Страница 123 из 127
Глава 19
***
- Ваше величество, умоляю меня выслушать!
Яник упал на колени перед Риберто. Король качнул головой.
- Слушаю вас, рент…?
- Циммерман ваше величество. Яник Циммерман! Меня обвинили в убийстве, которое совершили довернцы… рент Шандер Свелен…
Риберто поднял брови.
- Полиция во всем разобралась, все обвинения сняты, что вам угодно, рент?
- Ваше величество, только одно. Вот это.
На протянутой бумаге каллиграфическим почерком были выписаны шесть имен.
- Объясните, рент?
- Ваше величество, рент Свелен, конечно, был шалопаем и бабником, но откуда довернцы это узнали? И про рену Ламарр, и про все остальное? Не просто же так они использовали именно этих людей?
- Так, - заинтересовался Риберто.
- Ваше величество, я пошел с другой стороны. Мой старый друг работает в одном из банков, и именно его я попросил отследить передвижение денег. Рент Свелен закупал снаряжение для довернцев – не на свои деньги. Рена Ламарр получала подарки. Да и прокорм тридцати мужчин тоже требовал денег, и остальное…
- Так-так?
- Я отправился в банк. Мы отследили достаточно крупные переводы, а потом я принялся наводить справки по городу.
- И?
- В большинстве случаев мои подозрения не подтвердились. Но вот эти люди… деньги ведь не уходят в никуда и не падают с неба. Они всегда оставляют свой след. За эти шесть имен я ручаюсь.
- И небезосновательно, - Риберто вспомнил, откуда ему знакомы два имени.
Рент и рена Штребель.
Вот откуда довернцы узнавали так много… Астрид любила и любит посплетничать, а ее постояльцы слушали, и ловили разговоры, а может, и специально что-то провоцировали…
- Ваше величество?
Риберто поднял руку, и Яник примолк. А король кивнул на дверь.
- Списки секретарю. Арестовать, допросить, приказ мне на подпись, немедленно. Что касается вас, рент Яник, вы не останетесь без награды.
- Мне ее уже выдали, ваше величество, - вдруг улыбнулся Циммерман. – Рента Элисон вылечила Мари… рену Свелен. А мне больше ничего и не надо.
Про Свелена Риберто тоже помнил.
- Ничего? Ладно. Но дом в столице я вам на свадьбу подарю.
- Ваше величество!
- Если я правильно помню из донесений, рена – вдова. Так что вам мешает?
- Ничего, ваше величество.
- Вот и не стесняйтесь сказать ей о своих чувствах, - кивнул Риберто. – Поверьте, любовь – это счастье, которое дается немногим. И лучше не упускать ни одной минуты рядом с любимым.
Яник посмотрел на короля, что-то понял и кивнул. Явно не просто так Риберто говорит, что-то такое король для себя понял.
- Я постараюсь, ваше величество.
Риберто кивнул, и отпустил мужчину. Пусть ловят шпионов, пусть допрашивают, ему еще ноту сочинять для Доверна. Да такую, чтобы сразу все поняли, гады!
***
Небольшой храм Левенсберга сегодня был забит полностью.
Еще и на улице стояли, и на деревьях кое-кто висел. Мальчишки так даже и на фонари залезли, сколько полиция их не гоняла. Но тут ведь ТАКОЕ!
Свадьбы!
Да не одна, а две, женятся оба мага. Считай, две местных знаменитости!
А на бракосочетании присутствует король, и лично вручает невест – женихам. С отцами у них сложно, что ж, и так бывает. Не портить же из-за этого день свадьбы?
Его бы с радостью испортили Эрдвейны или Слифты, но с легкой королевской руки вся компания уже отбыла в Шалевен. Недовольство было по-королевски проигнорировано.
Могли бы постараться довернские шпионы, но и тех уже переловили. Очень помог рент Циммерман. Вот он, кстати, тут стоит, под руку с Мариной Свелен. И никто даже слова не скажет. Авось, да и сложится у них?
Вот все сотрудники Бюро, исключая Леа Даларвен. Ее все-таки уволили, а Видричу утвердили должность главы и пообещали трех практикантов из столицы. В первый же выпуск. А пока согласились поработать и Робин, и Матео.
Почему нет?
Лаборатория строится, медовый месяц будет идти своим чередом, а прогулки в горы – это так романтично.
Каролина просто светится под фатой. Ее семья успела приехать. Мать и брат стоят довольные, а брат с интересом поглядывает на Алину Вальдес. Рент Борг присутствует со всей семьей, и неподалеку от них находится его высочество Базиль. И поглядывает на Лизу.
Та отвечает ему задумчивыми взглядами из-под длинных ресниц. Картины точно будут, а что еще получится? Может, и что-то хорошее. Его величество точно сыну препятствовать не будет, особенно после того, как Валентине Зипп заменили смертную казнь на эмиграцию. Зиппам пришлось уехать из страны, а их бизнес за медяки достался Риберто.
Что ж, сами виноваты.
Покушение на члена королевской семьи, это смертный приговор. Риберто еще добреньким оказался, дал откупиться, а мог бы и Валентину казнить, и всю ее семейку в тюрьме сгноить. Никто бы и слова поперек не сказал.
Рена Шафф светится ясным солнышком. Двух жильцов она потеряла, а вот дочку, кажется, приобрела. Может, и не одну.
Аля тоже стоит неподалеку от матери, улыбается так искренне, что всем становится ясно – она счастлива. За сестру, за друзей… это же замечательно, что им так повезло! Скоро она уедет в столицу вместе с матерью, но пока ей не хочется об этом думать. Пока она просто счастлива.
Мама жива и здорова, сестра выходит замуж и счастлива… самой, что ли, влюбиться?
Но в кого?
Ладно, если матери понравился король, то дочери стоит просто так, для гармонии, присмотреться к принцу. Можно к старшему. Будет там любовь, не будет, но подружиться им не помешает.
Громадные букеты цветов притащили Лернеры и Веберы, Никлас Менгер обнимает жену и вид у них с Марией самый счастливый. Родители пока еще не до конца смирились с его браком, но вот месяцев через восемь…
Зато родители Робина и Матео не то, что смирились с браками своих детей – они счастливы, да и что им еще надо? Дети восстановились, дети радуются жизни… интересно, конечно, как им это удалось, но главное – результат, а он есть!
Элина стоит рядом с реной Астрид и тоже светится от счастья. Они с Риберто сегодня тоже поженились.
Пришли в храм потихоньку, жрецы им и отказывать не стали. Просто пока это останется между ними – и богами. Они так долго ждали своего счастья, так звали его, так мечтали… они изменились, но любовь осталась. А значит, они просто будут узнавать друг друга, все больше с каждым днем, и радоваться новым черточкам в любимом человеке. Когда любишь, принимаешь любимого таким, какой он есть.