Страница 4 из 42
Глава 3
Помещение выглядело почти как обычный офис. Прямо возле нас находилась стойка администратора, за которой никого не было. Пустой высокий стул сиротливо торчал сбоку, на столешнице лежала толстая серая пыль, а прямо над ней носилась стайка жёлтых крошечных огоньков.
Я замерла и присмотрелась.
Огоньки летали не хаотично, а вились над конкретным местом, как мухи над забытым огрызком яблока. Сам огрызок, кстати, тоже имелся. Коричневый и скукоженный. Огоньки время от времени пикировали вниз, будто пытались откусить кусочек, а потом снова взмывали вверх тонкими жёлтыми искрами.
Чуть дальше стойки находилось основное рабочее пространство, более всего напоминающее полицейский участок из зарубежных фильмов: несколько столов, отделённые друг от друга невысокими стеклянными перегородками, стопки папок, кружки, чьи-то куртки на спинках стульев и ощущение вечного аврала, который начался лет пятьдесят назад и с тех пор никак не закончится.
Народу, правда, было меньше, чем столов. Многие места пустовали. Где-то лежала раскрытая папка, где-то стояла чашка с ложкой, где-то одинокий стул был отодвинут так, словно его хозяин встал на минутку и решил больше никогда не возвращаться. Прямо сейчас в комнате находились пять человек. И нет, это были не маги в высоких колпаках и мантиях со звёздами.
За одним столом мужчина в рубашке и жилете сидел с современным ноутбуком, а рядом с ним стояла старинная пишущая машинка с круглыми металлическими клавишами, которые сами собой прожимались, будто на ней печатал невидимка. Из неё торчал пожелтевший от времени лист, который, судя по состоянию, был неотъемлемой частью этого артефакта. Иначе его давным-давно сменили бы на обычный белый.
Чуть дальше худенький парень с рыжими волосами разговаривал по красивому старинному телефону с круглым диском, металлической трубкой и тяжёлым деревянным корпусом коньячного цвета. Ему самое место было в музее или в фильме, где все носят шляпы-котелки и говорят: «миссис Браун, соедините меня с конторой». К слову, никакого провода у телефона не было. Однако парень прижимал трубку к уху и время от времени что-то бубнил про какие-то артефакты для зачисток, которых надо бы доставить побольше, а то вечно кончаются.
Самое-то смешное, что на соседнем месте крепкий мужчина лет тридцати пяти с абсолютно каменным лицом играл в современный смартфон.
В отдалении возле окна суровая худощавая женщина стояла над кучей папок и, видимо, что-то искала, так как то одна, то другая папка сами собой прыгали ей в руки.
И была ещё блондинка.
Её я заметила последней, но зато сразу поняла: вот эта дама сама бы очень обиделась, узнай, что её заметили не первой. Глянцевая, ухоженная, в светлом костюмчике, с идеальными локонами и выражением лица «я тут самая красивая, поэтому имею право страдать от вашего несовершенства». При виде Велизара её глаза вспыхнули. Правда, потом она глянула на меня, насмешливо скривилась и ядовито уточнила:
– Опять замарашку какую-то соблазнил?
И если до этого момента я стояла и озиралась с открытым ртом, то тут моментально пришла в себя. Понятия не имею, как это работало, но чужая наглость всегда приводила меня в чувство.
– Ой, милый, это она, да? – сочувственно хлопнула я по плечу Велизара. – Это та навязчивая девица, о которой ты говорил? Теперь я тебя понимаю. А мне-то казалось, что ты преувеличиваешь, что она ревнует тебя ко всем, хоть ты и не давал ей повода, а ещё постоянно позорит тебя перед коллегами, так как у неё не хватает мозгов, чтобы понять, что такое хорошие манеры.
В комнате стало очень тихо. Даже пишущая машинка перестала печатать. Металлические клавиши замерли в воздухе, будто тоже хотели дослушать, чем всё это закончится.
У куклы аж рот распахнулся. Я ехидно подумала, что, очевидно, попала в цель. Похоже, она и в самом деле постоянно вела себя так, будто каждый мужчина принадлежал ей. Да и Велизара наверняка давно уже пыталась захомутать, судя по собственническому взгляду.
К слову, сам Велизар и не подумал возмущённо заступаться за куклу. Видимо, реально от неё устал.
Впрочем, от меня он тоже был не в восторге, но почему-то в покое оставлять не желал.
– Шеф у себя? – уточнил он у рыжего парня и, дождавшись кивка, бесцеремонно потащил меня через весь офис к самой дальней двери, на которой тускло поблёскивала пыльная золотистая табличка с крупной надписью “Директор”.
Пока меня вели, я продолжала озираться. Ну и грязищу они тут развели! На полу валялись бумажки, некоторые столы были густо усыпаны крошками и покрыты застаревшими следами от кофейных кружек. Пару немытых кружек я тоже заметила. И зачерствевшую надкусанную булку, над которой кружили те же симпатичные жёлтые огоньки. Если бы это были мухи, выглядело бы гнусно. А так было красиво и даже загадочно.
– У вас тут прибираются хоть иногда? – уточнила я. – Или вы специально свинячите, чтобы приманивать этих прелестных созданий?
– Что? – ахнула позади кукла. – Вы слышали?
Однако ей никто не ответил. Видимо, боялись Велизара. Я ещё при входе заметила, как на него тут таращатся. Блондинка – с голодным обожанием, а остальные так, будто только и ждут приказа.
– Никто их не приманивает, они сами заводятся, – всё-таки соизволил ответить Велизар. – Это магические паразиты.
– Ясно. Ну да, обычное дело, – съехидничала я.
Забавно, что вопрос про уборку он проигнорировал. Видимо, маги считали ниже своего достоинства прибираться. Наверное, у них не было заклинаний чистоты. Или в офисе нельзя было применять магию, чтобы не сбить работу приборов, а обычную уборщицу сюда, понятное дело, не пускали.
Кабинет директора оказался большим и неожиданно скучным. Массивный стол, шкафы, папки, настольная лампа, графин с водой и запах старой канцелярии. Где свечи? Где череп с рубиновыми глазами? Где хотя бы хрустальный шар на подставке?
Хозяин кабинета сидел за столом и на мага не походил от слова совсем. Это был суровый мужик лет пятидесяти, с тяжёлым взглядом и лицом человека, который умеет увольнять одним движением брови. Одет он был в обычный коричневый костюм. На галстуке виднелось пятно. То ли от соуса, то ли от волшебного зелья.
– Нашёл, значит! – Директор оживился, подался вперёд и начал рассматривать меня, будто редкое насекомое. – Отлично! Что ж, милая моя, тебе повезло! Ты ведь наверняка в детстве любила сказки и хотела оказаться в одной из них? Твоё желание осуществилось!