать ему горло, пока тот бежал к ней на огромной скорости, однако он без труда увернулся. Подножка тоже не сработала. Оборотень уворачивался в самый последний момент, но у нее никак не получалось его подловить. Они схлестнулись в битве на клинках. И Леа не могла не признать, что Синделай не отставал от нее в скорости и ловкости. Предсказать его удары все так же не составляло труда, однако зацепить не получалось. Вероятно, тот использовал паутину как новые точки опоры для движений. Оборотень подключил еще свои шесть конечностей и, дернув одной из них, заставил Лею напороться на свое лезвие, оставив небольшую рану на плече. Значит, помимо того, чтобы координировать свои движения, он мог управлять и ее телом, подталкивая к ошибкам.
Леа хмыкнула и подняла руку в небо, щелкнула пальцами, и вокруг нее закружилось торнадо из пыльцы. Синделай распахнул глаза, когда увидел, как паутина вокруг навигатора в радиусе трех метров таяла, словно масло под солнцем. Она рассеяла его способности.
И тогда, чтобы не терять последнюю инициативу, Синделай направил всю паутину вверх и укрыл их плотным покрывалом, лишая последнего света. Он заметил, как на лице Леи промелькнула растерянность, и решил атаковать. Хоть и все нити сейчас использовались для создания кромешной темноты, он рискнул напасть в открытую. Как паук, он отлично ориентировался во тьме. И его удивление скрыла лишь тень, когда ему удалось скользнуть лезвием по ноге и предплечью Леи. Он в экстазе от удачи собрался тут же отрубить ей голову, но яркий свет ослепил его и отбросил назад.
— Грязные уловки, – фыркнула Леа, – на мне не сработают.
— Так вот оно что.. – прошептал Синделай. – Как он и говорил, ты зависишь не от света или собственного пламени, а от.. – он поднимает голову вверх, – неба.
— Что? – лицо Леи вытянулось.
— Значит, чтобы лишить тебя твоей способности – ориентации в пространстве – необходимо закрыть небо, – он опустил глаза на пораженную Лею. – Я не хотел использовать это до прибытия Саргона, но выбора мне не оставили. Скорее всего, они знали, что так будет. Впрочем, неважно.
— Кто они?! Тут же лишь Зак, – рыкнула Леа.
— Великий пожар. Тень совести падшего дракона. Срывая плащ ночи, – ледяным голосом проговорил Синделай.
От услышанного Леа уже не могла сдержать панику. А от увиденного замерла на месте. Синделай запустил в небо один из своих кинжалов, и тот распорол его, как ткань. В разрезе сияла черная пустота. Складывалось впечатление, словно Синделай решил покромсать покрывало, а не само ночное небо. Разрез все расширялся по мере того, как кинжал двигался от севера к югу. Тело Леи перестало светиться. Синделай не своим умом догадался, что ее основная сила связана со звездами. Хоть с ней и остался пожар, но основная боевая способность, которую Леа развивала все луны на Пятом материке, стремительно теряла актуальность и возможность реализации. Она пыталась сохранить пламя для минимизации риска в битве с Закариасом, но сейчас согласна с Синделаем – хранить силы равносильно смерти.
Но как только она сконцентрировала силы для атаки, ледяной ужас сковал ее. В разрезе, который оставил кинжал оборотня, Леа увидела глаз. Настолько знакомый и пугающий, что Леа выронила кинжалы. Для каждого существа в Виаруме есть «неподходящий» противник. Даже для Архитектора, Саргона и Азелина. Просто чем могущественнее ее обладатель, тем меньше список потенциальных врагов. Для Леи он был всего один, если не считать стражей. И спутать его с кем-либо еще невозможно.
Огромные когти схватились за границы разреза и потянули в стороны. Такой монстр не мог пролезть в небольшую щель, что предоставил ему Синделай. Оставалось задаваться вопросом, каков предел его способностей, раз для сражения с ней он призвал:
— Рат..
Меладея смотрела на появляющегося дракона ночи распахнутыми от шока глазами. Так вот чем собирался сражаться с ней Синделай. Как и все драконы, Рат погиб еще на Великой Войне, и все знали каким образом. Его возвращение не понятно и ужасающе. Логично, что пока существовало ночное небо – Рат не исчезнет. Он, как прообраз самой природы, не мог исчезнуть навечно. То же самое касалось и других драконов – всех, кроме Грисдиса. Он разрушил свою искру, как человек, ввиду своих сил. И если Меладея владела только половиной пламени красного дракона, то появляющийся перед ней Рат, вероятно, находился на пике своего могущества. Проблема лишь в том, что Леа не могла победить его чисто технически. Все ее силы шли от навигации по небу, а ночью еще и по звездам.. Одна из самых простеньких способностей Рата – менять расположение звезд.
— Я рад, что вы не скрываете своих истинных эмоций, – Синделай улыбнулся. – Я уничтожу вас всех. Ваше время прошло.
— Вот подонок, – прохрипела Леа.
— Я ждал долго, – раздался знакомый писклявый голос Рата. – Я ждал так долго, чтобы отомстить человечишкам, – голова дракона пролезла в разрез, следом показалось его туловище и хвост. Знаменитые крылья, что сливались с небом, распахнулись над всей столицей четвертого материка, – теперь никто не помешает мне стать Королем Драконов и подчинить Виарум.
— Не расслабляйся, селедка, – фыркнула Леа. – с момента твоего предательства Брэмом и Катаокой прошло больше полутора тысяч лун. Азелин все еще жив и все еще способен свернуть тебя в раковину моллюска и заделать новое созвездие. Тем более перерождение Архитектора на нашей стороне и скоро овладеет костром. Рат, прими верную сторону сейчас, иначе снова отправишься в небытие.
— Я не принимал сторону Катаоки и Брэма, я был обманут! – злобно ответил Рат. – Больше я не доверяю людям. Я убью вас всех. Вот и все. На этом я.. – и неожиданно он застыл с открытым ртом.
— Достаточно разговоров, – ледяным тоном бросил Синделай. – Давайте закончим с этим. Мне еще на третий материк лететь.
— Подонок, я.. – Леа нахмурилась.
— Великий пожар. Тень совести падшего дракона. Личность дракона, плащ ночи, – сложив руки вместе, спокойно проговорил Синделай.