Неподходящая

Дрожу. Лейла всхлипывает, водя пальцами по моим заросшим щекам. На ее глазах томная поволока.

— Пипец. Я сейчас упаду.. – хриплю ей на ухо. – Ты выжала из меня все соки.

Она отвечает не словами. Только пальцами, вцепившимися в меня. Только телом, выгнувшимся мне навстречу. Только взглядом, в котором нет страха, но есть принятие и довольство качественно оттраханной женщины.

— Я бы тебе предложила прилечь, но у нас с Ками один диван на двоих.

Заставляю себя от нее оторваться, чтобы привести себя в порядок. Разговаривать на серьезные темы в таком виде кажется категорически невозможным.

— Чаем хоть напоишь? – усмехаюсь я.

— Конечно. Только переоденусь. Ты меня опять испачкал.

Лейла рдеет, отворачивается к ванне, делая вид, что настраивает температуру воды. Даю ей время отдышаться. Хотя по правде, вообще не хочется оставлять ее ни на секунду. Я плыву без весел, и это хреново. Такие вещи решаются исключительно на трезвую голову.

Обмываю член, обещая себе не допускать больше таких косяков. Заправляю трудягу в брюки и выхожу.

Пока Лейла принимает душ, завариваю нам чай. Прохожусь с инспекцией по шкафчикам, удивляясь, как за такое короткое время здесь успели обжиться, и все время косясь на сопящую буквально в нескольких метрах Ками, которую, кажется, ничуть не тревожит шум, с которым я хозяйничаю в зоне кухни.

Шорох со стороны коридора говорит о том, что Лейла закончила. Оборачиваюсь. Она стоит, будто не решаясь войти. И так внимательно на меня смотрит..

— Чего застыла? – улыбаюсь я.

— Не знаю. Как-то.. в это трудно поверить, – усмехается она.

— Наверное, – пожимаю плечами. – Но в жизни случается и не такое.

Лейла ощутимо расслабляется. Протискивается мимо меня к столу.

— До тебя эта квартира казалась мне довольно просторной, – улыбается, сама того не желая, подводя нас к нужной теме.

— Об этом я и хотел поговорить.

— О твоих размерах?

Зараза. Смущается, но все равно провоцирует. Р-р-р.

— О размерах твоей квартиры. Тебе не кажется, что нам нужно жилье побольше?

— Нам? – Лейла сглатывает, прячась за чашкой с чаем.

— Если мы планируем регулярные встречи, это необходимо.

— А мы планируем? – откашливается она.

Нет, в том, что Лейла тоже переживает о нашем будущем, нет ничего удивительного. Просто.. А-а-а. Черт. Как все сложно! Мы же не будем это обсуждать, да? Я просто не знаю, как об этом сказать деликатно! Она же неглупая, и сама все понимает..

— Конечно. Мне очень хорошо с тобой. Тебе вроде бы тоже.

— Да, – часто кивает Лейла.

— Ну, тогда ответ очевиден. Насчет квартиры не парься. У меня есть знакомый риелтор, он все сделает.

— Не знаю. Ками только-только привыкла к этой. Понимаешь, для нее ведь большой стресс и наш развод с Ником, и переезд. А тут опять новый район..

Это, конечно, аргумент.

— Я что-нибудь придумаю.

— Не знаю, Адам. Это, наверное, дорого.

Разделяющий нас стол совсем крошечный. Я наклоняюсь через него, обхватываю ее шею ладонью. Знаю, что она очень сильная и со всем справится. Но оттого еще больше хочу оградить ее от любых сложностей.

— Вопрос цены не должен тебя тревожить. Оставь это дело мужчине.

Лейла упрямо молчит. А меня это злит. Не молчание, нет. То, что ей пришлось стать самостоятельной в тех вопросах, которые женщина решать не должна. Желание придушить ее бывшего становится прямо-таки навязчивым. Где она вообще откопала этого мудака?! Как смогла полюбить его, как могла ему отдаваться? Р-р-р.. Кажется, мне, наконец, становится понятно, почему считается, что надо жениться на девственнице.

Я.. Ревную.

— Лейла! Я не твой гребаный Никита. Я могу взять ответственность за свою женщину. Это не обсуждается, ясно?

Я вижу ее борьбу. И выдыхаю, лишь когда она подчиняется.

— Ну.. ладно.

— Так я напрягу риелтора?

— Если все действительно так серьезно.

— Иди сюда, – велю я, откидываясь на спинку стула. Лейла послушно перебирается ко мне на колени. Крепко, я бы сказал, с каким-то отчаянием меня обнимает. Чешет нос о мою бороду. Я млею. Но стараюсь, чтобы мой голос звучал строго. С ней нельзя пока расслабляться.

— Что? Говори.

— Тебе не кажется, что мы торопимся?

Если только немного. Но ей вряд ли стоит об этом говорить.

— Нет. А почему тебя это волнует?

— Потому что я не одна. У меня дочь. Мне нужно думать о ней.

— Я никогда ее не обижу. Обещаю. И вообще, я люблю детей.

Приподняв указательным пальцем ее подбородок, целую, чтобы вытравить из ее хорошенькой головки никчемные страхи. Лейла поддается, ерзает. Ластится ко мне, точно кошка. Такая мягкая. Уступчивая. Доверчивая.. Мне так хорошо с ней, что я напрочь забываю о страхах, преследующих меня в последние годы. Прошлой ночью я впервые уснул с выключенным светом. Отрубился, даже не подумав, включен он или нет. И спал без всяких сновидений, пока она не растолкала меня под утро, довольно бесцеремонно выпроводив восвояси.

— Перестань. Тут же Ками..

Придя немного в себя, Лейла бьет меня по рукам, которыми я с намеком поглаживаю ее шикарную задницу.

— Она спит как убитая. Ее и стадо слонов не разбудит.

— А вдруг. Я так не могу! И не смотри так на меня. Никакой ванной! Я и так свезла себе копчик.

— Лейла.. – ловлю ее за руку, не готовый остановиться.

— Адам! Я серьезно..

— Чуть-чуть, я осторожно, ладно? И сразу уйду.

— Кошмар. В кого ты меня превращаешь?! – хватается за голову, вызывая у меня довольный смешок.

— Это да?

— Ты же все равно сделаешь по-своему!

— Точно. Ты успела хорошо меня узнать, Лейла. Пойдем.