Страница 68 из 111
— Моя мать как-то вышила гобелен, и он двигался, — произносит он, не отрывая взгляд от моей работы. — Кони скакали, трава колыхалась. Я маленьким думал, что это магия. А оказалось, особое плетение. Ты сейчас что-то подобное делаешь.
Я улыбаюсь, проводя пальцами по сапфирово-лазурным волнам будущей реки. Рисунок далеко не полный, но на ней уже видно рябь и небольшие волны от носа будущей лодки.
— Одно удовольствие работать с таким материалом, — признаюсь я. — Очень тебе благодарна. Чистый восторг.
— Доверишь сделать пару стежков? — вдруг прищуривается он.
Я удивлённо смотрю на него, но передаю иглу.
Тахир примеривается, втыкает мою иглу рядом с рекой, ловко берёт изумрудную нить, вдевает её и быстро накладывает стежки на воде — точно листья плывут.
Мои глаза становятся всё шире, пока я наблюдаю, как его крупные длинные пальцы с удивительной ловкостью укладывают нить. И… силу ещё вливает. Странную, ни на что не похожую. И явно… защитную.
Завершает, убирает нить и иглу, возвращает мне работу.
— Спасибо, что доверила, — смотрит на меня пристально. — Не испортил ведь? — приподнимает бровь.
— Нет, что ты, — я не могу скрыть своего восхищения. — Это… потрясающе. Ты так точно уловил… Твои штрихи повлияют на итоговый рисунок, я изменю его, но это будет намного сильнее, чем я планировала. Намного! Уже сейчас невероятно сильно ощущается…
Осекаюсь от того, как изменилось его лицо.
Тахир смотрит на меня потяжелевшим взглядом. И… вдруг обнимает за плечи и касается моего лица кончиками пальцев, плавным жестом вынуждая меня поднять лицо.
У меня же внутри просто пожар вспыхивает. Смотрю на него во все глаза, замерев от неожиданности и бури во всём теле.
— Главное, не бойся, — хрипло произносит он, опустив горящий взгляд на мои губы.
Тахир медленно наклоняется и касается губами моих губ. Неожиданно нежно и очень осторожно.
Совсем не так, как я помню, на палубе. Приоткрывает мои губы своими, погружается гибким упругим языком внутрь умопомрачительно медленной искусной лаской.
Это так восхитительно приятно, что дыхание перехватывает от его неторопливого напора, и его едва сдерживаемого желания, которое я отчётливо чувствую.
Поцелуй длится совсем недолго. Тахир вдруг он резко отпускает мои губы, мгновение — и он уже на ногах.
Я оторопело смотрю на обнажённые кинжалы в его руках.
— Иола, любимая моя, закрой глаза, — ещё не слышанным мною у него леденяще спокойным голосом произносит он.