Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 110 из 127

Все тело переполняла давно забытая азартная сила. Магия растекалась по клеточкам, привыкала, успокаивалась, начинала свою тихую работу. Матео знал – скоро у него и шрамы пройдут, и болезни, которые появились за годы в руднике, он сам подлечит… может, даже они уже лечатся. Он потом посмотрит внимательнее, сам маг воды. И Робина посмотрит, и девочек.

Явно, Ларисия что-то знала.

Но как она все это рассчитала? Или угадала?

Потом сама расскажет, когда захочет.

Кошка уверенно мчалась по холмам, Матео вытянул из воздуха немного воды, и сформировал небольшой водяной блинчик у себя под ногами. Так он мог двигаться почти вровень с кошкой, разве что сил уходило много. Но их и было много!

Ах, как же это здорово – магия!

Рамбиль?

Вот этого Матео не ожидал.

- Киса?

Киса шевельнула хвостом, направляясь к пещере. Матео последовал за ней, и увидел там человека, которого менее всех ожидал встретить в горах…

- Опппа! Рент Слифт, какая встреча!

Связанный, побитый и кажется… да, помеченный котами рент Слифт замычал через кляп.

Матео не стал его вытаскивать, или разбираться, чего там хочет от него полицейский. Лучше с разумным существом поговорить.

- Кис, ты мне его показать хотела?

- Миффф.

- Убрать его из гор?

- Мяу!

- Как скажешь. Это все – или еще есть кто-то?

- Мя, - развернулась хвостом киса, решив, что ее миссия закончена.

- Спасибо тебе огромное. А то бы так и сдох тут.

Киса в этом и не сомневалась. И сдох бы, и не жалко, но горы-то зачем портить? Тут же вонять будет, падальщики заведутся, а кому их потом ловить?

Приличная кошка себе работы не ищет. Особенно, если есть, на кого ее переложить.

Матео подумал секунд десять, а потом молча погрузил Симона в полицейский рамбиль и поехал туда, где оставил Робина и женщин.

***

- Вот чего не ждал! – удивился Робин, разглядывая прочно увязанного Великого Сыщика. Вид у Симона, конечно, был не очень.

Морда набита, ухо надрезано, но следов пыток видно не было.

- И что с ним теперь делать? – задумался Робин.

- Давай послушаем, что он скажет? – предложил Матео. – Прежде, чем развязывать?

Маги не боялись Симона, но им было откровенно некогда. Девушек бы в лечебницу поскорее доставить, и самим провериться, и кстати! А что этот Слифт здесь делал?

Так что кляп вытащили.

- Развяжите меня немедленно!

- Сейчас обратно засуну, - рыкнул Робин, глядя на Симона взглядом очень голодной виверны. – Ну-ка, разъясни мне, что ты тут делаешь? С довернцами сговорился?

- Я?! – аж задохнулся Симон. – Да это вы, вы, ВЫ!!!

Сорвало беднягу мгновенно, сказалось и нервное напряжение, и довернцы, и коты постарались, и как тут удержишься? И орал Симочка минут десять, обвиняя во всех своих бедах – кого?

Естественно, Элисон Баррет!

Она, зараза, с довернцами сговорилась, а вы с ней тоже были, значит, и вы тоже, и что теперь? Убьете меня? Убивайте, мир все равно узнает, какие вы негодяи, правду не спрячешь!

Робин и Матео переглядывались, понимая друг друга без слов.

Так вот развяжешь, а он еще что устроит? Видно же, мужик в истерике, неадекватен, агрессивен – его прикажете потом магией успокаивать? Или по всем горам ловить?

А с девушками что?

У них не так много времени!

Кисе спасибо, конечно, свалила на них этого идиота, и куда его сейчас? Хотя…

В глазах Робина мелькнули смешинки.

- Тео?

- Да, Роб?

- У меня предложение.

Симон что-то завизжал, но маги его не слушали. Кляп вернулся на место, а за руль полицейского рамбиля сел Матео, который и доставил его к участку. Там на ночь и оставил.

Прохладно, конечно, ну да ничего! Симон тепло одет, до утра долежит спокойно, а там пусть полиция со своим сотрудником и разбирается. А у них есть дела поважнее!

***

Ларисия и Элисон уже приходили в себя, но Робин настоял, и, несмотря на все уверения Ларисии, отправился в больницу с девушками. Там их достаточно быстро осмотрели, диагностировали сильное магическое истощение, и посоветовали отлеживаться, есть побольше сладкого и не перенапрягаться. Даже магией чуточку подпитать умудрились, за деньги, конечно, но леоний чудеса творит. Так что жуткая головная боль у Ларисии улеглась, да и Элисон чувствовала себя намного лучше. А раз получше, то можно и вопросы задавать.

- Лись, ты все знала? Что случится?

- Половину, - отмахнулась Ларисия. – Вторую только предполагала. Мама Лина?

Элина Баррет, которая вышла из кабинета, чуть ли не светясь от счастья, обняла сначала одну свою дочь, поцеловала, потом вторую.

- Маленькие мои! Я здорова! Совсем! И никакой нервной дрожи! Лисёнок мой, ты чудо совершила!

- Это не я. Это артефакт.

- Но ты его вычислила, нашла его… ты нам расскажешь?

Лисси кивнула.

- Обещаю. Но может, поедем домой? Робин, не надо пока не к тебе, тетя Астрид тоже наверняка волнуется, мы же как с утра ушли, так и пропали!

Робин чуточку устыдился.

Ну да, волнуется. Он в этом уверен.

- Поехали, Лись. Все верно, уже ночь на дворе…

- Хорошо еще, завтра на работу не надо.

- Да еще б тебе в таком состоянии на работу! – Робин, который лично выпросил у лекаря освобождение от работы для Ларисии на три дня (ну и доплатил немного, и что?), возмущенно фыркнул. – Я с тетей Астрид поговорю, она тебя из постели три дня не выпустит! А после свадьбы я лично прослежу, чтобы ты…

- Из постели не вылезала? – невиннейшим тоном продолжила Элисон.

- Друг, держись. Теща маг, и сестрица язва, вот ты встрял, - посочувствовал Матео.

Робин фыркнул.

Он тоже прекрасно ощущал, как магия заполняет каждую клеточку его тела, как восстанавливаются поврежденные сосуды и нервы… да, это займе много времени, но пусть! Главное – результат!

Его обожаемая Лисси выйдет замуж за мага! И не калеку! Теперь он может предложить ей союз равных, и это так замечательно…

Несмотря на позднее время, дом рены Астрид был ярко освещен. Рядом стояло несколько рамбилей, и на двери одного из них был виден королевский герб.

- Дамиан приехал? – удивилась Ларисия.

- Подозреваю, что не он, - пробормотала Элина. И выпрыгнула из рамбиля.

Еще сутки назад она готовилась распроститься с жизнью.

Сейчас она здорова, ее магия в порядке, и она может себе позволить встретиться с Риберто. Она не станет для него обузой.

Или…

Что он скажет?

Как посмотрит?