Страница 6 из 19
- Всё просто. Мы все знаем, что приблизительно 10% населения имеют врожденный иммунитет к болезни. Скажем даже, что это не иммунитет, а стойкость к заражению. То есть, если такого иммунного поместить надолго с больными в одно помещение или ввести вирус намеренно в тело, то он заболеет. «Семицвет» тем более не делал скидку на возраст. Ему было всё равно — ребенок или взрослый. Однако исследования показали, что из крови иммунных не сделать сыворотку от болезни. Её можно сделать только из крови переболевших людей, которые заработали иммунитет и могут его передать другим людям. А в то время «Семицвет» был неизлечим. Как вы помните из истории, в то время ООН не имела реальной силы в мире. Зато ее имел Северо-Атлантический Альянс. Он-то и взял на себя обязательства найти лекарство любой ценой. Ну и, видимо, в поисках лекарства кто-то рассказал о детях, которые выжили в аду среди больных и умирающих, при этом не заболели сами. Ну и, скорее всего, они провели ряд тестов перед тем, как решились на похищение.
— Вы говорите об этом с такой уверенностью, как будто точно об этом знаете, — осторожно высказал журналист.
- На сто процентов я не могу сказать, но есть предположение. Меня похитили из детского сада. Просто приехали и силой закинули в фургон без окон. Воспитателя, которая пыталась как-то их остановить, они просто оглушили ударом шокера. Очень долго куда-то везли. После накинули мешок на голову, вытащили из машины и посадили в самолет. Далее мне дали воды попить, ну а после я очнулся в какой-то комнате. Я был полностью обнажен, на стуле возле кровати лежала синяя одежда. На груди и на спине была цифра 2. У нас у всех 178 детей была цифра на одежде. Наш номерной знак. Нас лишили имен и обращались только по номеру. Тех, кто отказывался принимать правила того места, ждало наказание. То место очень быстро ломало несогласных или уничтожало их. Я тогда успел познакомиться практически со всеми «испытуемыми», но человека с цифрой 1 я там так и не увидел. Именно поэтому я считаю, что именно тот, кто носил цифру 1, был тем самым первым, на котором и проверили теорию о том, что дети, чьи матери болели во время беременности, имеют иммунитет и продолжают вырабатывать антитела. Сам же номер первый, видимо, не пережил всех этих процедур. Вперед ногами – это единственный способ покинуть лабораторию.
- Однако вы здесь. Живы и здоровы.
Ну да, я здесь. А где могилы 169 детей, никто не знает. Да и нет, скорее всего, у них могил. У этих тварей была любовь к сжиганию. Однажды за попытку побега они живьем сожгли двух мальчиков десяти лет. Просто построили всех перед экраном и включили камеру из крематория, где в камере стояли пойманные беглецы. Думаю, что дальше было, нет смысла рассказывать. Мы для них не были людьми, мы были биоматериалом, который можно было использовать как средство для поиска лекарства или, скорее, отмывания полученных средств от стран за поиск этого лекарства.
— В каком смысле отмывания средств для поиска лекарства? — ведущего зацепила эта фраза.
— Что вы знаете о теории «Золотого миллиарда»? — ответил я вопросом на вопрос.
Ведущий несколько замешкался с ответом.
- Гхм. Как мне кажется, это общеизвестная теория о том, что для процветания человечества достаточно населения в 1 миллиард человек.
- Верно. И Альянс был рьяный последователь этой теории. А еще там процветал национализм. Не просто так же все дети, которые были собраны там, в лаборатории, были выходцы из стран Восточной Европы, России, стран бывшего СНГ. Не было ни одного британца, американца, европейца.
- Насколько я помню, после того как Альянс был распущен, было обнаружено еще пять подобных лабораторий, – внес свой комментарий ведущий.
- Вы правы, – ответил я, – да вот только и там тоже представителей этих наций также не нашлось. Совпадение? Не думаю! Но есть еще одно интересное «совпадение» – после того как все исследования Альянса попали в руки биологов из ООН, лекарство было готово буквально через месяц. И даже безнадежно больные начали выздоравливать.
- Вы настолько увлечены этим вопросом! Судя по вашей осведомленности, вы провели чуть ли не свое собственное расследование!
- Я проводил свое собственное расследование, – ответил я, – ведь для меня это глубоко личное! Я потратил не один миллион кредитов для того, чтобы докопаться до истины.
- Всё, что вы нам рассказали, — это крайне интересно и увлекательно. Но скажите, Кирилл, что вы делаете здесь! В заброшенной деревне.
- Живу я здесь. Это мой дом. По-моему, это очевидно, - ответил я.
- Но почему именно здесь!? Ведь есть в мире сотни мест, где вы могли обосноваться в более выгодных условиях, имея поддержку государства в виде подъемных и дотаций. Но вы выбрали, по сути, мертвый регион.
- Мне не важны дотации государства, для меня дорого именно это место. Именно здесь я был счастлив. Здесь могилы родных для меня людей. Именно поэтому я поселился здесь и хочу восстановить это село.
— И это ваша мечта? Вы хотите всю свою жизнь посвятить этому? — в голосе журналиста послышались нотки пренебрежения и, кажется, недоумения.
- Да. Это именно то, что нужно для меня. То, чего я хочу. Вы думаете, что это скучно? Считаете людей, занятых фермерским хозяйством, земледелием, недалекими?! Или, может, считаете зазорным копаться в земле? Но когда вы подходите к холодильнику, вы хоть раз задумались, откуда это все берется? Вы задумывались, какой труд вложен в это все? Нет. Я слышу только пренебрежение, - я вышел из себя, но не настолько, чтобы стать неадекватным. Но вот для меня будет лучше, если остальные зрители будут думать обо мне именно так. - Слушаю вас и не понимаю. Так же, как и вы меня. Я считаю, наше интервью окончено. Я официально запрещаю перемещение любых дронов на моей частной территории, кроме почтовых и полицейских. Запрет вступает в силу через пятнадцать минут. Все дроны, не имеющие идентификаторов от обозначенных структур, будут уничтожены.
Изображение на гало-дроне погасло, а сам он направился в сторону границы деревни. Все беспилотные аппараты по периметру также снялись с места и отправились туда же. И вновь вокруг наступила тишина и идиллия.
Глава 3. Не чужие незнакомцы.