Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 26 из 42

Глава 22

Спать своего новоиспечённого “парня” я уложила на диван. Ночь прошла на удивление спокойно. В этот раз не мерещились ни постукивания в стекло, ни шаги.

Утром я проснулась раньше Велизара. Он вплыл на кухню, когда я уже успела привести себя в относительный порядок, сварить кофе и налить его себе в кружку. Я была заспанная и мрачная, а он… омерзительно прекрасен. Ни кругов под глазами, ни помятого лица, ни следов тяжёлого дня.

– Ненавижу, – честно сообщила я.

– Доброе утро, – невозмутимо отозвался он.

В офис мы снова явились раньше всех. Велизар пояснил, что ребята из ночной смены как раз в это время уходят домой переодеться, а потом возвращаются. Раньше, когда сотрудников было достаточно, после дежурства можно было отсыпаться, но сейчас приходилось держать группу почти в полном составе.

– А как же они после ночной-то смены?

– Есть амулеты бодрости. Отличная штука на такие случаи.

После этого Велизар снова ушёл на склад. Правда, в этот раз соизволил пояснить, что ищет один из артефактов, о котором нашёл упоминание в старых отчётах. Вроде как тот позволял выявить истинную сущность даже на расстоянии. Но склад был огромный, поэтому найти артефакт пока не получалось.

Едва он ушёл, я устроилась за стойкой и тихонько позвала:

– Доброе утро, ребята.

Огоньки тут же рванули ко мне из всех углов и заплясали над головой.

– Доброе утро! А мы вчера за тобой присматривали после работы. Ты же не в обиде? Мы волновались за тебя!

Я нервно хмыкнула. Ну отлично. Вчера за мной ещё и огоньки шпионили.

– Не волнуйся, нас никто не видел. Мы теперь умеем скрывать себя!

– Что интересного заметили? – уточнила я со вздохом.

– За тобой следили горгульи. Много. Но издалека. И...

– Эвелина шла следом. Это я в курсе.

– Да. Ещё начальник ваш тоже издали присматривал. Он закрывался щитом, но ты нас сделала невосприимчивыми для чужой магии.

Они послали мне картинку с суровым шефом, гордо стоявшим на краю одной из крыш.

– Ого. А вот этого я не знала...

А шеф-то, похоже, волнуется за меня. Или же решил проконтролировать нас с Велизаром – убедительно ли мы играем роль влюблённых. Либо же боялся, что на нас могут всё же напасть.

Была, правда, ещё одна мыслишка...

– Он был один или вместе с горгульями?

– Один! Они его даже не замечали.

Уф, отпустило. А я-то уж испугалась...

Потом начали приходить остальные. Причём почти одновременно с шефом. Все мрачные, злые, невыспавшиеся. Фарид жевал что-то механически, без прежнего наслаждения. Рузиль выглядел так, будто даже амулет бодрости плюнул на него и уволился. Эвелина молчала, что тревожило сильнее любых её визгов. Остальные тоже были не в настроении.

И хоть, по идее, сейчас вывести их на эмоции было проще простого, мне почему-то не захотелось паразитировать конкретно на этом их состоянии.

Ну нет. Сначала я их, пожалуй, взбодрю и приведу в чувство.

Какая-нибудь милая неопытная девчушка на моём месте наверняка начала бы щебетать что-то доброе и поддерживающее, стараясь поднять всем настроение. Но я не такая. Я точно знала, как нужно работать, чтобы из состояния мрачной злости перевести человека в лёгкую позитивную взбешённость.

Я как бы невзначай выставила свою небольшую дамскую сумочку на стойку и мысленно попросила огоньков:

– Все ко мне! Таинственно вьёмся над сумкой, будто там что-то вас сильно притягивает!

Огоньки обрадовались так, будто каждое задание было для них маленьким праздником. Через пару мгновений над моей сумкой уже кружилось сияющее облачко, которое увеличивалось с каждой секундой, поскольку из всех углов к сумке неслись всё новые огоньки.

Фарид первым поднял голову.

– А что у тебя там?

Я вздрогнула и, схватив сумку со стойки, прижала её к себе.

– Ничего!

Сказала слишком быстро. Именно так, как говорят люди, у которых там точно что-то есть.

Мужчина в жилете тут же заинтересовался:

– Ничего? А почему паразиты на неё слетаются?

– Не знаю! – Я переставила сумку на другой край стойки и нервно улыбнулась.

Огоньки тут же дружно перелетели за ней.

– Это что ещё такое? – буркнула Эвелина.

– Обычная сумка, – заверила я с видом типичной мошенницы. – Честно-честно.

Огоньки всё веселее вились над сумкой, словно сияющий смерч.

– Говори! – потребовала сухопарая женщина. – Впервые такое вижу!

– ДА НИЧЕГО ТАМ НЕТ! – проорала я истерично, после чего панически схватила сумку и сунула её под свитер в районе живота.

Огоньки тут же начали виться надо мной, а я уселась за стойкой с весьма напряжённым лицом человека, который пытается делать вид, что всё совершенно нормально, когда вокруг творится сущее безумие.

– У неё там что-то вкусное? – предположил Фарид, кивнув на булку в своей руке.

– Нет… наверное, что-то протухло, – мрачно предположил Рузиль. – Всё всегда протухает.

– Или какой-то артефакт, притягивающий паразитов, – задумался мужчина в жилете. – Такие бывают?

– Может, заставим её вывернуть сумку?

– Ага, сама объяснишь это Велизару!

Минута – и все так взбодрились, что словами не передать.

– Мне на минуту в туалет, – сдавленно выдохнула я и шмыгнула в дамскую комнату. Огоньки ринулись за мной.

Там я закрылась на шпингалет, беззвучно расхохоталась и мысленно сказала им:

– Всё, разлетайтесь, будто то, что вас притягивало, исчезло.

На рабочее место я вернулась с весьма загадочным видом и демонстративно поставила сумку на стойку. Огоньки снова разлетелись по офису.

Разумеется, это только подогрело интригу.

– Она избавилась от этой штуки!

– Может, смыла в унитаз?

– Но что это вообще могло быть! Давайте спросим у машинки, она знает все ответы!

Вот тут я напряглась. Эта старинная машинка знает все ответы?!

– Шеф запретил использовать её в своих целях, только для работы...

– А мы для работы! Вдруг наша новая сотрудница что-то опасное пронесла?

– Ребята! – мысленно завопила я огонькам. – Срочно вселяйтесь в машинку! Она не должна выдать ответ!

– Есть!

– Машинка, что в сумке у нашей новой сотрудницы Сони свело паразитов с ума? – решительно спросила Эвелина.

Машинка неожиданно затряслась, заставив всех дружно ахнуть. Видимо, такое они видели впервые.

– Что с ней?! Она что-то написала?

– Чпокчмакчук, – с трагическим пафосом зачитала Эвелина. – Что это значит?