Страница 42 из 88
Джон Паркер работал над докладом, когда сотрудники Третьего отделения вскрыли пакет и скопировали два письма. Одно предназначалось Мичтону, второе — майору Читерлейну. В свертке нашли пятьдесят тысяч рублей в российских банковских билетах.
Половину купюр проверили, и Моисей обнаружил, что они фальшивые, но выполнены на высоком уровне. Их почти невозможно отличить от настоящих. Только такой эксперт, как Моисей, мог выявить подделку. Он заверил, что обычный банковский сотрудник не отличит их от оригинала.
— Вот, ваше сиятельство, — он протянул мне большую лупу. — Глядите сюда, туда, где мелким шрифтом напечатано. Видите твёрдый знак? Он без хвостика. Простым глазом и даже с малой лупой не разглядеть, — с удовлетворением сообщил Моисей.
«А вы говорили, ваше сиятельство, что изготовление фальшивых денег — бесчестно и подло», — вспомнил я слова покойного Бенкендорфа.
Он тогда возмутился моему предложению печатать фальшивки враждебных стран. Более того, поддельные купюры, изготовленные Моисеем Гавриловым, оказались выше качеством, чем настоящие.Приходилось их основательно старить.
Вечером Джона Паркера отвезли к судну.
Я сидел и знакомился с письмами Мичтону и Читерлейну, а также с докладом Климова.
Картина вырисовывалась следующая:
Письмо Говарду Мичтону.
В письме к послу предлагалось усилить и расширить работу с оппозицией и всякого рода революционными сообществами. Не брезговать никем. Готовить почву для беспорядков, раскачивать ситуацию, сеять смуту. «Чем больше хаоса — тем легче наносить удары», — говорилось в послании. Рекомендовалось активнее использовать эмигрантские кружки, забрасывать в Россию прокламации, финансировать подпольную печать. Главная цель — дестабилизировать обстановку внутри империи, не дать ей укрепиться после Венгерского похода.
Письмо майору Читерлейну.
Читерлейну предписывалось после проведения акции немедленно возвращаться сухопутным путём в Англию. Остальные инструкции носили малозначимый характер.
Наблюдение за Паркером во время его нахождения в России следовало продолжить, но уже в ином ключе: проверить его деловые качества, лояльность, умение действовать самостоятельно в сложных ситуациях. И главное — дать оценку как потенциальному сотруднику разведки. «Если Паркер проявит себя, его можно будет задействовать в более серьёзных операциях», — подводил итог автор послания.
Доклад Климова.
Сам Климов в своём докладе подробно описал своё пребывание в Северной Америке, изложил оценку состояния Русской Америки, рассказал о вербовке Мороном и перспективах дальнейшей работы. Более определённо он сказать ничего не мог, так как не знал, как его планируют использовать.
Я отложил бумаги и задумался.
— Что ж, — сказал я тихо, — ставки повышаются. Впереди — открытая война.
Утром следующего дня Мичтон приехал в управление Пограничного и таможенного контроля. Его вежливо приняли и проводили к начальнику. Начальник в мундире пограничной стражи сидел за столом.
— Здравствуйте, господин полковник.
— Здравствуйте, сэр. Что привело вас к нам? — ответил на хорошем английском полковник.
— На каком основании арестовано судно «Святая Анна» и её капитан Паркер?
— Вы владеете неверными сведениями. С сегодняшнего дня арест снят, как и все ограничения. После выяснения всех обстоятельств капитан Паркер отпущен. Инцидент исчерпан. Претензий к нему нет.
— Вы обрадовали меня, полковник, — облегчённо выдохнул Мичтон. — Прошу простить мою резкость.
— Я понимаю вас, сэр.
Обрадованный Мичтон приказал править в порт и вскоре поднялся на судно.
— Приветствую вас, сэр, на борту «Святой Анны».
Мичтона встречал подтянутый капитан — в тёмном, хорошо сшитом костюме, напоминающем мундир флотских офицеров, только без шитья и знаков различия.
— Прошу вас, сэр, — пригласил он в свою каюту.
— Итак, капитан, я вас слушаю.
— Капитан корабля Джон Паркер. Прибыл с грузом из Лондона. Основной груз — станки и попутный. Также со мной особый груз, предназначенный лично вам.
Паркер выложил на стол пакет. Мичтон сразу узнал печать на сургуче.
— Что ещё?
— Ещё три посылки, но одну, самую маленькую, русские нашли. В ней были русские бумажные деньги. Пятьдесят тысяч.
— И что с ними стало?
— Пришлось пожертвовать малым, чтобы спасти остальное.
— Почему русские не нашли остальные две? — недовольно спросил Мичтон.
— Потому что, чтобы достать их, придётся разобрать половину корабля.
— Почему не спрятали так же хорошо третью посылку?
— Сэр, судно имеет ограниченное пространство. Посылка была спрятана добротно, но кто же знал, что у русских такие опытные таможенники? Мне удалось договориться: я забываю про посылку, они не поднимают шум. В противном случае меня ожидал бы арест, конфискация груза и судна.
Мичтон задумался.
— Хорошо, Паркер. Будем считать, что вы поступили разумно. Когда доставите остальные посылки?
— Завтра, сэр, после обеда.
— Вам нужна дополнительная охрана?
— Нет сэр, сами справимся.