Обсидиановые грёзы

ГЛАВА 40

БЛЭЙД

Пока готовлю завтрак, Шэдоу и Рэйвен уходят принимать душ, а я наблюдаю, как Рэд ёрзает на стуле. Грудь неровно поднимается и опускается, и я знаю, что она на взводе, её голова поворачивается при каждом малейшем звуке. С ножом в руке подхожу к ней и снова включаю игрушку на самую низкую скорость.

— Такая красивая, связанная. Нравится быть нашей игрушкой? — спрашиваю, проводя лезвием по её щеке и горлу, пока она скулит и кивает. — Слова, Рэд. Я хочу слов…

— Я… я… — она изо всех сил пытается сформулировать связное предложение, пока игрушка тихонько жужжит на ней, а её грудь вздымается от предвкушения. Слегка прикусив нижнюю губу, она, наконец, выдавливает из себя:

— Да… Я… наслаждаюсь этим.

Смеюсь над её признанием, нож скользит всё ниже по её телу к дрожащей груди. Кончик лезвия дразнит набухшие соски, заставляя её ахнуть от внезапной волны удовольствия.

— Очень хорошо, — бормочу я, прижимая плоскую сторону лезвия к коже между грудей.

Холодный металл заставляет Рэд слегка вздрогнуть, она пытается отстраниться, ища хоть какой-то передышки от мучительной стимуляции вибратора.

— Потому что мы только начинаем.

Подношу лезвие к верхней части её бедра, проводя им по внутренней стороне.

— Хочу вырезать свои инициалы на твоей идеальной коже.

— Нет, — стонет она, и эта мольба больше похожа на тихое хныканье, чем на прямой отказ. — Пожалуйста… Блэйд.

Чуть сильнее прижимаю лезвие к её нежной плоти, чувствуя дрожь под его прохладным поцелуем.

— Ты этого не хочешь? — мой голос переходит в дразнящее мурлыканье, пока наблюдаю за её реакцией.

— Нет, — на этот раз она повторяет более настойчиво, но всё равно колеблется. — Это уже слишком.

Я обдумываю её слова, взвешиваю их, хотя она и не произнесла своего стоп-слова. Решив приберечь это до тех пор, пока она не начнёт умолять, я угрожающе провожу ножом по внутренней стороне бедра, наблюдая, как мурашки пробегают по её коже в ответ на прикосновение холодной стали.

Она тихо ахает, когда я резко убираю нож и кладу на его место кончики пальцев, слегка проводя ими по коже. Она дрожит от прикосновения, возбуждение стекает на сидушку стула, несмотря на страх.

— Давай-ка для начала посмотрим, сколько раз мы сможем заставить тебя умолять, прежде чем позволим кончить, — предлагаю я, наклоняясь вперёд, чтобы захватить затвердевший сосок зубами и безжалостно сжать его.

Она вскрикивает от смеси удовольствия и боли, когда мой рот надавливает на её чувствительную плоть, в то время как игрушка неустанно продолжает жужжать. В дверном проёме стоят Шэдоу и Рэйвен с полотенцами, обёрнутыми вокруг талии, на их губах играют ухмылки, волосы ещё влажные.

— До сих пор мучаешь её? — хмыкает Рэйвен, но в его голосе явственно слышится веселье, когда я возвращаюсь к плите, чтобы закончить завтрак для всех. — Она наше развлечение?

Шэдоу смеётся, придвигает стул к себе и тянется за кусочком бекона. Мы все рассаживаемся вокруг Рэд, наблюдая, как она пытается увернуться от вибрации игрушки и пристальных взглядов своих похитителей.

— Она такая красивая, когда выставлена для нас напоказ, — замечает Шэдоу, поднося к её губам полоску бекона, а затем резко убирает.

Увеличиваю мощность устройства, заставляя её забыть о любых приступах голода, пока она извивается в оковах.

— Пожалуйста! Мне нуж… — кричит она, не в силах закончить предложение, и я быстро выключаю вибратор.

— Нужно что? — поддразниваю я, и мой собственный смех смешивается со смехом парней, а Рэд разочарованно стонет.

На протяжении всего завтрака я продолжаю дразнить Рэд игрушкой, отказывая ей в освобождении каждый раз, когда она подходит к краю. Мы втроём болтаем и шутим между собой, в то время как она вынуждена сидеть и испытывать множественные

почти

-оргазмы.

Когда мы заканчиваем есть, встаю и замечаю, что по её щеке скатывается одинокая слезинка. Усмехнувшись, наклоняюсь к ней и беру за подбородок.

— Оу, котёнок… Готова сдаться? — мой тон сочетает в себе и насмешку, и нежность.

Подбородок дрожит, когда она качает головой, решительная, как всегда, несмотря на слёзы. Я провожу языком по её щеке, наслаждаясь солёностью слёз.

— Хорошая девочка, — другой рукой тянусь ей между ног, ощущая влажность, и убираю игрушку. — Истекает для нас, парни, — заявляю я, выпрямляясь и обращаясь к Шэдоу и Рэйвену: — Я собираюсь принять душ. Проследите, чтобы она поела. Ей понадобится энергия.