Неподходящая

— Мы современные люди, – пожимаю плечами, потому что в остальном крыть мне, конечно, нечем.

— Ну, клево. Я за тебя рада. Ты когда рядом с ним, аж вся светишься.

— Надеюсь, ты привираешь, – бурчу я.

— Почему? – опять хохочет.

— Потому что мы не хотим распространяться о наших отношениях. И ты, пожалуйста, никому не говори.

— Я – могила. Не переживай. Но на твоем месте я бы не стала сильно рассчитывать на то, что вам долго удастся держать эти отношения в тайне. В офисе все тайное очень скоро становится явным. Здесь и у стен есть уши.

— Угум, – невнятно бормочу я, убеждая себя, что если вдруг что случится – Адам точно это как-то разрулит.

Домой я теперь езжу на такси. Так гораздо быстрее, хотя и дороже, конечно. Но Адам в последнее время взял на себя большую часть наших с Ками расходов, так что – могу себе позволить. Возможность забрать дочь из сада пораньше стоит некоторых уступок с моей стороны. К тому же.. Блин, это же нормально, когда мужчина содержит семью!

Мы успеваем погулять с дочкой на площадке и приготовить ужин, когда раздается звонок в дверь. Как на крыльях лечу открывать Адаму. В теле легкость, которую я сто лет не чувствовала, загибаясь под грузом ответственности и забот.

Адам стоит на пороге с огромным букетом свежайших кремовых роз.

— Вау, – закусываю губу.

— Это мне?! – визжит Ками, бегом преодолевая расстояние до двери.

— Нет, – усмехается Байсаров. – Это букет для мамы. А вот это – для тебя, – жестом фокусника достает из-за спины букетик поменьше.

У меня сжимается горло. Просто потому что не может быть мужчина таким. Хочется зарыдать, честно. От того, что всё так.. правильно. Тепло. Ровно так, как и положено быть.

— Давай, ставь быстро в вазу, и поедем, – говорит он с тем самым уверенным спокойствием, от которого у меня подкашиваются колени.

— Ку-уда? – изумляюсь я.

— Как куда? Смотреть квартиру, конечно же. Ты что, меня совсем не слушала?

Мои глаза округляются.

— Я не думала, что все закрутится так быстро.

— А чего ждать? Пока хороший вариант уведут у нас из-под носа? Давай, малышка, скорее собирайтесь.

Ками мчит к обувнице и достает сандалии. Я же как во сне. Все настолько хорошо, что аж страшно!

— А цветы по какому поводу?

— Ты, наконец, свободная женщина.

— А?!

— Ты что, даже на сайт суда не заглядывала? – усмехается Байсаров.

— Н-нет. Я.. совсем забыла, – понимаю вдруг.

— Может, кое-кто не так уж и ждал развода? – в голосе Адама проскальзывают странные, незнакомые мне совсем нотки.

— Конечно, я ждала! – восклицаю я. – Просто..

— Что?

— Ты мне все мозги запудрил, понял? – смущаюсь.

— Значит, все время обо мне думаешь? – оскаливается Адам, подхватывая Ками на руки.

— Все время. Пойдем, что стоишь? Сам же говорил – надо поторапливаться.

Господи, я реально до слез смущаюсь! Своих чувств к этому молодому мужчине. Своих реакций.. Рядом с ним я ощущаю себя так, будто не было последних лет. Будто мне снова девятнадцать. Восторженной и влюбленной. Но имея за плечами кое-какой опыт, все же боюсь до конца расслабиться, и все время жду подвоха.

На просмотр новой квартиры мы едем молча – фоном в машине играет музыка. Ручка Ками лежит на подлокотнике, в другой она сжимает тот самый букетик, который ей подарил Адам. В отличие от меня, дочь категорически отказалась с ним расставаться. И теперь периодически подносит бутоны к лицу, чтобы вдохнуть аромат. Адам это палит. И кажется, эта картина трогает его сильнее, чем можно было подумать. У меня всё скручивается в тугой, щемящий клубок.

Наблюдаю за ним безотрывно. Адам сосредоточен на дороге, но я вижу, как от напряжения у него сводит челюсти. Вроде всё хорошо, но некоторая нервозность все же просачивается через фильтры его обычной невозмутимости. Впрочем, это совершенно нормально, учитывая, на какой важный и ответственный шаг мы решились.

— Там есть детская комната? – негромко интересуюсь я.

— Конечно, – заверяет Адам. – Комната с фламинго на обоях – это она. Мы можем всё переделать, как ты захочешь. Главное – чтобы вам было комфортно.

«Чтобы вам было комфортно». Мне. И Камиле, да.. Мне кажется, в этот момент я еще сильнее в него влюбляюсь.

Квартира в одном из новостроев классом гораздо выше того, где я снимаю жилье сейчас, встречает нас прохладой и мягким светом. Просторная, с потолками выше обычных и окнами в пол. Она еще полупустая, но вдохнуть в нее жизнь будет совсем не трудно.

Ками тут же вырывается вперёд, заглядывает в комнаты.

— Мам! А можно здесь поставить качели?

Я смущённо хмыкаю, Адам кивает:

— Почему нет?

Он говорит это легко. Но я вижу, как настороженно он за мной наблюдает. Чего он боится, глупыш? Что мне не понравится? Так.. Говоря откровенно, с ним мне и в нашей старой квартирке – рай. Просто несколько неудобный. Заглядываю в кухню, в спальню, в ванную. Представляю здесь нас. Я варю кофе, Ками лепит из пластилина за столом очередной «шедевр». Адам возвращается из офиса, обнимает меня сзади. Я улыбаюсь. И это так.. реально.

— Ну как? – спрашивает он. Я не знаю, как передать словами всё, что во мне кипит. Меня душат эмоции. А там, где казалось, все умерло, расцветают пышным цветом сады.

— Мне нравится.

— Значит, решено. Берем. Завтра перевезем ваши вещи.

— Завтра рабочий день! – пугаюсь я.

— Ничего, уйдешь пораньше.

— И как ты это объяснишь Новикову? – дразню Адама, откидываясь в его руках.

— Я не обязан перед ним отчитываться, – хмыкает тот.

— Ну уж нет. Не хочу никаких поблажек. Не так уж у нас много вещей..

— Точно?

— Угу. Лучше скажи, что мне говорить родителям.

Адам настораживается.

— По поводу?

— Ну.. У них наверняка возникнут вопросы.

— Скажешь, что подвернулся хороший вариант за нормальные деньги, – беспечно пожимает плечами Адам, поворачиваясь к двери. А у меня внутри все обрывается.