Прощание Тёмного принца

Глава 2

Едва войдя в зал, Таисса остановилась как вкопанная.

Перед ней на всю стену раскинулся старомодный киноэкран.

– А это ещё зачем?

– Не догадываешься?

Леонардо Мезо с ленивым видом раскинулся в кожаном кресле, закинув ногу на ногу. Только прищуренные глаза выдавали его напряжение.

– Лютер подсуетился, чтобы подлинность завещания не опротестовали. Поди подделай аналоговую киноплёнку, маркированную и опечатанную как надо.

Это было… изобретательно. Таисса понятия не имела, что Вернон не ограничился простым бумажным завещанием, а запишет послание. Майлз Лютер мог бы гордиться талантом сына, если бы не лежал сейчас в криокамере в бесполезном ожидании чуда.

Элен не вернётся. Не возвращается никто. И она, Таисса, не вернётся тоже.

Сердце Таиссы заныло. Киноплёнка. Ей предстоит увидеть Вернона на экране. Если бы она могла увидеть его по-настоящему, обнять…

Таисса опустилась в кресло, не глядя по сторонам. Дом вокруг неё был мёртв. Даже если Вернон часами сидел в этом кресле, вертя в пальцах ручку, какая разница? Это лишь вещи. Настоящее – живой голос, улыбка, насмешливый взгляд – ушло и не вернётся.

Но режущая боль в душе совершенно не желала уходить.

Странно, что отца здесь не было. Таисса перевела взгляд на двух мужчин в чёрном, сидящих за отдельным столом. Крошечные эмблемы на лацканах выдавали одну из старейших фирм, чудом сохранившуюся после войны. Всё было приготовлено к просмотру завещания, но где отец, где Рамона? Почему их нет?

– Что, слетелись на падаль? – раздался резкий голос. – И ты тоже, Пирс?

В дверях стояла Хлоя.

– Хлоя, – устало проговорила Таисса. – Конечно же, ты тоже здесь.

Вздёрнув нос, Хлоя прошествовала к центральному креслу. Просторное серое платье с зеленоватым отливом ей очень шло. Из знаков траура Хлоя выбрала лишь чёрный шарф. Презрительная улыбка, чёткий профиль – от фигурки бывшей невесты Вернона веяло уверенностью и презрением.

– Выключайте свет, – приказала Хлоя, и зал почти тотчас погрузился в полумрак.

Хлоя обернулась к Таиссе.

– Совсем скоро ты вылетишь из этого особняка, Пирс. Как только всё перейдёт мне, тебя даже на порог не пустят. Тебе не достанется ничего.

– Подумай ещё раз, Хлоя Кинни, – прозвучал ледяной женский голос. – Я обещала, что не трону тебя, но к наследству Лютера это не относится.

Таисса вздрогнула.

Посреди зала стояла Лара.

– Решили не дожидаться почётную гостью? – поинтересовалась она. – Зря.

– Где настоящая Лара? – резко спросила Таисса. – Она хотя бы жива?

Голограмма фыркнула.

– Даже если бы моё главное тело умерло, я бы не стала сообщать тебе, правда, маленькая Таисса? Какой смысл? Тебя уже почти нет.

– Лара жива, Таис, – раздался негромкий голос.

В зале снова зажёгся свет. Дверь открылась. Таисса повернула голову и замерла.

В дверях стоял Дир.

Она не ожидала увидеть его здесь. И, как ни странно, испытала облегчение.

Их взгляды встретились. Дир наклонил голову, и Таисса сделала то же самое.

Рядом с ней он садиться не стал. Просто замер у стены.

– Что, и Светлые здесь? – хмыкнул Лео. – Может, и Александр собирается прибыть на оглашение? Ящик отравленного виски наверняка его дожидается.

– Можете забыть об Александре, – презрительно бросила Лара. – Других наследников не будет, потому что наследство Вернона Лютера приму я. Никаких сюрпризов.

Никто не возразил ей. Никто не произнёс ни слова. Никто не хотел связываться с существом, которое могло достать их из любой точки земного шара. Никто не хотел вставать у Лары на пути. Никто, включая саму Таиссу.

Дир тоже молчал. Молчал и спокойно смотрел на Лару.

– Что, не будешь опротестовывать моё право, Дир? – с сарказмом спросила Лара. – Боишься? Или надеешься перехватить приз первым?

Таисса напряглась.

– Думаю, выяснение отношений подождёт, – покачал головой Дир. – Мы готовы. Включайте проектор.

Один из юристов кивнул, набирая команды.

И противоположная стена осветилась.

Вернон, усталый и взъерошенный, сидел за пультом управления. Таисса узнала кабину дирижабля Виктории.

– Да, мама, – бросил Вернон через плечо. – Сейчас. Дай мне пару минут.

У Таиссы сжалось сердце. Она помнила этот небрежный тон и холодное безразличие в интонациях. Именно так Вернон выглядел, когда она, Таисса Пирс, внушила ему её не любить.

– Вернон, милый, я рада, что ты согласился написать завещание, – раздался бархатный голос, и Виктория появилась в кадре. – Я уже отдала распоряжения на твой счёт. Всё, что принадлежит мне, будет принадлежать тебе, включая сферу. Ты не умрёшь в следующем году, обещаю.

Если бы Вернон не отдал ту сферу ей, Таиссе, сейчас он был бы жив. Это было нечестно, нечестно, нечестно…

– Конечно, конечно. – Вернон зевнул. – Вечная жизнь и прочие разные неважные блага. Считаешь, я вот-вот отброшу коньки?

– Ты сидишь в кресле главы «Бионикс», – с нажимом произнесла Виктория. – Ты ведь не хочешь потерять всё, что таким трудом досталось тебе и Хлое? Твоей любимой невесте?

– Я никого не люблю, – отмахнулся Вернон. – Кроме родных родителей, занятых порабощением человечества, но тут уж ничего не поделаешь – генетика.

У Таиссы вырвался нервный смешок. Хлоя бросила на неё уничтожающий взгляд.

– Завещание – такая штука, которая иногда меняется, – задумчиво протянул Вернон. – Порой внезапно меняется. Пожалуй, надо бы учесть и это.

Морщинка разделила надвое лоб Виктории.

– Учесть что? – резко спросила она. – И кого? Ты же не думаешь сейчас о той девчонке?

Вернон фыркнул.

– Таисса Пирс для меня ничего не значит. Что не отменяет факта, что жизнь изменчива, дорогая матушка. Поэтому, – его пальцы скользили по виртуальной клавиатуре, – раз продолжительность этой самой жизни порой сокращается с очаровательной быстротой, я добавлю в своё завещание одну милую деталь. Если с моего линка придёт подписанное моей кровью сообщение… свежие эритроциты, простейший анализатор… то радостный наследник сменится с быстротой молнии.

Финальный росчерк, и Вернон откинулся в кресле, коснувшись линка. По его лицу блуждала усталая отчуждённая улыбка.

– Разве я не умница? Жаль только, что мне к тому времени будет наплевать.

Лицо Виктории напряглось, застыло маской.

– И в чью пользу ты планируешь изменить своё завещание?