Страница 88 из 127
Лиси качнула головой.
- Примерное место… вот смотри, они определили старый рудник, они вскрыли заброшенную штольню, они проникли туда, и сейчас исследуют пещеры. Они даже план старых шахт стащили… есть ли в этом смысл?
- Не поняла?
- Аля, я пытаюсь думать, как Леон Штромберг. Смотри, вот он попал к источнику, он получил то, что ценнее любого золота – силу и здоровье. И был благодарен, безусловно. Но потом…
- Потом?
- Погибли две его жены, его ребенок… что он должен был делать?
Аля широко раскрыла глаза.
- Лись… ты гений! Сделать так, чтобы никто больше не погиб?!
- Вряд ли он смог бы уничтожить источник. Но безусловно, закрыть к нему доступ? А может, и уничтожить пробовал, но это вряд ли.
- То есть…
- Одно обрушенное ответвление, которое вряд ли и на картах-то числится.
- И довернцы могут до скончания века тыкаться в стены?
- Они упорные и неглупые. Если бы этот кусок земли принадлежал им, они бы там все раскопали. Но рудники леония, даже старые, принадлежат государству. А этот вообще собственность семьи Штромбергов. Не просто же так?
- Ну… леония там нет…
- Правильно. Просто земля. Просто кусок земли, на котором ничего не делается, потому что так просил Леон.
- Он… боялся что-то нарушить?
- В точку! Боялся, не хотел, старался изолировать… сейчас это просто охотничьи угодья! В которых прекрасно себя чувствуют и люди, и животные…
- И ведь не начнешь там серьезных-то работ! Он умничка!
- Безусловно! Он многое предусмотрел. Кроме предательства в своей же семье… но это дело такое, никогда верить не хочется.
Аля погладила сестру по руке. А то она не знает, о ком сейчас думает Лисёна! Чтоб ты провалился, паразит! В выгребную яму!
- У нас своя семья. И в ней предателей не будет!
- Верю. Но сейчас разговор не о нас, о Леоне. Как ты думаешь, он мог оставить след?
- Как в сказке? Порвать цепочку, и кидать серебряные звенья на дорогу? Чтобы они светились при луне?
- Примерно так.
- Я бы оставила. Не смогла бы лишить мир – чуда.
- Я бы догадалась раньше, но визит матери выбил меня из колеи. Скажи, где ТОЧНО не будут искать?
- Н-не знаю…
- А я вот знаю. Мы пробовали призвать призрак матери, пробовали с сестрами и самим Леоном. А на самом деле… надо искать там, где светлее всего.
- Не тяни!!!
- Единственное место, которое точно не проверяли – могила учителя Леона. Андре Стамм, помнишь о таком?
- Лись, ты гениальна!
- Это лежало на поверхности. А теперь надо просто поехать и раскопать могилу. – вздохнула Ларисия. – Леон не мог рассказать обо всем учителю, тот умер ДО события. Но мог что-то такое оставить в самой могиле.
- Так давай поедем, что мы теряем?
- Да ничего. А где он похоронен?
- Не представляю. Надо спрашивать Матео.
Не прошло и пяти минут, как в кабинет были призваны мужчины для военного совета.
Робин пожал плечами.
- Давай съездим. Если там ничего и не будет, мы просто потратим немного времени. Это не страшно, зато твою гипотезу проверим. Только вот Дамиан уехал, но мы можем привезти, к примеру, кость? Ему же сойдет? А приедет, позовет призрака и допросит, все времени не тратить на поездки?
Аля покачала головой. Ей казалось, что все будет намного проще.
- Едем?
Компания погрузилась в рамбиль, и отбыла в сторону - нет, не поместья Штромбергов с их склепами, а самого обычного городского кладбища Левенсберга, которое располагалось на этом месте вот уже лет двести, и на котором хоронили бедняков. Тех, у кого даже на гроб денег не было.
***
- Задачка.
- Да, - Матео чесал затылок, в надежде приманить умные мысли, но получалось плохо.
Кладбище же!
Пирамидки на могилах*, где-то деревянные, где-то гнилые, обрушившиеся, затянутые травой… да самые разные! Есть оградки, иногда их нет… сразу видно, где и какая семья. Если могилка чистая, аккуратная, ухоженная, это заметно сразу. И если никто не приходит вспомнить человека – тоже.
*- кресты в Элларе не ставят, не та вера. Там на могилках ставят четырехгранные пирамидки, прим. авт.
Где тут искать, как искать?
Хорошо еще, если имена на пирамидках пишут, а если нет?
Лисси тоже была в затруднении. А правда – КАК?
Некроманта нет, да и был бы – это ж некромант, не громкоговоритель. Орать на все кладбище, пытаясь поднять определенного духа, Клауса Штромберга, он просто не сможет. Слишком большая площадь.
А как тогда?
Ножками?
Так они и за сто лет тут все не осмотрят, молчим уж, что на пирамидках частенько имен не пишут.
- Предлагаю спросить в храме, - фыркнула Аля. – или у смотрителя кладбища, должны же тут такие быть?
Лисси почувствовала себя дурой.
С формулами ей управляться проще, а вот такие вещи… приземленные, практические – с ними намного лучше справлялась Аля.
- Тогда нам туда, - кивнул Робин в сторону маленького храма.
Туда и отправились.
Жрец, симпатичный мужчина лет семидесяти, благообразный и худощавый, с шикарной белой бородой и умными внимательными глазами, смотрел удивленно.
- Андре Стамм? Учитель Леона Штромберга? Да, я знаю, но зачем?
Матео улыбнулся. Развел руками.
- Мы сами не уверены, но мы ищем ответ на вопрос. Может быть, мы сможем его найти.
Жрец пожал плечами.
- Ищите. Это несложно, от храма вам надо идти налево и на четвертом повороте опять налево. Не ошибетесь, у него единственная каменная пирамидка. Остальные там уже где подгнили, где попадали.
- Каменная? – уточнил Робин, переглядываясь с Лисси.
- Да. Ученик поставил, тот самый Штромберг. И ведь как делали, сколько лет уже стоит! И памятник, и ограда… Правда, недавно какие-то вандалы памятник своротили, но мы его честь честью на место поставили.
- Своротили? – побледнела Аля.
- Да, они несколько могил вскрыли, непонятно – зачем? Гробы бросили открытыми… негодяи!
- Мы все равно сходим, посмотрим, - решила Лисси. – Вы же восстановили памятники?
- Да, конечно. Прихожане постарались.
- А вот это еще от нас. Мало ли, оградку поправить, или покрасить что придется… - Робин аккуратно положил кошелек с деньгами рядом с рукой жреца.
Кошелек приятно звякнул, Робин не поскупился, и монеты там были золотые. Тяжелые…
Жрец, кажется, оценил, и расплылся в благодарной улыбке.
- Может, проводить вас?
- Мы сначала сами сходим, - решил Робин, переглянувшись с Лисси. – а уж если не найдем, тогда… можно?
- Конечно-конечно. Я тут еще долго буду. Удачи вам, чада.