Страница 37 из 111
Тахир улыбается мне так, что у меня всё сладко вспыхивает внутри. Его властные губы на моих губах, ласкающие руки и пальцы. Жар поднимается от груди к лицу, и я поспешно сжимаю пальцы на коленях.
Янар смотрит на него тяжело. Как и Оларх.
Тахир стоит под этими взглядами, не двигаясь, а сам пристально смотрит на меня. Лицо становится серьёзным, и голос тоже меняется. Низкая, густая сила в его голосе сохраняется, но теперь в неё вплетается бархатистая хрипотца.
— Шёл к тебе, услышал, Иола. Ты мне вот что скажи. Чего боишься на самом деле? Меня? Или самого слова «жена»?
От этого вопроса внутри всё замирает.
Я облизываю пересохшие губы и тут же жалею. Взгляд Тахира темнеет. Всего на миг. Потом он опускает ресницы, будто сам себя удерживает, и от этого у меня внутри становится ещё горячее.
Он смотрит так, что жар снова поднимается к лицу, а губы начинают гореть, как от вчерашнего поцелуя.
Янар резко переводит взгляд на Тахира.
— Достаточно. К этому не возвращаемся.
Тахир усмехается и иронично смотрит на него, а потом пристально на меня.
— Не буду требовать с тебя ответа, Иола, — улыбается мне он уже совсем другой, открытой улыбкой. — Но ты подумай об этом.
Я даже дыхание перевожу, что можно не отвечать.
— Мы будем сходить с Иолой на берег? — резко переводит разговор Тахир, глядя на Янара.
Тот делает паузу и кивает.
— Пройтись по твёрдой земле полезно, — говорит Янар. — Мы подходим к портовому городу у устья Великой. Рейваль. Там корабль встанет пополнять припасы.
— Говорят, там отменные лавки, — прищуривается Тахир. — Иоле понравятся ткацкие ряды. Рейвальские нити даже у нас славятся.
Я округляю глаза, позабыв обо всём.
— Рейвальские нити? — я аж вскакиваю. — А мы сможем? — и тут же осекаюсь. — Нет, если у вас свои дела там, я не буду вас стеснять, но если мимо будем проходить… Мне хоть посмотреть на них. Марта столько о них рассказывала…
И вот тут я осекаюсь. Ох, меня же считают погибшей. За своими бедами я так и не подумала о Марте и Фирре, они наверняка оплакивают меня. Остальным-то всё равно, а этим славным людям, которые столько мне помогали…
Решаюсь дать им весточку о себе, когда устроюсь и заработаю. И подарки хорошие прислать.
— Можно, конечно, — усмехается Тахир. — Обязательно зайдём.
— А мы прямо сейчас? — Я уже не могу сдержать улыбки.
Рейвальские нити, подумать только! Я смогу посмотреть на эту красоту…
Комнату неожиданно наполняет низкий сильный голос Оларха.
— Сначала завтрак.
Коротко. Невозмутимо. Так по-оларховски, что я улыбаюсь шире, глядя на него.
— Да, как раз позавтракаем и причалим, — коротко подтверждает Янар.
Тахир подмигивает мне и уходит в гостиную. Янар следом.
Только Оларх задерживается, пропуская меня вперёд.
Когда я прохожу ближе, он вдруг протягивает руку и удерживает меня за запястье.
Я останавливаюсь и буквально каменею от неожиданности и этого властного и… предельно осторожного захвата.
Вскидываю на Оларха взгляд, и в груди у меня вспыхивает такой жар, что приходится снова опустить глаза.
— Я хочу напомнить тебе, Иола, — понизив голос, мрачно и жёстко произносит Оларх. — Ты никому и ничего не должна.