Страница 39 из 84
Но, увы, посуда заканчивается. А когда я тянусь за “таблетками” для мойки, то вдруг замираю. Потому что сначала меня окутывает запахом кедра и моря, от которого кружится голова.
Потом ощущаю тепло тела за спиной. И руки по обе стороны от меня, опирающиеся на край раковины.
Дыхание сбилось, точно я пробежала марафон. Сердце бьется как ненормальное.
А синеглазая скотина даже не прикасается. Просто наклоняется совсем близко. И голос, низкий, хрипловатый, горячей волной проходит сквозь меня.
— Перестань оттягивать неизбежное, дорогая.
Я от неожиданности все же дергаюсь. Затылком ударяюсь о что-то твердое, а затем внезапно оказываюсь на свободе. А сзади слышу тихий, но такой красочный мат!
* * *
— Тим, прости, правда! Я не нарочно! Слушай, может все таки отвезти тебя в клинику? — я сейчас сама себе напоминаю виновато прижавшую уши кошку. Которая вроде как ненавидит извиняться, но косяк слишком большой, так что приходится.
Спальня у Тима в графитово-бежевый оттенках, такое же белье на кровати. Тимофей успел его слегка заляпать кровью, так что надо сменить. Я поправляю лежащий на мужской переносце и скулах лед, за что получаю мрачный взгляд чуть слезящихся глаз. К счастью кровь уже не идет, да и шла она недолго. Просто я перепугалась при виде того как она капает на футболку Тима. Ну и еще понимание, что это моя вина.
— Слушай, а там что-то хрустнуло, когда ну..ты понял. А кусок кости мог отколоться? А он может в мозг попасть? Слушай, давай МРТ сделаем? Тим, я не хотела!
— Ты решила добить меня болтовней?
Вот даже не стану обижаться! Спасибо хоть что-то произнес, а то как проматерился после удара, так с тех пор и молчит. Молчал.
— Нет, просто когда я чувствую себя виноватой или если нервничаю, то начинаю много говорить! А тут сразу два в одном, потому что ты сидишь и молчишь. А удар мог нарушить речевые центры в голове? Слушай, а ты уверен, что нос в порядке? Он какой-то покрасневший. Давай я еще льда принесу?
— Принеси. — ответили мне благосклонно. — Будет потом что приложить к своей заднице когда я тебе ее отобью!
У меня рука сама собой дергается в попытке защитить мою несчастную пятую точку. Вовремя себя останавливаю. И оглядываюсь. Так, берем себя в руки, Ева. Нос не сломан, лед приложен, кровь унялась, на меня даже не наорали, только угрожающе молчат.
— Справедливости ради! Я бы не стала дергать головой, если б знала, что ты там сзади обнюхиваешь мои волосы!
— Я наклонялся к твоему уху.
— Мог бы и так сказать. И зачем так близко подошел? Я пугаюсь, когда люди сзади подходят! Это как-то..по-маньячески..
— ..сказала та, которая едва не сломала мне нос!
— Но не сломала же! — я приношу влажные салфетки из ванной. — Так, у тебя кровь уже остановилась, дай кое-что сделаю.
Тимур не подпустил меня к себе, пока проверял целостность носа, да и лед сам достал. Но мне надо как-то загладить вину. А он сидит на кровати, откинувшись на спинку. Блин, нос немного отек. Ну что же я за ходячая катастрофа то!
Я забираюсь на кровать, без лишних мыслей усаживаюсь сверху Тимофея и начинаю стирать салфетками уже слегка засохшую кровь на щеке и шее. Так, а как смывать кровь с футболки? Надо в Сети глянуть. Или проще выкинуть?
— Я поменяю постельное белье. — и говорить, больше говорить. — Слушай, а твоя домработница знает как кровь выводить? Потому что я — не в курсе.
— Ты знаешь, а вообще мне это даже начинает нравится.
Такого я не жду, как и внезапной улыбки. При этом взгляд Тимофея устремлен куда-то ниже моего подбородка. Слежу своим взглядом и понимаю, что он смотрит в вырез футболки. Ну да, там можно хорошо рассмотреть то, что не скрыто лифчиком.
— Тимофей Сергеевич, может все таки мозг проверим? — спрашиваю с легким сочувствием, чтобы не показывать смущение.
— Мозг посылает мне отличные сигналы. — заверяют меня.
А я замираю с поднятой салфеткой, потому что чувствую его руку на своем бедре. Которое едва прикрыто шортами. Прикосновение чуть шершавых теплых пальцев осторожное, но оно точно поджигает невидимое пламя внутри меня. Хочется оттолкнуть и, наоборот, прижаться сильнее. В итоге я понимаю, что нервно ерзаю и заставляю себя остановиться. Как раз чтобы услышать как Тим шумно втягивает воздух сквозь стиснутые зубы. Ой..
— Я смотрю у вас кровь от носа к другому месту прилила.
— Ну так я оценил твои ролевые игры, Огонек, в доктора и медсестру.
Ладно, было тупой идеей садиться на него сверху! Но я как-то не подумала! Прежде чем Тимофей успевает произнести очередную скабрезность, я с него буквально слетаю, предварительно пришлепнув салфетку к его носу.
— Я буду спать у Миланы!
— Стоять! — не вопль, а тихий рык, от которого я замираю на полпути к двери. — Повторяю, для предков брак у нас настоящий, мы молодежны. Много ты видела влюбленных пар, которые спят в разных комнатах?
— Разрешаю сказать, что я сильно храплю. Или могу на тебя пожаловаться. Это, между прочим, серьезная причина!
— Спать ложись. — как-то устало вдруг произносит Тимофей, убирая с лица салфетку и лед. — Второе одеяло в шкафу слева. И с тебя смена постельного белья, пока я в душе.
Застрянь там подольше. Можешь еще ванную принять заодно, с пеной.
Я быстро меняю постельное белье, выбрав взамен обычное белоснежное. Потом, оглядываясь на дверь ванной, переодеваюсь в длинную серую футболку с красноречивой надписью “В спальном режиме”. Так, второе одеяло. Все! Накрываюсь едва ли не по уши и закрываю глаза. Считайте я в домике.
В спальне горел только небольшой светильник в дальнем углу. В виде матово-белой круглой тумбы. В его свете дверь в ванную видна вполне отчетливо. И я слежу за ней сквозь ресницы.
Я же девушка! Мне любопытно! И вообще, а вдруг он выйдет из ванной как в романах? Типа в одном коротеньком полотенце вокруг бедер. Хоть заценю фигуру.
Помню, какими глазами Лекси разглядывала своего Артемку в сауне. Ну да, у того мышцы, кубики, задница — все как надо. Даже я восхитилась, хотя сам он вообще не мой типаж. А Лекси все, “поплыла”, хотя и долго этому сопротивлялась.
Ну вот и дверь открывается. Так, дышим ровнее, губами не дергаем, не хихикаем. Я продолжаю следить за вышедшим Тимофеем. Ладно, не в полотенце, а просто в темно-синих боксерах. Под цвет глаз подбирал, наверное.