Его строптивый Огонек

— Присмотрите за моим стаканом и местом! — проорала ему на ухо. По английски, конечно.

На меня аж бровь приподняли, как бы изумляясь просьбе.

И вперед, на танцпол. Эту песню я обожала за вайб, за то, как мелодия заставляла кровь закипать. И я просто отдалась на волю танца. Отключила мысли и страхи на то время, пока внутри меня гремела музыка.

И когда возвращалась к стойке, то сердце все еще бешено колотилось. Не только от танца.

Синеглазый брюнет как-то слишком прямо воспринял мою просьбу. Он еще и коктейль мой допивал. Не сводя с меня внимательного взгляда.

Он что, весь танец так сидел? Я повела плечами.

Что, может, именно он — то, что я ищу?

Загремела следующая песня, а мои уши намекнули, что надо бы переместиться куда потише. В лаунж, например. Может, там окажется кто-то подходящий.

— Это был мой коктейль! — проорала машинально на русском, хотела тут же исправиться, но мне неожиданно ответили.

— Закажу вам новый.

Я махнула рукой и..согласилась. Бармен поставил передо мной новую порцию “Зеленой Феи” и такой же передал..брюнету.

— Понравилось? — гаркнула ему в ухо, невольно вдыхая запах парфюма. Что-то теплое, древесно-пряное с легкой горьковатой нотой.

Вместо ответа он кивнул и пригубил коктейль.

На вид лет тридцать с хвостиком.

Божечки-кошечки, меня сейчас пошлют и будут правы.

Но пока мой мозг боялся, рот уже исторг самую тупую фразу, на какую я сейчас оказалась способна.

— С Новым Годом!

Хотя, может, и не тупо. Через три часа правда Новый Год. Днем я уже поздравила родных, стараясь много не болтать, чтобы не сказануть лишнего.

Кажется, абсент уже действует. Пьяной я себя не ощущала, но мысли приобрели приятную легкость. Особенно после второго коктейля.

Брюнет рядом тоже заказал добавку. А я вдруг заметила рядом с собой растерянную девушку. Она оглядывалась, точно потерялась или потеряла что-то.

Ну а так как девушка я отзывчивая, то прикоснулась к плечу незнакомки и ором спросила все ли в порядке. На меня в ответ уставились круглые глаза и..

“Я не слышу. Я не могу найти сестру. Вы понимаете меня?”

А я и правда поняла. Международный язык жестов учила примерно пару лет назад, когда одна из однокурсниц из-за инфекции лишилась слуха. Хотелось ее поддержать.

Потому я помогла незнакомке. В смысле отвела ее к охране и сказала, что та хочет. Ну а там как раз встретили ее сестру.

“Молодец, Ева. Девушке помогла, сестру отыскали, поржали вместе. А тебе кто поможет? Смотри, ЗАГС не дремлет, Игорек не спит”.

Я развернулась и..перед глазами возникла мужская грудь. Широкая, мускулистая, в темной футболке, с которой на меня смотрела надпись "Low battery. Don’t ask."

Я медленно подняла глаза. Так, выше находились широкие плечи, сильная шея и знакомое лицо с синими глазами.

Это чего, ему так тут скучно, что решил пойти за мной?!

“Откуда ты”

Вот это поворот! А брюнетик то знает язык жестов. От неожиданности я машинально ответила, правда, чуть замедленно. Все же им я пользовалась редко, некоторые жесты уже подзабылись.

“Я вылезла из человека. Но теперь пошла в лаунж, так как уши болят от музыки”.

Жесткие и весьма мужские губы чуть дрогнули, точно их хозяин улыбки раздавал строго под подпись.

“Разрешите, я закажу вам еще коктейль?”

“Если только в лаунж.” — ответила знаками и не оглядываясь направилась в более тихую гавань.

В просторном помещении музыка приглушена, на трех больших экранах беззвучно показывают клипы. Тут и там мягкие диваны и кресла, между которыми скользят официанты. Я устроилась на кремовом диванчике рядом со столиком в форме цветка. И заказала еще коктейль. Мысли плавали в голове как неоновые рыбки. Ну мы же в Вегасе, верно, тут все — сплошная фальшь и неон.

Вот даже моя свадьба будет фальшью. В смысле чувств.

Брюнет устроился рядом, тоже заказал коктейль. Теперь я обратила внимание, что на обеих его руках виднелись шрамы: тыльная часть, пальцы, сами ладони. Не стала глупо таращиться на них, а просто перевела взгляд на лицо. Ну ничего такое лицо. Мужественные резкие черты, точно не умеет улыбаться, на вид лет тридцать с хвостиком.

И тут он улыбнулся! Честное слово! Он умеет это делать! И лицо сразу преобразилось! Я не выдержала и пару раз хлопнула в ладоши. На что получила вопросительный взгляд.

— Ты умеешь улыбаться! — сообщила радостно.

— Да, признаюсь, что эти мышцы у меня не атрофировались, а что?

Я глотнула из бокала и хмыкнула:

— Выглядишь сурово.

— Ну так ты веселишься за двоих. — отсалютовали мне бокалом. — Откуда знаешь язык жестов?

— Учила. Для подруги. А ты?

— Для сестры. — ответил коротко. — Ты местная?

Ой, как я не люблю врать! Просто ненавижу! Но что делать, с такой семьей как у меня без вранья не получается.

— Ага. Боулдер-Сити, там еще рядом плотина Гувера. Предки переехали, когда мне было пять лет.

— И как тебя зовут? — взгляд синих глаз точно мягко обжигал и пронизывал насквозь. Никогда прежде такого не ощущала. Но нет, я точно не влюбилась с первого взгляда. Во-первых, не мой типаж, хоть и симпатичный. Во-вторых, я не пускаю восторженные слюни, а мыслю четко и холодно. Правда, с привкусом абсента.

А еще вдохновение прет.

— Я тебе покажу как меня зовут. — сообщила таинственным тоном и огляделась. Тут и там стояли вазы с восковым фруктами. Выбрала яблоко и сделала вид, что срываю его. Потом одной рукой подношу к другой и говорю:

— Скушай яблочко, женщина. И пойдешь вон из Рая!

Мне удалось его развеселить. Опять заметила как улыбка изменяет его лицо, буквально смывает суровость, рождает мелкие морщинки вокруг глаз.

А его звали Тимофей Воронов. Мысленно тут же хмыкнула: Соколова и Воронов. Прямо созданы, блин, друг для друга. Еще и разговорились так, точно давно знаем друг друга. Ну тут эффект попутчика сработал.

— Почему Новый Год именно здесь? — спросила, когда мы выбрались на улицу и просто шли по тротуару вместе с остальной толпой. Над головой то и дело взлетали фейерверки. Запахи и звуки окутывали все в сверкающее покрывало.

— Здесь проще сжечь старую жизнь и начать новую.

Я протянула ему коробку из “Белого Замка”. Несколько маленьких квадратных бургеров небольшого размера, укуса на два. Очень удобно, кстати.

— Да, я так себе каждый год говорю. Мол, в следующем году ты, Ева, станешь серьезнее, взрослее, перестанешь бесить кучу народа. Но потом наступает утро.