Страница 62 из 127
- Лись, хоть ты и ментат, но в людях не разбираешься, - фыркнула Аля. – Ясно же, это не твой глист! Этот – нормальный. Нам подходит, берем в семью!
- А меня? - Матео убедительно изобразил горного котика, сложил лапки и захлопал ресничками.*
*- нет в этой вселенной котика из Шрека, поэтому – белая шерстка и желтые глазки. Прим. авт.
- И тебя берем, авось, и пригодишься, - Аля сразу поняла, что эти двое – вроде нее и Лисёны, друзья навек, таких разлучать и нельзя. Жаль, ей Матео совершенно не нравится, не в ее вкусе. Но ничего, будем дружить сначала сами, а потом семьями.
- Чай подан! – провозгласил Хью, который успел вернуть на место лопату, и решил зайти в библиотеку. И тут же зацепился взглядом за Робина, у которого на коленях сидела Лисси. – Оххх!
- Мы женимся, - без подготовки обрадовал старика Робин.
- Бздыннннн! – ответил поднос. Аля запрыгнула на диван, уворачиваясь от брызг кипятка из безвременно почившего чайника.
- Радость-то какая!
Матео тоже за себя порадовался. Мог бы и поближе подойти, а у него дивана нет, ему прыгать некуда. Точно бы ошпарился…
И пошел по такому поводу варить кофе. А что?
Вино им нельзя, обоим, девушки поймут, значит – кофе и сладости!
***
- Надо бы родителям сообщить, - спустя час в гостиной (в библиотеке сейчас отмывали все, до чего долетел чай, варенье и выгребали осколки) состоялся военный совет из пяти человек. Хью тоже пригласили, все равно будет в курсе, так чего тянуть? Он про родителей и сказал.
- Моим – не надо. Я совершеннолетняя, сначала поженимся, а уж потом и сообщим, - отрезала Лисси. – Не хочу никого видеть!
Аля медленно кивнула. Хью понял, что не все так просто, да и читал он про Эрдвейнов, так что…
- Значит, Лейтнерам сообщим, что сын женится, но без подробностей, - согласился Матео. – Пусть еще раз на свадьбу и приезжают.
- Так ведь организовать же! И гости, праздник, торт, платье… - заикнулся Хью.
Все четверо только что не у виска пальцем покрутили.
- Зачем?
- Не хочу.
- Вот еще не хватало!
- Единогласно, - подвел итог Матео, – я думаю, сходят у нас молодожены, да и зарегистрируются. И в храме церемонию проведут. Мы – свидетели.
- Да, и гостей не надо. Здесь самых близких соберем, с ними и отметим, - кивнула Лисси. – Я пышную свадьбу никогда не хотела.
Робин выдохнул.
Он тоже не хотел, не с его шрамами, но вдруг Лисёнок бы сказала, что надо… нет? Отлично, ему уж точно не надо!
Он этим с Сарой по горло сыт был! Когда невеста привезла его к элитному голубятнику и стала цвет и количество птиц согласовывать на свадьбу, бедняге самому улететь захотелось! Но свадьба не может обойтись без белых голубей, которых должны выпустить в небо то ли новобрачные, то ли их родители… А меню? А гости? Да паршивые приглашения – и с теми столько проблем было, дешевле было до каждого своими ногами дойти и пригласить! А то цвет карточки не тот, оттенок чернил, завитушки на буквах…
Неужели и правда можно без этого?
- У меня родители, братья и Хью. Тео – это обязательно.
- У меня Аля, тетушка Лина и тетя Астрид. И все.
- Нам достаточно, - согласился Робин.
Хью пожал плечами – и промолчал.
А что?
Если дети довольны и счастливы, он к ним со своими инициативами тоже лезть не будет. Пусть хоть крыс заводят, хоть по потолку ходят – только пусть будут живы, здоровы и своих детей наделают! И побольше, побольше! Что ему еще нужно?
***
Дамиан как раз перетряхивал чемоданы, когда в дверь его покоев постучали. Гвардейцы не помешали, значит или отец, или Базиль.
Странно.
Отец обычно звал Дамиана к себе, Базиль предпочитал присылать записки со слугами… а, ладно! Дамиан махнул рукой и пошел открывать дверь.
На пороге стоял Базиль.
- Проходи, - кивнул старший брат. – Выпить хочешь?
Базиль качнул головой.
- Нет. Не идет.
- А если попробовать? – Дамиан разлил арценте в два бокала, один протянул Базилю. – Залпом, как лекарство.
Базиль послушно выпил, и даже не пошатнулся.
- Как вода идет. А чего покрепче не хочу, опасно.
- Могу лекаря позвать, пусть усыпит.
- Тоже не хочу. Кошмары сниться будут.
Дамиан сочувственно кивнул. У него, маленького, тоже часто бывали кошмары, когда сила пробуждалась, когда звала к себе, тревожила сны холодными липкими щупальцами тени… лет до десяти он спал в родительских покоях. И отец вставал к маленькому Миану, успокаивал его, сидел рядом, или обнимал сына, притягивал к себе под бочок, так они могли вместе заснуть на удобной кушетке, накрывшись старым пледом…
Лидия чаще возилась с Базилем, но у того и кошмаров, считай, никогда не было. Вот и оказался брат перед ними беззащитен.
А сейчас особенно…
Дамиан понимающе кивнул.
- Если хочешь, поспи у меня. Места хватит, а я постерегу твой сон.
- Спасибо.
Базиль на такое предложение не рассчитывал, но обрадовался. А к кому вот так пойдешь? К невесте? К любовнице?
Не та степень близости, знаете ли… не хотелось ему открывать душу перед Валентиной, а перед любовницей – тем более. Балерина, конечно, воздушная, очаровательная, изящная, но такая тупая, что рядом с ней полено – профессор лесоведения. Все ее способности – танцевать и спать с мужчинами, а этого как-то маловато.
Как так получается, что Базиль может пойти только к брату? Которого он всю жизнь терпеть не мог?
- Я до сих пор не понимаю – почему? – оказывается, последние слова Базиль произнес вслух, и Дамиан отреагировал. Толкнул брата в кресло, налил еще арценте. А чего?
Это сейчас не алкоголь, а лекарство.
- А, просто так, - сообщил Базиль. – Тебе все так легко удавалось, и учился ты играючи, и отец тебя постоянно хвалил, и вообще… а я всю эту кухню просто ненавижу! Понимаешь? Тошнит меня от ваших бумажек! И от отчетов, от управления, от всего этого… гадость!
Дамиан понимал, а чего?
- Так мы квиты. Тебе от бумажек плохо, мне от балета! Или театра, оперы, вообще всего вот этого, художественного!
- Серьезно?
- Я просто старался не показывать, нельзя же! Принц обязан во всем этом разбираться, ну, хотя бы знать и не хлопать глазами, отличать Ленгарда от Лейсгарда, хотя как по мне – обоих бы притопил! И чтобы не всплыли!
Базиль даже фыркнул, так возмущенно выглядел Дамиан, жалующийся на поэта и музыканта. Хотя чем были виноваты бедолаги, которые умерли лет за сто до его рождения?
Только своим творчеством!
- Смешно тебе! А я их всю сознательную жизнь путаю, кто пел, кто плакал…