Страница 94 из 214
Маати сжал губы и отвернулся. Он выглядел таким пристыженным, что Лиат стало безразлично, что подумает островитянка, которая следила за ними из своего закутка. Маати мягким движением высвободил ладонь. Рука Лиат повисла вдоль тела как плеть.
— Он узнал? – тихо спросила она. – О том, что случилось?
— Я рассказал, – ответил Маати. – Должен был рассказать. Думал, он вернется к тебе.
— Нет. Не вернулся.
— Боишься, что Вилсин нашел его?
— Амат сомневается, что Вилсин на него нападет. Ему это невыгодно. Скорее Итани не хочет нас видеть.
Маати рухнул на скамью и схватился за голову. Лиат села рядом и обняла его за плечи невредимой рукой.
Итани ушел. Она его потеряла. Это ясно как день. Лиат положила голову на плечо Маати и закрыла глаза, отчаянно страшась того, что и он ее покинет.
— Дай ему время, – прошептала она. – Ему нужно время подумать. Все будет хорошо.
— Не будет, – ответил Маати. Не сердито, не горько, а самым обычным тоном. – Все будет плохо, и я ничего не могу с этим поделать.
Лиат закрыла глаза, чувствуя подъемы и спады его дыхания, точно волны, накатывающие на берег. Он повернулся и сжал ее в объятиях. Плечу стало больно, но Лиат скорее прокусила бы себе язык, чем пожаловалась. Она гладила Маати по голове и плакала:
— Не бросай меня! Я не перенесу, если потеряю вас обоих.
— Я скорее перестану дышать, – ответил Маати. – Клянусь, я скорее умру, чем тебя брошу. Но мне нужно разыскать Оту-кво.
Мучительные, но чудесные объятия раскрылись, и Маати встал. Его лицо было серьезно, почти мрачно. Он взял Лиат за руку:
— Если Ота-кво.. Если вы не помиритесь.. Лиат, без тебя я буду не я. Моя жизнь не принадлежит мне одному – у меня долг перед Хайемом и даем-кво, – но ту часть, где я вправе решать, я хочу разделить с тобой.
Лиат сморгнула слезы:
— Ты останешься со мной? Не с ним?
Маати пораженно замер. В этот миг Лиат отчаянно захотелось отменить свои слова, заставить его забыть их, но время неумолимо текло вперед. Маати снова встретил ее взгляд.
— Я не могу потерять ни тебя, ни его, – сказал он. – К какому бы миру мы с ним ни пришли, если такое вообще случится, это будет касаться только нас двоих. А то, что я чувствую к тебе.. За это я жизнь отдам – так ты стала для меня важна. Если решишь выбрать его, я навсегда буду твоим другом.
Словно холодной водой полили на ожог. Лиат немного успокоилась.
— Так ступай же. Найди его и передай, как я сожалею о случившемся. А потом, даже если его не разыщешь, возвращайся ко мне. Обещай, что вернешься!
Лишь через несколько минут Маати оторвался от нее и вышел на улицу. После его ухода Лиат села на лавку и закрыла глаза, прислушиваясь к себе, пытаясь различить отдельные эмоции в том, что ее переполняло. Вина и радость. Страх и вместе с тем облегчение. Она любит Маати – теперь это ясно. Так же, как раньше любила Итани, когда они только начинали встречаться. Лиат подняла глаза и увидела, что за ней наблюдают. В замешательстве она совсем об этом забыла.
Мадж смотрела на нее, прижав руку ко рту. В ее глазах стояли слезы. Лиат медленно поднялась и приняла вопросительную позу. Мадж прошла к ней через всю комнату, положила ей руки на плечи и поцеловала прямо в губы, чем немного смутила Лиат.
— Бедный зайчонок! Бедный глупый зайчонок. Моя очень жаль. Ты и этот мальчик.. Я глядеть на вас и вспоминать о человек, который.. об отце. Я называть тебя глупой и слабой потому, что забыть, какова юность. И я когда-то была такая же, а сейчас не в уме. То, что я сказала обидное, забираю назад.
Лиат кивнула. Она уловила извинение, хотя и не весь его смысл. Мадж ответила длинной фразой на ниппуанском. Слух Лиат выхватил только слова «опыт» и «боль». Мадж ласково погладила ее по щеке и ушла.