Коргоруш

4

По дороге к магазину мальчик удивлённо оглядывался по сторонам. Было что-то странное в том, как встречали его спутника деревенские животные. Собаки лаяли из-под каждого забора, преследовали сколько позволяла длина привязи, а после вставали на задние лапы, натягивая цепи до предела, и истошно выли. Прочая домашняя живность разбегалась в стороны. Курицы нервно кудахтали, гуси гоготали и закрывали крыльями своих птенцов. Из придорожных кустов выскочил чёрный как уголь кот. Выгнув спину и распушив хвост, отчаянно и страшно заорал. Егор остановился, в недоумении глядя на него.

Чёрный человек, наоборот, нисколько не смутившись, подошёл к коту, бесстрашно наклонился к самой его морде, заглянул в рыжие глаза и, неприятно улыбнувшись, сказал:

– Нехорошо, родственник! Ай как нехорошо! Вот я скажу твоим дядькам, они тебя уму-разуму быстро научат!

От этих слов кот сразу же сник, прижал уши, попятился и, бросив на Егора быстрый виноватый взгляд, скрылся в кустах. В эту же минуту звериный гомон стих, как по команде. Успокоились цепные псы, петухи перестали грозно выглядывать из-под ворот, даже старая коза Филимоновна перестала блеять и спокойно взирала на Егора с крыши сарая, куда минуту назад забралась по поленнице, прыгая, как юная козочка.

– Ну, чего ты встал? – недовольно проворчал чёрный человек. – Кота бездомного испугался, что ли?

Егор пожал плечами – мол, ничего он не испугался, глупости какие – и пошёл дальше.

У входа в магазин они остановились.

– Дальше я не пойду. Нельзя мне, – хриплым голосом, в котором перемешались нотки злости и страха, сказал покупатель имён.

– Почему?

– Много будешь знать – состаришься скоро. Вот, возьми кошелёк. Иди в магазин и купи всё, что пожелаешь.

Егор подкинул мешочек на ладони – тот был пуст.

– Перед тем как достать деньги, скажи торговцу… ну, тёте Ладе: «Вот кошелёк мой, а в нём, сколько попросишь, есть», – напутствовал незнакомец. – Запомнил?

Егору стало неприятно и обидно, что позволяет водить себя за нос.

– Вы уж совсем меня за идиота принимаете!.. Он же пустой! – проворчал мальчик и, бросив кошелёк на землю, пошёл прочь от магазина.

Незнакомец кинулся к кошельку, поднял его и принялся бережно отряхивать от пыли.

– Не смешно! – крикнул напоследок Егор через плечо, не сбавляя шага.

В ту же секунду он налетел на кого-то, неожиданно появившегося на его пути. «Ну хоть сейчас Сан Саныч вовремя!» – подумал мальчик. Но, повернувшись к тому, с кем столкнулся, он увидел своё отражение в маленьких круглых очках чёрного человека.

– Запомни, Егор: «Вот кошелёк мой, а в нём, сколько попросишь, есть», – зло прорычал тот, схватил мальчика за руку и повёл обратно к магазину. – Потом продавец должен назвать цену. В кошельке будет нужная сумма. Запомнил?

– Вот кошелёк мой, а в нём, что попросишь, есть, – как заколдованный повторил Егор. – Запомнил.

– Нет, неправильно! – рявкнул чёрный человек. – Не «что», а «сколько». Если перепутаешь, торговец сможет попросить всё, что душе угодно, абсолютно всё!

– А! Понял. Это как в доисторические времена менялись, – кивнул Егор, не отрывая глаз от чёрных очков. – Натуральный обмен называется – нам историк рассказывал.

– Запомни, – повторил незнакомец, приспуская очки на нос. В его бесцветных глазах мелькнула молния.

Егор медленно кивнул:

– Ага. Сколько попросишь, есть. Запомнил.

– Иди! – скомандовал чёрный человек, открыл дверь и втолкнул Егора в прохладный полумрак магазина.

Егор стоял перед прилавком и всё никак не мог понять, как же он здесь оказался. «Дела-а…» – подумал Егор, мысленно подражая интонации деда.

В магазине он был один. Совсем один. Не было не только покупателей, но и продавщица тётя Лада тоже куда-то отлучилась. На прилавках стояли разные продукты, в пузатых холодильниках соблазнительными обёртками манило к себе мороженое, в деревянных лотках стоял свежий хлеб… Почему-то в магазине тёти Лады хлеб был свежим всегда. В какое бы время дня тебе ни вздумалось его купить, он оказывался тёплым, будто только что из печи, и с хрустящей корочкой. «Интересно, почему так?» – раньше Егор об этом не задумывался…

Хлопнула дверь, из подсобки вышла тётя Лада. Она была округлая и мягкая, как сдобная булочка. Сложно сказать, сколько лет назад это румяное жизнерадостное чудо появилось на свет. Никто, даже Егоров дед, не мог вспомнить тётю Ладу молодой. Она была бабушкой для всей деревни разом – добродушная, строгая и справедливая. Ни разу за всю карьеру продавщицы деревенского магазина тётя Лада не обсчиталась, давая сдачу, ни разу никого не обвесила. Повезло деревне, что ни говори. «Такие продавщицы только в сказках бывают!» – недоверчиво отмахивались те, кто слышал про тётю Ладу от деревенских. А рассказчики неизменно отвечали: «Нет. Таких даже в сказке не сыщешь!»

Тётя Лада смотрела на Егора, а Егор на тётю Ладу.

– Ну, здравствуй, что ли, Егорка! – напомнила продавщица мальчику о правилах хорошего тона.

– Ой, да… – смутился Егор. – Здравствуйте! Простите.

«Надо же, как неловко получилось… Нужно было мне первому поздороваться», – подумал Егор.

– За чем пришёл? Говори, не стесняйся, – подбодрила женщина.

– Да вот… – замялся мальчик.

Он вспомнил, зачем его сюда отправил человек в чёрных очках. Что же теперь делать? Рассказать всё тёте Ладе? Но это так бредово звучит: «Меня сюда послал человек, который хочет купить моё имя». Тётя Лада не поверит, а даже если поверит, то что она сделает? С другой стороны, можно ведь и попробовать, купить для начала что-нибудь недорогое. А если денег в кошельке не окажется, то можно сделать вид, будто бы в кармане дырка и деньги потерялись.

– Мне это… ну… – начал сочинять Егор и неожиданно для себя самого брякнул: – Мама просила… муки купить.

– Какой?

– А какая бывает?

Тётя Лада так посмотрела на Егора… Стало понятно без слов, что она, конечно, не осуждает его за незнание таких элементарных вещей, как разновидности мучной продукции, но он мог бы постараться хотя бы запомнить мамину просьбу.

– Тебе муку пшеничную или ржаную? – спросила она.

– А есть разница? – снова брякнул Егор, не подумав, что, конечно же, разница есть, раз спрашивают.

Тётя Лада многозначительно вздохнула.

– Мама пироги печь будет? – задала она наводящий вопрос.

– Ну, типа того, – осторожно ответил мальчик.

– Сколько тебе? – спросила продавщица, отрывая от рулона целлофановый пакет.