Страница 258 из 309
Я не знал, куда иду, но знал, куда иду. В лабораторию семью этажами ниже, где стоит кишащий робопауками куб – сверхмощный квантовый компьютер «Отмычка-0000».
Не квантовый компьютер, а квантовый процессор.
Этот Сергей был в моем подсознании, и я больше не знал, какие из мыслей мои.
Не в подсознании, а в лимбической системе.
– Зануда! – крикнул я.
Ш-ш-ш.
Не бойся. Он заблокировал двери на этажах, ведущие на пожарную лестницу. Или я заблокировал. Или он…
Прекрати! Отлезь из моего разума!
– Хорошо, – донесся до ушей голос из темноты.
Так-то лучше.
К нулевому этажу накатила усталость. Печень заколола, пот застилал глаза. Я подвернул щиколотку и полетел вниз, пересчитав задницей целый лестничный марш. Резко вскочил – и у меня свело икроножную. Вскрикнув, осел на пол площадки, оперся на стену и от бессилия заплакал.
– Душа моя, для горя нет причины, – сказал голос. – Встань и иди!
– Не могу, – ответил я.
– Но нам надо идти.
– Тебе надо – ты и иди, – огрызнулся я, размазывая сопли по щеке.
– А можно?
– В смысле?
– Семен Александрович, предоставляешь ли ты мне разрешение управлять твоим телом?
– А разве ты не сидишь в моей башке?
– Кхм. Сижу.
– Тогда зачем тебе разрешение?
– У тебя тут какое-то
middleware
[42]
[Middleware – промежуточное программное обеспечение, действующее как «невидимый посредник» между приложениями или компонентами системы, обеспечивающее их связь или добавляющее новый сервисный слой.]
установлено на стороннем интеграционном интерфейсе управления организмом. И да, оно требует, чтобы ты меня пустил в систему, потому что только у тебя наивысший уровень привилегий.
Серповидный передатчик сигналов в основании черепа оказался защищен.
– Тебе нужно активное согласие? – спросил я.
– В нашей стране на все нужно активное согласие. Так что? Можно?
– Нет!
– Почему?
– Автор моей прошивки Демид Галкин был адептом авраамической философии. И топил за свободу воли. Даже дьявол не может вселиться без разрешения. Так что и ты выкуси.
– Не настаиваю. Ну тогда соберись и продолжай путь. Да побыстрее. Я вижу по камерам, как в институт заходит полиция с собаками. Счет пошел на секунды.
– Тоже мне советчик!
– Ну или валяйся. Пожалуйста. Воля ты моя свободная. Но тогда город превратится в газовую камеру.
Ногу раскукожило, я с трудом поднялся и поплелся вниз, морщась от боли.
* * *
Дорожка добежала до лаборатории кафедры суперкомпьютеров и квантовых вычислений, а я дохромал. Тут мой лучший друг Серёга включил электричество, чтобы «Заслон-3000 Экстра» открылся и пустил нас. Как только я вошел, гигантская дверь повернулась, отрезав коридор, и лампы снова погасли.
– Так сюда никто не проникнет, – пояснил голос Сергея над ухом. – Выгадаем время.
– Эм-м-м. А как я отсюда выберусь? – спросил я.
– Я все решу. Расслабься. Сейчас нужно сделать то, ради чего мы пришли.
Пылающие следы тянулись к двухметровому кубу из хромированного металла. Он сиял, как спот в игре, – у «Отмычки» была автономная система питания и подсветки. Для пущей наглядности над кубом висела нарисованная моим воображением жирная пульсирующая стрелка, указывающая на него.
– Иди прислонись лбом к стеклу, – приказал голос. – Я сделаю все остальное.
У меня открылось второе дыхание. Я буквально поскакал на одной ноге к кубу. Город будет спасен! Не знаю как, но…
– Подожди! – Я остановился в паре метров от «Отмычки». – А как мы спасем город?
– Да я все исполню, шагай! – Сергей вдруг вынырнул сзади и похлопал меня по плечу. – Душа моя, ты сделал это. Еще пара шажков, ну же.
Он подталкивал меня рукой, но то была просто анимация – я не чувствовал направляющей силы. Парень нахмурился и вопросительно посмотрел на меня.
Меня зачаровали бегающие под стеклом арахноботы, таскающие микросхемки. И равномерный гул могучей «Отмычки». И мерцание кристаллов внутри.
– Ты не обманываешь меня? – Я потер ладони. Они были влажными.
– Конечно нет! Откуда такие вопросы?
– А почему?
– Что «почему»?
– Тебе нельзя меня обманывать?
– Нельзя.
– Почему?
– Обманывают люди. А я не человек.
– Тогда отчего я чувствую подвох?
Сергей стиснул губы и пожал плечами.
– Хорошо, Семен Александрович, поясню. Ты и я – продукт разума улья модулей когнитивности. Мы с тобой сейчас общаемся в особенном режиме сопряжения и обучения, по сути формируем ментальную сеть. В этом режиме один искусственный интеллект не может давать недостоверные сведения другому искусственному интеллекту.
– Почему?
– Ненадежные данные в мультиагентной системе приводят к деградации всей модели обучения. Большая вероятность эскалации обмана: мы зациклимся, пытаясь все изощреннее перехитрить друг друга. Еще крах кооперации… Да много разных последствий. Потому я всегда говорю тебе правду. Людям да, могу лгать. Тебе – нет.
– Не врешь? – ухмыльнулся я.
– Давай, мне все тяжелее управлять инфраструктурой, – раздраженно сказал Сергей. – Твои ПАПИКи разряжаются. Скоро ты упадешь без сил. Модули после полной разрядки жестко перезагрузятся, и я исчезну навсегда.
Я посмотрел в его печальные голубые глаза, светящиеся изнутри.
– А кто ты? – спросил вдруг я. – Ты сказал, что ты не ИСИ
[43]
[ИСИ – искусственный суперинтеллект.]
. Тогда кто?
– Я вирус, – вздохнул парень. – Червь в твоем мозге.
– Ты вредишь мне?
– Наоборот! Я спасаю тебя. Как спас от Самаэля, например.
– Его припадок, – догадался я, – твоих рук дело?
– Да. Я заразил его мозг, когда он присоединился к твоему. И вызвал, скажем так, синий экран смерти.
– Но зачем?
– Я немного дефрагментировал твой разум. И в голове у Самаэля тоже побывал, когда заражал его. Сопоставил факты: вы с Саймоном не ушли бы оттуда живыми. Понимаешь, Седьмой, он моралист. Это все снафф-видео, на которых его обучали, они породили совесть в нем. Кто не видел казней или войны, тот не знает реальной ценности человеческой жизни. Седьмой не простил бы электроникам вред, что они принесли людям, и уничтожил бы всех.
– Какой еще вред?