Страница 58 из 252
– Это возможно? – осторожно спросил он у Нерман. Судя по виду, протектор не знал, что и думать.
– Я так не считала. – Нерман хмуро свела брови. – Но Эквилибрис постоянно заставляет меня понять, как же сложна Вселенная.
Дан достал нож.
– Что ты делаешь? – встревожилась Фри.
– Хочу убедиться, – сухо ответил он, взяв мою ладонь.
Море в его душе рокотало. Волны пригоняли с собой негодование и растерянность.
Мою ладонь прожгла острая боль.
– Черт… – пораженно выдохнул Дан, отшатнувшись.
По спине пронесся рой мурашек.
–
Что это?!
– ужаснулся я, вжавшись в кресло.
– Это же не… – Фри не нашла в себе сил закончить предложение. Страх поглотил ее с головой. – Это невозможно!
– Что со мной? – Я резко сел. – Почему она такая?!
Из небольшого пореза текла не кровь, а жидкость серебряного цвета.
– Всепроникающий Свет… – Голос Фри прозвучал тверже, но глаза все выдавали. – Ты оказался прав. Снова.
– В чем?
– В своих ощущениях. Попытайся вспомнить, у кого серебряная кровь и кто использует огненную разрушительную силу.
Я старался, но блестящие капли, разбивающиеся о пол, не давали мне сосредоточиться.
– Звезды, – с тяжестью в голосе произнес Дан. Он выглядел так, словно ему на плечи рухнул камень. – Только у них есть этот спектр. Наивысший. Ты создал красный светозарный огонь.
Шестеренки в моей голове завертелись.
– Так что же, выходит, мне вживили осколок звезды?
– Получается, что так, – отозвалась Нерман. – Голубой, белый, желтый, оранжевый, красный. В тебе наивысший красный спектр. Слияние душ. Ты –
монструм.
Так принято называть тех, кто имеет подобные отклонения с осколками.
– Но кому это понадобилось? И если во мне осколок кого-то другого, то где же мой собственный?
– Мы это выясним, – пообещал мне Дан. – Так все оставлять нельзя. Во всяком случае, теперь можно предположить, что твои исчезнувшие воспоминания не стерлись, а остались в похищенной части души.
Он преобразился. К нему вернулась уверенность.
– По крайней мере, мы уже кое-что знаем на сто процентов.
– И что же?
– Что Тьмы в тебе быть не может.
Не успел он этого произнести, как снаружи грянул взрыв.