Страница 69 из 252
– Странно, что ты так пристально следишь за своим окружением, так волнуешься о безопасности, но совершенно упустил одну маленькую деталь. Оттана Устремленная мертва. А после смерти Верховного его Паладины обходят населенные приземленными планеты, навещают каждое Древо Мироздания. Древние славные традиции. И угадай, какой Паладин прибыл в Аргентион немного раньше обещанного? Точно хочешь столкнуться нос к носу с Первой? Она ведь связалась со мной, как с послом Магистрата на Терре. Все-таки статус – важная вещь, согласись! Паладин знает о происходящем и просила меня держать ее в курсе касательно тебя. Какая любопытная может случиться встреча, не находишь?
Я посмотрел на Поллукса. Тот молчал, но нутро разгоралось.
– Предлагаю сделку. – Мемора выпрямилась. – Я знаю, ты их очень любишь. Если отпустишь протекторов, я дам тебе пару зомов, чтобы ты убрался. Куда хочешь: в Роштамм, в руины Абсорбции, любую другую предельную префектуру, да хоть в сам Обливион. Иначе… – Звезда показала зажатую в руке манипуляцию. – Я разобью призыв. Да, в нем кровь Паладина. Для тебя все будет кончено, прямо здесь, в твоей крепости. Так глупо и бессмысленно, лишь потому что какой-то твой подчиненный струсил перед моим статусом.
Заоблачник гневно скрипнул зубами. Я видел оранжевое зарево вокруг его тела.
– Максимус, – наконец обратилась ко мне Мемора, протягивая руку в перчатке. – Идем. Пора уходить.
Тараре в ярости преградила ей дорогу:
– Да что ты себе позволяешь…
– Стой! – неожиданно приказал Поллукс. – Сними с него наручники.
– Но… – попыталась возразить Тараре.
– Не смей мне перечить! – прорычал заоблачник, да так грозно, что желтоволосая заметно вздрогнула. – Я не хочу попасть из-за этого в Червоточину. Сейчас придется отступить.
Несколько мгновений Тараре колебалась, но наручники сняла. Я неуверенно потер запястья и обернулся.
Поллукс даже не взглянул на меня. Он продолжал сверлить горящим взором Мемору.
– Ты понятия не имеешь, в какую игру влезла. Из-за твоего вмешательства все мы сгинем.
– Лучше бы тебе как можно скорее исчезнуть с этой планеты, – со льдом в голосе ответила Мемора. – Прикажи немедленно очистить нам дорогу и выпустить остальных протекторов, вернув им все имущество.
– Этот протектор заставит тебя пожалеть обо всем.
– Прощай, Поллукс.
Дверь за нами закрылась.
* * *
Мы спускались по лестнице в полном молчании. Иногда по дороге попадались другие заоблачники, но никто нас не трогал. Даже взгляда не бросал. Мемора сложила руки за спиной и уверенно смотрела перед собой. В конце концов, когда мы вышли через черный ход и отошли на десяток метров от здания, я, потирая ноющую шею, не выдержал:
– Какого черта это было? Почему Поллукс нас похитил?!
Звезда покосилась в мою сторону.
– Я в полном неведении, почему вы тут оказались. Я всего лишь следила за твоим передвижением. – Она указала на отданную мне цепь, обмотанную вокруг запястья. – Будь добр объяснить, чего от тебя хотел разыскиваемый Армией Света преступник и что произошло в Монсисе.
– С чего бы начать…
К удивлению, Мемора спокойно восприняла новость о том, что внутри меня нашлась звезда. Она подала голос лишь на том моменте, когда я сообщил о странном дымящемся существе.
– Так оно служило Поллуксу?
– Когда-то. А еще они сказали, что тварь охотится за мной. Думаю, ей нужно то же, что и Поллуксу. Сфера с осколком. Очевидно, что слившаяся со мной звезда – та самая похищенная часть души. Но никто так и не понял, что осколок больше не в сфере. Интересно, откуда у Поллукса под крылом нашлись такие мерзкие темные твари?
– Он никогда не отличался благоразумием. Я бы не удивилась, если бы узнала, что под его началом служит не одно порождение Тьмы. Возможно, это какая-то жертва манипуляций. – Она с неподдельным трепетом обратилась ко мне: – Максимус, тебе нужно держаться от этой нечисти подальше. С тобой ничего не должно произойти, особенно в таком состоянии.
Звезда коснулась подаренной мне цепи:
– Прошу, не снимай это. Ради твоей же защиты. Нужно обезопасить тебя всеми силами.
– Как это вообще возможно, когда во мне сидит звезда? Я уже вижу ее воспоминания!
– Правда? – взволновалась Мемора. – Как много?
– Пока по мелочи, – сказал я. – Они появляются при виде того, что было знакомо звезде.
От этих слов Мемора успокоилась.
– Ты знаешь, кто делит со мной душу? – спросил я.
Звезда покачала головой.
– Если бы. Это может быть кто угодно. Но красный спектр? Всепроникающий Свет, такая мощь! Как ты…
Я остановился. Вокруг никого не было, лишь сострадающая мне Мемора. Я неожиданно проникся к ней доверием и не стал ничего утаивать.
– Мне хочется во всем разобраться, – опустошенно произнес я. – Меня сегодня множество раз били, ловили, пытались убить. Этот день – единственный не покрытый туманом. Именно сегодня я узнал, что внутри меня очутилась чужая душа, и знаешь что? Это меня не беспокоит. Не в той степени, как должно. Но мне до смерти хочется вырвать ее из себя, хотя я и понимаю, что брешь тут же заполнится Тьмой. Если я не найду свой осколок, за мной так и продолжат гоняться. Но почему? Что сделала живущая во мне звезда? Эта часть души, видимо, хранилась раньше у Поллукса. Он точно знает, кому она принадлежала. Он может объяснить все! Мои провалы в памяти, дымчатое существо, то, почему я стал… монструмом…
– К чему ты ведешь?
– Почему мы не можем надавить на этого хмыря? Заставим его расколоться!
– Не получится.
– Почему? – негодовал я. – У тебя же есть помощь! Что, если…
Мемора подошла так близко, что я почувствовал ее ледяное дыхание.
– Никого нет, – прошептала она. – Макс, никто не придет. А я в одиночку не смогу тягаться с оранжевым спектром такой мощи, что уж говорить о толпе его мерзких прихвостней.
Я пораженно уставился на нее:
– То есть…
– Я блефовала, – еще тише и серьезнее сказала Мемора, явно опасаясь, что нас услышат. – Другого выхода не было. Поллукс хоть и самодовольный подлец, но до смерти страшился Верховной, а теперь – ее Паладинов. Неудивительно, что он так легко вас отпустил. Наверное, дело, по которому Поллукс прибыл сюда, было настолько важным, что он даже пошел на риск оказаться с Первым паладином на одной планете.
– Поллукс прибыл сюда из-за этого? – Я указал пальцем на свои ключицы.
Мемора долго смотрела мне в глаза, выдерживая неприятную паузу.