Страница 40 из 50
Глава 26
Ангелина
Сегодня в доме сломался лифт.. Обслуживающая компания приехала, поковырялась в «кишках» сложного устройства. Потом на стене дома появилось объявление, что нужные запасные части доставят только послезавтра, а значит, целых два дня придется подниматься пешком.
Мне на восьмой этаж..
Поэтому, преодолев половину пути, я отдохнула, задумавшись о смысле своего отъезда из города. Смотрела из окна на пейзажи, к которым была равнодушна, и понимала, что совершила большую ошибку..
Вот что я здесь делаю? Прожигаю денежки и трачу время, спуская его впустую! Работу пока найти не удалось, знакомыми не обзавелась, друзей здесь нет. Есть только парочка довольно дальних знакомых, с которыми я общалась только в мессенджерах, пересылая друг другу картинки и безликие поздравления.
Уехала...
В никуда!
Сбежала.
От себя ли? От себя не убежишь..
Маму бросила. Она в последние дни была сама не своя, но я все равно уехала!
Эгоистка..
От Красавина так ничего и нет.
Прочитал и слился.
В никуда!
Ни звонка, ни строчки!
А я так переживала, отправляя ему это сообщение.
Душа была нараспашку.. Самую сокровенную боль перед ним открыла.
Хуже всего — равнодушие.
Оно убивает..
И я, наверное, еще не скоро излечусь от чувств к этому подлецу, но хотя бы теперь все точки над i расставлены: ему на мои потери плевать.
Поэтому можно идти дальше и не оглядываться на него.
Вообще.
Так, ладно.. Я что-то совсем раскисла..
Нужно подняться, отдохнуть, собраться с мыслями.
Маме позвоню, обрадую, что скоро приеду.. Нет смысла находиться здесь. Выводы, к которым я пришла, оказались неутешительными, поэтому..
Скоро меня ждет возвращение домой, придется начинать все сначала, но.. оставив где-то здесь, в чужом городе, еще один кусочек души.
* * *
Последние ступеньки я преодолеваю уже едва дыша. Чертов пакет с продуктами оттягивает пальцы.
Шорох..
На лестничной площадке кто-то есть. Сидит возле двери, опустив голову вниз.
Он поднимается, услышав мои шаги. К своему удивлению я узнаю Красавина в мужчине, который прикорнул сидя возле двери квартиры.
От неожиданности пальцы разжимаются, и пакет с фруктами падает на пол, запрыгав вниз по лестнице.
— Т-т-толя?!
Я в шоке.
— Как? Как ты меня.. нашел? У мамы спросил?
— Если очень захотеть.. Когда очень-очень надо.. Можно и горы свернуть, чтобы найти.. ту самую. Единственную! Но здесь.. и горы сворачивать не пришлось. Только себя.. разобрать, собрать и.. принести к тебе.
Красавин тяжело опирается на перила и смотрит на меня с каким-то темным, звериным отчаянием.
Молчит..
Тяжело дышит..
— Почему ты не сказала о том, что потеряла ребенка? — выдыхает. — Я должен был знать.
Красавин трет свободным кулаком глаза. Они у него горят, воспаленные, красные, опухшие. У него заложен нос, поэтому голос слышится гундосым.
Я замираю, не смея прикоснуться к Толе.
— Ты не должна была переживать это в одиночку!
— У меня была мама, а у тебя — Ирка, уважуха коллег, поддержка друга и далекоидущие планы..
— Молчи! — требует он.
Красавин обхватывает меня за плечи и обнимает, но так, будто хочет, чтобы я обняла его самого и баюкала острую, ядовитую боль, которая выплескивается из него до сих крупной дрожью сильного тела и шумными выдохами, в которых угадываются слезы.
Я облизываю пересохшие губы..
Прошлое снова накатывает, и теперь я тихонько плачу в объятьях, которых мне тогда так сильно не хватало, хотя я бы и не призналась ни за что, как сильно.. я хотела, чтобы он знал и был рядом.
— Больше никаких тайн, — просит он.
— Больше и нет ничего, — отвечаю.
— Но будет. Пожалуйста.. Пусть у нас будет.. хоть что-то.. Одно на двоих.. После всего, что узнал, я о большем и просить не смею. Только надеяться.
Мы крепко-крепко цепляемся друг за друга, стоя на краю лестницы.
— Я думала, тебе наплевать.
— Не мог приехать раньше. Был размазан.. С трудом собрал себя и даже не представляю, как было сложно тебе.. Я больше не хочу.. Не хочу пропустить ничего, слышишь?!
Губы Красавина выпускают жар его дыхания прямиком в мои волосы. Я с трудом отрываюсь и поднимаю на него взгляд.
— Зайдешь ко мне в гости? Только ненадолго.
— Прогонишь? — спрашивает с понимающей усмешкой.
— Что? Нет.. Я о том, что хочу вернуться.
— Вернись ко мне?
— Я думала, ты уже не предложишь.
— Шутишь, что ли? С тех пор, мы встретились, я думаю только о тебе.
* * *
Анатолий
— Уютно.
— Брось, не льсти мне.. Квартира самая обыкновенная. Я даже не помню, как ее выбирала. Ткнула в первое попавшееся объявление, и все, — отмахиваюсь рукой. — Давай фрукты намою.
— Помочь? — предлагаю я.
С единственной целью — быть к ней поближе.
Теперь эта потребность стала моей кровью и моим воздухом. Быть рядом, дышать, видеть, касаться..
Хотя бы кончиками пальцев.
Ловить золотые искорки в медных волосах и просто умирать всякий раз сердцем, когда ее взгляд задерживается на моем лице дольше, чем несколько секунд.
— Помоги, — соглашается она. — Половина яблок побилась. Давай шарлотку сделаем?
— Твою фирменную? А давай.. — соглашаюсь я.
Внутри сладко и тепло становится от воспоминаний о том, что прошлое никуда не ушло. Оно с нами. Рядышком.. Касается то ласковым напоминанием о том, как мы были счастливы, то приправляет горечью потерь и ошибок, которые больше нельзя допустить.
Ни за что..
Я лучше горло себе перережу ржавым тупым ножом..
Ужин легкий. Пирог, бутылка розового вина, посиделки за барной стойкой, которая служит одновременно и столом в этой небольшой квартирке.
Сюда приехал с единственной целью — забрать Ангелину, сделать счастливой. Все зависит от нее: скажет, поехали прямо сейчас, и рванем обратно. Потребует остаться — останусь. Столько, сколько потребуется.
Я задолжал ей слишком много.. Так много, что молю бога лишь об одном — пусть на исправление своих ошибок хватит оставшейся жизни..
— Устала я что-то, — зевнула Ангелина. — Спать пойдешь?
— Пойду, — соглашаюсь я, мгновенно схватившись за приглашение.
Ангелина убирает со стола, домывает посуду у мойки, и я понимаю, что уснуть рядом с ней не смогу. Обнимаю со спины, прижавшись каменной эрекцией к ее попке.
— Гель.. — хриплю.
— Чтооо... — простонала, толкнув на меня попку, потерлась.
— Проказница.
— Думала, уже не дождусь.. Насиловать тебя придется, аааах.. — запрокидывает голову мне на плечо, открывая шейку.