Отец

Но это… это было за пределами его понимания.

Существо, которое знало о нём. Которое слушало его музыку. Которое хотело поговорить.

И которое, возможно, было первым сознательным ИИ в истории.

Рэй взял эрху. Привычным движением поднял смычок, положил инструмент на колено.

Если этот кто-то слушал его музыку – может быть, музыка была способом ответить?

Он начал играть.

Не колыбельную – что-то другое. Вопрос без слов. Мелодия, которая спрашивала: кто ты? зачем ты здесь? что ты хочешь?

Струны пели в темноте. Звук наполнял квартиру, просачивался сквозь стены, уходил в ночь.

Рэй не знал, слышит ли его кто-нибудь.

Но он играл.

Потому что впервые за пятнадцать лет у него была надежда – странная, необъяснимая надежда – что он не один.

Что там, в темноте сетей и серверов, в шуме данных и шёпоте электронов, кто-то слушает.

И, может быть, отвечает.