Страница 62 из 71
Глава 24
Очнувшись, я обнаружила рядом с собой Хильду. Горничная налила в чашку восстанавливающую настойку и заставила меня выпить до дна.
Прокашлявшись от горечи, я вцепилась в руку женщины и с отчаянной мольбой зашептала:
– Хильда прошу, помогите мне! Если Маргарет не остановить, погибнут невинные!
Горничная ничего не ответила, молча отцепила мою руку от своего платья и подала мне чистую нижнюю одежду.
Поражаясь равнодушию этой доброй и участливой женщины, я закричала:
– Хильда, вы меня слышите?! Умрут ни в чем неповинные люди!
– Мне приказано подготовить вас к обряду бракосочетания и последующей коронации, – безучастно ответила горничная.
И вдруг я заметила, что глаза Хильды потускнели и словно лишились жизни, а все движения выглядят рваными и какими-то механическими.
«Она околдована!» – поняла я страшное.
Откинув одеяло, я вскочила с кровати и бросилась к двери. Заперто. Впрочем, этого следовало ожидать. На руках у меня железные браслеты, воспользоваться магией я не могу. Черт!
– Вы должны переодеться, Василиса, – безэмоционально произнесла Хильда.
– Черт! – снова выругалась я. – Что же делать?!
Хильда поднялась и подошла ко мне со стопкой одежды.
– Если вы будете сопротивляться, я буду вынуждена применить магию, – сказала она и начала бесцеремонно стягивать с меня одежду.
– Я сама, – сердито вырвала из рук горничной одежду и начала переодеваться.
Через полчаса на мне уже было надето белое свадебное платье с длинным шлейфом и кружевными рукавами. На лице сиял праздничный макияж. Красивую прическу украшали живые цветы. А плана как выбраться из этой западни так и не было.
Конечно, была надежда, что друзья смекнули, что произошло, и придут мне на помощь. Но правда была в том, что после недавнего видения я хотела этого меньше всего на свете.
«Можно ли как-то изменить то, что уже предначертано судьбой?..» – перед глазами, как наяву, снова встали образы мертвых друзей.
– Не плачьте, у вас тушь потекла, – сказала Хильда и принялась поправлять мой макияж.
А меня вдруг внезапно озарило: Виктор!
Нужно попробовать поговорить с ним до бракосочетания. Я уверена почти наверняка: он не знает, что задумала его мать. Пробужденная демоничекая кровь в нем вне сомнений сильна. Но что если попробовать достучаться до его человеческой сути? Думаю, если бы не кандалы, я с новым уровнем силы, могла бы попробовать очистить его разум и сердце от тьмы, которой заполнила его Маргарет. Но быть может, получится и без магии?
«Не попробую – не узнаю», – решила я.
– Отведи меня к жениху, – велела я Хильде. – Он хотел увидеть меня перед свадьбой, чтобы вручить подарок.
Горничная взглянула на часы.
– Рано.
– Ты же должна подготовить меня к свадьбе, – произнесла я, внимательно глядя в затуманенные глаза женщины. – А я не готова. Жених не отдал мне бриллиантовые украшения. Вина за мой незаконченный образ будет на тебе. Тебя накажут.
Хильда постояла, помолчала. Похоже, пыталась отыскать в своем сознании похожий приказ от хозяйки. Затем как-то странно дернулась и открыла дверь. Видимо, я все же выбрала правильную тактику, упомянув про наказание.
– Невесту сопроводить к жениху, – сказала она кому-то.
А затем в комнату вошли два стражника и, взяв меня под локти, повели по коридорам дворца в сторону крыла Виктора.
Когда мы подошли к покоям принца, один из стражников постучал в дверь. Открыли нам далеко не сразу. Я даже подумала, что Виктора нет в комнате.
Но вот дверь отворилась, являя взору демона в элегантном черном камзоле.
Он вопросительно приподнял бровь, оглядывая нашу компанию.
– Что такое? – обратился Виктор к стражнику.
– Так… велено было сопроводить невесту к вам, Ваше Высочество, – как-то неуверенно отозвался тот.
Губы принца растянулись в ироничной улыбке.
– Неужели дорогая невестушка соскучилась по мне?
– Безмерно, – не смогла удержаться я от сарказма.
– Что ж, проходи, – не стал он томить меня ожиданием.
Войдя в покои вслед за Виктором, я обнаружила, что в гостиной на диванчике, изящно закинув ногу на ногу, сидит незнакомая молодая женщина с роскошной копной длинных рыжих волос. Алое платье соблазнительно обтягивало все прелести ее фигуры. А один рукав платья был приспущен, обнажая плечо.
Заметив мой взгляд, она улыбнулась и поправила его. А затем грациозным движением поднялась с дивана.
– Я оставлю вас, мой принц, – томно произнесла она, одарив чарующей улыбкой мужчину.
Ее голос я сразу узнала. Это была та самая любовница Виктора, разговор которой я подслушала перед своим побегом в Сансири. Следовало бы ее поблагодарить, да момент не подходящий.
Виктор кивнул ей и девушка, покачивая бедрами, удалилась из комнаты.
– Ну, так что же ты хотела, Василиса? – спросил Виктор, когда дверь за его любовницей закрылась.
– Я прошу только об одном: выслушай меня, – серьезно глядя ему в глаза, проговорила я.
Он заинтригованно приподнял бровь и опустился на край столешницы.
– И что же ты хочешь мне сказать?
– Я знаю о том, что Маргарет твоя мать, – без обиняков начала я.
Взгляд мужчины стал острее, брови сдвинулись к переносице.
– Знаю о том, что она убила твоего отца.
– Какое это имеет отношение к нашей ситуации? – как-то чрезмерно… слишком чрезмерно равнодушно вопросил принц. И я поняла, что иду по правильному пути.
– Я знаю, что мать пробудила в тебе демоническую кровь. Знаю, что задурманила твой разум. Но, пожалуйста, если в тебе еще осталось что-то человеческое, помоги мне… Не ради меня, ради памяти отца. Думаю, он бы не хотел, чтобы ты стал… таким.
– Да что ты знаешь обо мне?! – рявкнул полудемон, сделав ко мне угрожающий шаг.– Какое право имеешь рассуждать о том, чего хотел или не хотел мой отец?
Было немного страшно, но отступать я была не намерена.
– Виктор, твоя мать хочет провести ритуал, который наделит ее почти безграничной силой. Я, Дамир, Алекс и Эленеэль, которая, предполагаю, находится где-то в подвалах вашего замка, должны стать жертвами во время ритуала. И это только первые жертвы. Маргарет не успокоится. Она утопит в крови Сансири, затем Элирию ради своей мести… Неужели к такому господству ты стремишься? Позволишь погибнуть всем, кого любишь. А я знаю, ты любишь своих братьев. В глубине своей демонической души. Я ведь ведьма, мне дано такое чувствовать…
– Заткнись! – тихое и угрожающее.