Страница 67 из 88
— И что же ты ответила княжне? — спросил я, с трудом сдерживая улыбку.
— А что я могла ответить? — развела руками Марго. — Сказала, что Михаил ещё не закончил кадетский корпус и о женитьбе пока не думает. Она заявила, что готова ждать. Даже три года! И попросила разрешения встречаться с Мишэ.
— А что Миша? — спросил я.
— Мишэ в ужасе, — рассмеялась Марго.
— Я не собираюсь потакать капризам взбалмошной девчонки, — насупился Мишэ, не на шутку раздосадованный рассказом сестры. — Я же просил тебя, Марэ, больше не упоминать о ней.
— Хорошо, Мишэ, больше не буду, — примирительно сказала Марэ.
Однако конец этой забавной на первый взгляд истории приобрёл совершенно серьёзные последствия.
Через неделю ко мне примчался посыльный от княгини Долгорукой с мольбой срочно приехать к ней. Обеспокоенный столь срочным вызовом, я стал собираться. Катерина настояла на том, чтобы ехать со мной. Мы прибыли так быстро, как только смогли.
Я, как обычно в сопровождении своей охраны, буквально ворвался в гостиную и застал следующую картину. В гостиной сидели Марэ с Мишэ, который приехал в свой выходной к сестре, князь Белогородцев с супругой и их дочь Прасковья. Маргарита была напряжена, а Мишэ — просто испуган.
Князь Белогородцев, увидев, кто приехал, немного побледнел. Его жена уставилась на меня неподвижным взглядом и замерла. Единственная, кто чувствовал себя прекрасно, была княжна Прасковья. Надо признать, она была очень симпатичная и обещала в скором времени превратиться в очаровательную девушку.
Судя по виду родителей, моя фигура в петербургских кругах не пользовалась популярностью в хорошем смысле этого слова.
Князь Белогородцев кашлянул, набираясь смелости.
— Ваше сиятельство, — начал он, — мы, признаться, в некотором замешательстве. Наша дочь… — он бросил взгляд на Прасковью, которая смотрела на Мишэ с обожанием, — наша дочь проявила к княжичу Михаилу неожиданный интерес и совершила опрометчивые поступки. И мы хотели бы… как-то урегулировать этот вопрос. Придать отношениям более официальный характер.
Княгиня закивала, не сводя с меня глаз.
— Понимаете, — добавила она, — в обществе уже начинаются разговоры. Княжна слишком открыто проявляет свои чувства. Это может повредить её репутации.
Маргарита, до сих пор молчавшая, подала голос:
— Господа, вынуждена поставить вас в известность. Наш отец, князь Али Баташев, полностью доверил опеку над Михаилом князю Иванову-Васильеву. Все решения, касающиеся будущего моего брата, принимает только он.
Все взгляды обратились ко мне. Я молчал, разглядывая Прасковью. Та, впрочем, не выглядела смущённой — скорее, настороженной.
— Княжна, — сказал я наконец, — вы действительно хотите стать женой черкесского князя?
— Хочу, — твёрдо ответила она.
— И готовы принять магометанскую веру? Жить в родовом селении Баташ? — продолжал я. — Без балов, без светских раутов, без парижских мод? Ваша жизнь будет состоять из дома, детей и редких выездов в соседние станицы, аулы и Пятигорск. Вашими подругами станут казачки и горянки. А единственным развлечением — верховая езда да охота.
Прасковья слегка побледнела.
— И ещё, — добавил я, — вы будете обязаны уважать обычаи мужа. Носить скромную одежду, не появляться на людях без сопровождения, подчиняться старшим в семье. Готовы ли вы к такому?
— Но… — начала было княжна.
— Вы думали, что замужество — это сплошные балы и восторженные взгляды? — перебил я. — Жизнь на Кавказе сурова. И не всем она по нраву. Ваши родители, наверное, представляли для вас иную партию.
Князь и княгиня переглянулись, но промолчали.
— Я… я подумаю, — тихо сказала Прасковья, опуская глаза.
Впервые за всё время она выглядела растерянной.
— Вот и подумайте, — кивнул я. — А пока… не будем торопить события. Михаил ещё не закончил кадетский корпус. У него впереди учёба в университете. А у вас — время для размышлений.
— Мы согласны, — поспешно сказал князь. — Дочь, мы едем домой.
Прасковья поднялась, бросила последний взгляд на Мишэ и вышла вслед за родителями.
В гостиной повисла тишина.
— Пётр Алексеевич, — прошептал Мишэ, — вы… вы её напугали. Хвала Всевышнему, хоть что-то её пугает.
— Это не я её напугал, — ответил я. — Это реальность. Ты — не петербургский хлыщ. Ты — сын гор. И жить тебе на Кавказе. Не нужно обманывать девушку пустыми надеждами.
— Но она может согласиться, — робко заметила Марго.
— Согласится — значит, сильная. Не согласится — значит, не твоя судьба, — пожал я плечами.
Мишэ задумался. Катерина подошла, погладила его по голове.
— Всё будет хорошо, — сказала она. — Время покажет.
— Михаил, ты княжич или просто погулять вышел? — сказал я серьёзно. — Будь мужчиной и привыкай принимать самостоятельные решения. Это твоя жизнь. Если тебе не нравится идея жениться на княжне Прасковье, умей сказать «нет».
— Она мне нравится… — совсем тихо произнёс Мишэ, — но обручаться и жениться на ней я не хочу. Сейчас.
— Здрасьте, я ваша тётя! — тут уж растерялся я.
Катерина не смогла сдержаться и расхохоталась, глядя на меня и Мишу.
— Вот так, Пётр Алексеевич, — сквозь смех сказала она, — бывает: хочешь как лучше, а получается как всегда.
— Ничего, — усмехнулся я. — Разберёмся. Время покажет.