Обсидиановые грёзы

ГЛАВА 17

ЗАРА

Хэллоуин. Вечер пятницы.

Я сижу на заднем сиденье машины, сердце бешено колотится, городские огни мелькают мимо как в тумане. Длинное красное платье, которое на мне надето, облегает тело, а разрез сбоку открывает его ровно настолько, чтобы я чувствовала себя смелой и немного беззащитной. Под ним чёрный кружевной комплект обволакивает мою кожу, создавая секретный слой, который только усиливает волнение и нервозность, бурлящие во мне.

Пальцы сжимают маленький чёрный клатч, лежащий у меня на коленях, но он кажется слишком лёгким. Я взяла только самое необходимое: удостоверение личности, кредитную карту, телефон и губную помаду. Не знала, что взять с собой, и даже не знала, как долго меня не будет. И теперь, сидя здесь, на заднем сиденье, не могу не задаться вопросом, готова ли я ко всему, что ждёт меня сегодня вечером?

Закрадывается мысль: а что, если эта вечеринка на самом деле вовсе не вечеринка? Что, если Блэйд, со всеми его мрачными обещаниями и таинственным обаянием, задумал что-то другое? При этой мысли у меня по спине пробегает дрожь, смесь страха и возбуждения, от которых я не могу избавиться. Часть меня в восторге от возможности, опасности, неизвестности, но другая часть задаётся вопросами, не иду ли я прямиком в ловушку? Не примет ли эта ночь такой оборот, к которому я не готова?

Пытаюсь отогнать сомнения, но они остаются, селясь глубоко в моей груди, когда машина сворачивает на более тихую улицу. Городской шум стихает, его заменяет гул двигателя и тихий шелест моего платья, когда я ёрзаю на сиденье. Волнение, которое испытывала раньше, до сих пор ощущается, но теперь к нему примешивается подкрадывающаяся неуверенность. Я сама напросилась на это, не так ли? Так почему же у меня такое чувство, будто я ввязываюсь во что-то, что не могу полностью контролировать?

Выглядываю в окно, темнота снаружи давит со всех сторон, и я чувствую тяжесть предстоящей ночи. У меня ещё нет маски, но знаю, что скоро она у меня появится. Скроет ли она меня или только добавит таинственности, затрудняя понимание того, что реально, а что просто часть игры? Эта мысль одновременно опьяняет и нервирует.

Когда машина подъезжает к большому, внушительному складу, я чувствую, как сердце учащённо бьётся в груди. Здание маячит впереди, его тёмный силуэт вырисовывается на фоне ночного неба, и даже снаружи я слышу тяжёлые звуки музыки, вибрирующие сквозь стены. Это звук, который одновременно и манит, и нервирует, – обещание того, что ждёт внутри.

Выхожу из машины, прохладный ночной воздух касается моей кожи, а взгляд прикован к массивным железным дверям на входе. Они кажутся слишком большими, слишком устрашающими для простой вечеринки. Пульс учащается по мере приближения, каждый шаг отдаётся в ушах громче, чем предыдущий.

Двери распахиваются, как только подхожу к ним, и меня встречает привлекательная блондинка с зачёсанными назад волосами, подчёркивающими острые линии её лица. Она одета в элегантное чёрное платье, облегающее её фигуру, и подходящую к нему чёрную маску, скрывающую бо̀льшую часть её черт, но оставляющую видимыми красные губы, когда она улыбается.

— Рэд? — спрашивает она ровным и натренированным голосом, как будто ждала меня весь вечер.

— Да, — мой голос звучит твёрже, чем я себя чувствую.

Она улыбается ещё шире и протягивает мне замысловатую серебряную маску, изящный рисунок которой поблёскивает в тусклом свете. Протягиваю руку, чтобы взять её, ощущая прохладный металл в своей ладони, когда девушка осторожно забирает у меня мой клатч. На мгновение замираю, выпуская сумку из рук и наблюдая, как она откладывает её в сторону, скрывая из виду.

— Наслаждайся вечеринкой. Блэйд с нетерпением ждёт встречи с тобой, — говорит она, и в её тоне слышится намёк на что-то большее, что заставляет мой желудок сжиматься от волнения и нервозности.

Киваю и прохожу через вторую дверь, музыка накрывает меня волной. Теперь она громче, пульсирует и отражается в моём теле, почти подавляя. В воздухе витает густой запах дыма, алкоголя и чего-то ещё – чего-то более

тёмного

, первобытного. Запах тел, двигающихся в унисон, запах желания и самозабвения.

Мои глаза привыкают к полумраку, освещённому стробоскопами, и я вижу их: танцующих людей, прижимающихся друг к другу, потерявшихся в музыке и анонимности своих масок. Эта энергия наэлектризована, заряжена такой силой, что у меня мурашки бегут по коже. Но по мере того, как я впитываю всё это, чувствую и кое-что ещё – взгляды, устремлённые на меня. Наблюдающие. Ожидающие.

Я не вижу, откуда это исходит, но чувствую присутствие, от которого у меня мурашки бегут по спине. Осматриваюсь, но невозможно сказать, кто скрывается за каждой маской, кто наблюдает за мной с таким напряжением. Волнение, опасность заставляют моё сердце бешено колотиться, и я знаю, что, что бы ни случилось дальше, я больше не контролирую ситуацию.

Надеваю серебряную маску, чувствуя, как её прохлада касается моей кожи, и делаю глубокий вдох. Теперь я здесь, и пути назад нет. Ночь только начинается, и я готова увидеть,

куда

она меня заведёт.