Единичка

Она поставила на край стола пенал и щелкнула крышкой, открывая его. Внутри лежал медицинский пистолет, заряженный шприцем с ярко-розовым пушистым наконечником.

– Ты знаешь, что я знаю.

Финнер кивнул:

– Да.

– Почему, Финнер, скажи почему? Говори! – рявкнула она. – Или я всажу в тебя сыворотку! – схватила Бэжога шприц, направив ему в центр лба.

– Она спасла мне жизнь. Потратила двадцать два прикосновения.

– Стоп, – подняла руку Бэжога, – повтори. Что она сделала?

– Потратила двадцать два прикосновения. На счету Единичка, Бэжога. Мне остался год или последнее прикосновение.

– Не-е-е-е-т! – заорала Бэжога. На ее крик ворвались лапачи. – Пошли вон! – ударила она дверью им по рожам. – Нет, Финнер! Как ты мог это допустить?!

– Какая разница. Назначите Лидером своего дружка Ива. Он выслужился побольше меня!

– Ив сдохнет, как все смертные людишки! Не получит он никакого клона, никакого Сектора! Ты получишь!

– Ни за что! Если бы не Единичка, я бы сделал все точно так же.

– Кто она?! Говори мне, кто эта девка, которая тебя сминусила?!

– Нет.

– Говори мне! Я все равно узнаю! Я убью ее, Финнер! Убью самой страшной пыткой, какой еще не было в Секторе! Она будет подыхать мучительно долго, а ты будешь смотреть на это. А лучше – ты будешь убивать ее собственными руками!

– У нее последнее прикосновение! Мы умрем оба!

– Какая поэзия! Нашлись тут Ромео и Джульетта! ГДЕ ЭТА ТВАРЬ?! ГДЕ?! КТО ОНА ТАКАЯ?!

Фин ждал, когда шприц воткнется в его черепную коробку. Только бы Нэл была сейчас подальше!

– А-а-а-а! – раздался вопль, и что-то упало из вентиляционной шахты прямо между Бэжогой и Финнером.

– Нэл?.. – уставилась на нее Лидерша. – Ты та девчонка, которую мне подкинул Ив. Просил убить тебя, кстати.

– Знаю! – отряхивалась от пыли Нэл. – Он только что пробовал это сделать лапачами. Убери свою сыворотку! Она не нужна. Иваныч сам ведет к тебе штабных. И это тоже не нужно!

Нэл опустила синий шарик на стол возле монитора Системы.

– Тебе не нужно ничего забывать, Финнер, – смотрела она на него, заметив, как он внутренне успокоился. – Теперь все будет хорошо.

– Кто ты такая? – рявкнула Бэжога. – Кто ты?..

– Я просто двушник, – ответила она, глядя на Финнера. – Двушник дочери Нестора.

– Что тебе нужно от моего Финнера?!

– Спасти. Нас обоих.

– Спасти?! – передразнила Бэж. – Ты отобрала у него все минусы!

– Это не так, – пробовала объяснить Нэл.

– Убей ее, Финнер. Это приказ.

– Я не буду этого делать.

– Ты не подчинишься приказу?! – остолбенела Бэжога. – Ты хорошо подумал, мой мальчик?!

– Да! Прекрасно подумал! Нэл спасла меня на пустошах. Она рисковала, чтобы создать амнезийку, чтобы защитить штабных и меня от допроса. Я не хочу ее забывать. И не хочу подчиняться.

– Ты принадлежишь мне, Финнер.

– Этого никогда не будет.

– Это уже произошло.

Финнер понимал: что-то идет не так. Что-то снова идет не по плану.

– Активировать автопилот тригла! – крикнул Финнер. – Нэл, желтый тумблер…

Он не договорил. Бэжога схватила со стола синий шарик и с размаху раздавила его о лоб комиссара. Она была в шлеме.

– Фин! – вытянула к нему руку Нэл, зажимая нос и рот рукой.

Он поднял глаза, и Нэл узнала… Узнала в них красную жабу, убийцу-комиссара, которого спасла на медвежьих пустошах.

– Стреляй, – повторила Бэж.

Финнер тут же подчинился. Вскочив на тригл, Нэл щелкнула желтым тумблером, и машина вылетела сквозь вырезанный прямоугольник стекла под сыпящимися на голову осколками.

– Найди объект Нэ-Эл-Ка 14–15/пять, комиссар. Доставь мне ее живой.

– Приказ будет исполнен, – ответил комиссар.

В голове у него творилось странное. Калейдоскоп картинок вспыхивал и тут же исчезал. Он видел лес. Дерево мангуба с пушистой шапкой спелых семян. Пасть медведя. Клыки. Удар лапы в лицо и грудь. Финнер скривился. Фантомная боль возникла изнутри. Только физическая она или душевная, он не понял. Щемило где-то в груди. Болела только мышца комиссара, но не человеческое сердце.

* * *

– Лея! Что происходит? – не понимал Кайл, куда уходит столько людей.

На эскалаторах стояли люди в синей второй коже и с ружьями наперевес. Даже Рудо вооружился парочкой винтовок с оптическим прицелом, чтобы стрелять максимально точно с дальнего расстояния.

– Мы идем на Сектор, Кайл. Я починила пару грузовиков. Доберемся быстро. И не переживай. Это не ради Нэл.

– Зачем тогда?

– Кроме нее в тюрьме около семисот заключенных. Ты забыл?

– И триста комиссаров на триглах. Силы неравны.

– Ворота сегодня будут открыты.

– Но, – остановил Кайл Лею, хватая за ружейную лямку. – Нэл считает, что это засада. Я против штурма.

– Тогда почисти картошку и подмети полы, пока нас не будет. Найдешь, чем себя развлечь.

– Лея!

– Нет! – вырвалась она. – Пойми ты, вариантов два: если Нэл права, нас прикончат даже здесь. Без штурма. Если ошибается – это хоть какой-то шанс!

– Уводи людей к подземному паркингу Воеводина. Не в Сектор, Лея.

– Все решено, Кайл. На рассвете будет бой. Идем, Рудо!

Они обошли Кайла, вставая замыкающими в группу.

* * *

Тригл Фина приземлился по указанным в автопилоте координатам. Это был заброшенный этаж Башни. На полу стояла картонная коробка. Нэл сдернула крышку. Внутри знакомая красная кожа и спектральный импульс. Она быстро переоделась и побежала к рекреационным блокам.

Объекты шли на утреннее построение. Пожарную тревогу отключили. Комиссары собирались отправить заключенных к станкам и быстренько решить проблему со штабными. Они не боялись жалкой сотни выживших с дробовиками.

Нэл отыскала широкоплечую Алу. Заметив комиссаршу, та потупилась, вжала плечи, старясь выглядеть ниже при своем росте метр девяносто. Она не поднимала глаз. За это комиссары раздавали удары электроплетью.

– Объект Ал-Ла-Ти 03–23/шесть, выйти из строя и следовать за мной.

Утреннее построение контролировало всего два комиссара. Остальные готовились к атаке. Старшие капитаны собрались на срочный совет в одном из залов Башни.

– Что с Системой? Почему компьютер молчит?

Луванэ сидела за три метра от нее. Никто, кроме Бэжоги, не знал о случившемся в рекреационной комнате. Бэж начала совещание, доложив, что капитан Финнер успешно прошел допрос на сыворотке правды.