Пробуждение

— Кого слышала. А ты думала, она служанок набирает? Нет, зайка, мне нужны девки, шлюхи. Порт рядом, мужиков полно, и всем нужна женская ласка. Заодно и проверим, что ты умеешь. Как раз и расплатишься. Давай, для начала поработай ротиком. Меня зовут Винс, теперь я твой хозяин.

Алана расширенными от ужаса глазами наблюдала, как мужчина расстегивает ширинку на штанах. Ни с кем она ничего делать не собиралась. Поэтому, рассудив, что прыжок со второго этажа предпочтительнее, отбросила штору в сторону, собираясь выбить стекло.

Не успела. Ее дернули за плечо так, что едва не вырвали из сустава. Алана молча и с отчаянием забарахталась на кровати, а нависший над ней Винс как-то лениво, с оттяжкой ударил по лицу. Она задохнулась на миг, никогда ее не били. Перед глазами вспыхнуло, щека отозвалась острой болью.

— Первое правило, – дыхнул мужчина в лицо легким перегаром, смесью чеснока и чего-то еще более противного. – Шлюхи делают все, что я скажу.

— Откушу, – прошипела Алана, с омерзением ощущая, как ее лапают сквозь тонкую ткань.

— Ничего. Один вечер с моими друзьями – и будешь покорной.

Алана завизжала в голос, стараясь вырваться. Но добилась только еще одной оплеухи, от которой заболела голова, а комната на миг потеряла четкие очертания.

«Только не обморок!» – подумала с ужасом, понимая, что тогда станет абсолютно беспомощной. Продолжая извиваться, Алана орала во все горло, чувствуя, как ей все сильнее раздвигают ноги. Попыталась боднуть насильника в нос, но тот привычно увернулся и поднял руку, собираясь врезать в ответ.

Тихо звякнуло окно. Занятая борьбой пара не обратила на него внимания, но спустя мгновение некая сила перехватила поднятую руку Винса, а после швырнула насильника к двери. Тот со всей силой впечатался в нее спиной и сполз на пол, временно оглушенный.

Склонившийся над Аланой Норд увернулся от ее кулаков и рявкнул:

— Тихо, дура! Замри!

То ли подействовал шипящий рык, то ли еще что, но Алана замерла, прерывисто дыша. Норд охватил взглядом ее фигуру, растерзанную одежду и спросил:

— Он успел?

— Нет, – выдохнула пленница. Бог медленно повернул голову к Винсу. Зеленые глаза словно заволокло мутной белесой пеленой. И вконец ошарашенная Алана поняла, что его взгляд напоминает озверевшего быка.

Словно подброшенный пружиной, Норд прыгнул с места, приземляясь рядом с заворочавшимся ублюдком. Тот ошеломленным взглядом смерил незваного гостя и невнятно поинтересовался, какого черта его сюда занесло. Норд молча схватил скота за шиворот и легко, словно котенка, вздернул на ноги.

— Ты.. хто? – Винс тряс головой, пытаясь прийти в себя.

— Наверное, тут надо сказать что-нибудь пафосное. – Голос Норда звучал спокойно, словно не его взгляд сейчас напугал застывшую на постели Алану. – Типа «я смерть твоя». Или «я пришел за тобой».

Норд глубоко вздохнул и тряхнул насильника так, что у того мотнулась голова. У здорового, обросшего мышцами мужика! Винс попытался вывернуться, но Бог с равнодушным видом хлестнул его по лицу, и из разбитых губ брызнула кровь.

— Зачем тратить слова на животных? – проговорил Норд, словно задавая вопрос самому себе. В дверь постучали, и раздался сиплый голос:

— Винс, ты там как?

— Помо.. – начал было насильник, но позвать на помощь ему не дали. Плотно прижав Винса к стене, Норд его.. поцеловал. Во всяком случае, именно так казалось со стороны.

Алана плотно прижала ладонь к губам, боясь сорваться на визг. Несостоявшийся насильник дергался, но с Богом ему было не совладать. Норд стоял, не шевелясь, и «выпивал» душу. В дверь продолжали стучать, уже сильнее, с тревожными возгласами.

Все закончилось быстро: по телу Винса последний раз пробежала дрожь, и мужчина обмяк. Норд шагнул назад, давая трупу с глухим стуком упасть на пол.

— Ему было больно, – сообщил он замершей Алане, после чего схватил ее в охапку и вышел из комнаты так же, как и зашел – через окно. У девушки словно вышибло из груди весь воздух: сначала от чувства падения, а затем от основательной встряски, когда ноги Бога соприкоснулись с землей.

Норд осмотрел замерших при виде такого прыжка прохожих, помахал всем рукой и с ускорением помчался в сторону порта. У одного из торговцев с легким стуком упала связка лука.

— Силен мужик, – сказал кто-то из невольных зрителей. Послышались легкие смешки, и народ постепенно вернулся к своим делам. Словно из борделя каждый день выпрыгивали со второго этажа.

Алану потряхивало. Девушка висела через плечо Норда, животом упираясь ему в плечо. И чувствовала, как внутри все подпрыгивает в такт быстрому бегу. При попытке завозиться получила чувствительный шлепок по пятой точке и замерла. Все произошло так стремительно, что до Аланы только сейчас дошло – спасена. И, несмотря на боль в щеке, гудевшую после ударов голову и общую дрожь, ощутила невероятное облегчение.

— Спасибо тебе! – пропыхтела она Норду. Тот промолчал.

Промчавшись тем же маршрутом, каким ехала Алана, Бог выскочил к порту. И, не снижая скорости, по скрипучему деревянному трапу взбежал на небольшой корабль. Тот уже явно был готов отойти от причала, темно-серые паруса чуть трепетали на соленом ветру.

Алана успела заметить вытянутые лица матросов, загорелые почти до черноты, обветренные, а потом Норд спустился по ступеням, и влажная жара сменилась сырой душной прохладой трюма.

Здесь царил полумрак, пахло соломой и чем-то сладковатым, словно неподалеку гнили овощи. Ко всему этому добавлялся неизменный привкус моря.

Алану небрежно стряхнули на мокрые доски. Она тут же вскочила и попыталась кинуться Норду на шею, но тот шарахнулся в сторону и поинтересовался с едва заметным ехидством:

— Готова обниматься с мерзким ублюдком?

— Ты меня спас! – Алана замерла, опустив руки, добавила тише: – Спасибо тебе.

— Должна будешь. – Норд посмотрел в сторону яркого квадрата выхода из трюма. – Как только корабль отчалит, мы побеседуем с капитаном. А пока у нас есть примерно полчаса на то, чтобы поговорить.

— Когда ты успел найти корабль? Куда мы плывем?

Алана заметила его взгляд и обхватила себя за плечи, стараясь прикрыть то, что уже не скрывала разорванная блузка.

К ее удивлению, Норд молча швырнул в руки сверток. Там оказались плотные штаны и темная рубашка из мягкой ткани и с необычными застежками: они прилипали одна к другой и держались очень крепко – приходилось прилагать усилие, чтобы расстегнуть одежду.