Страница 77 из 102
28. Договор
Реакция окружающих на вопль демоницы была довольно спокойной: по крайней мере, никто не начал закидывать меня камнями. И все же к Мине с любопытством повернулись почти все, кто сидел за нашим столом и я, наконец-то, воспользовавшись моментом, смогла вернуть себе свою конечность и с укоризной взглянуть на Тайпана. Мужчина в этот момент кивнул, с чем-то соглашаясь. Я понадеялась, что это было свидетельством того, что он понял мои сигналы правильно.
— Да она просто обнаглела! — тем временм усилила напор ная Абакайши, продолжая гипнотизировать меня взглядом.
— О чем ты, дочь моя? — пророкотал Анокэ.
— Да она глазки строит! Наглая! Я смотрю, а ей плевать! — ткнула в меня пальцем девушка. — Алдучин, ты же видел, видел, да?
Подстегиваемый невестой Тиэнгао нехотя посмотрел на меня, сжав губы в узкую полоску.
— Нет, милая. Чтобы увидеть, мне нужно было смотреть. А зачем мне тратить время на человеческих рабынь? — процедил он спустя пару секунд с таким видом, словно его заставляют говорить о чем-то мерзком.
Надо же, как я ему противна! Лицемер!
Я на секунду воспроизвела в памяти то, что он говорил мне во время нашего скоротечного романа, и неожиданно разозлилась.
— Крольчонок, что можешь сказать по сути обвинения? — склонился ко мне мой хозяин, выводя из ступора. Сейчас все уставились на меня в ожидании ответа, а я боролась с противоречивыми эмоциями: ярость и страх пытались отвоевать в душе свое законное место.
— Я не флиртовала, — наконец выдавила я из себя. — Простите, ная Абакайши, что моя гримаса показалась вам чем-то таким. У меня свело ногу, и я отреагировала на боль, вот и все. Или в культуре шэяо подобное является способом соблазнения? — повернулась я к сереброволосой.
— Что ты несешь? Я видела, как ты пучила глаза в сторону дана Тайпана! — не уступила демоница.
— Если бы я флиртовала, то точно не пучила бы, как вы заметили, глаза. Я бы смотрела на мужчину вот так, — с этими словами я повернулась в сторону Алдучина и состроила на лице выражение влюбленной дурочки, умирающей от страсти. В теории это должно было разрядить обстановку и еще раз дать понять Тайпану, кем для меня является этот демон, но вышло немного иначе: Мина рассвирепела и зашипела по-змеиному, Тиэнгао побледнел, а Анокэ хохотнул и сказал:
— Вера! Ты неотразима! Посмотри, что ты сделала с женихом моей дочери! Алдучин, а ты чего с лица сошел? Действует флирт моего крольчонка?
Я почти расслабилась, решив, что буря прошла стороной, но в это время громом посреди ясного неба прозвучал голос Ли Вэя.
— Я забираю Веру! Она не будет вашей рабыней! — сказал он, привлекая к себе внимание.
— Сынок! У нас это так не делается… — прикоснулась к ладони Тайпана шиная.
— Смелое заявление, змееныш! Рановато только, клыки еще ядом не пропитал, — одновременно с Суньи рявкнул Анокэ, да только Ли Вэй никого не слушал. С рыком мужчина вскочил на ноги. Мне показалось, что он был немного не в себе, но через секунду я поняла, что все гораздо хуже: пред нашими очами предстал уже не человек, а огромный золотой змей, который скрутил свои многометровые кольца посреди зала, пугая окружающих.
Гости ресторана начали вскакивать со своих мест и разбегаться в стороны. Я слышала крики, шепотки и восклицания: «Что за бестактность? Хорошо же сидели!», «Да что ж не везет так, а? Опять неконтролируемый оборот!», «Кто это? Это не шиная! Золотой дан! Откуда?», «Какой красавчик! Папа, вот его хочу!»
Тем временем взбесившаяся рептилия хлестнула хвостом, снеся несколько столов и заставляя большинство говорунов замолчать, отскочив на безопасное расстояние.
— Вера — моя! — повторяла змеиная морда Тайпана, опускаясь с высоты и шипя на Абакайши.
— А я говорила, говорила, что она флиртовала! — взвизгнула Мина, уклоняясь от летящего в ее голову стула, который Ли Вэй случайно или намеренно подцепил хвостом. Девушка испуганно дернулась, и вместо тоненькой фигурки появилась серебряная змейка. Для меня ее габариты были внушительны, но по сравнению со змеем ее отца и беснующимся золотым гигантом, она казалась просто крошечной.
— Вэй! Успокойся! — попыталась пробиться сквозь ярость сына шиная, оставаясь при этом в человеческом обличие, но Тайпан ее не слышал. Его хвост снова взметнулся в воздух и в этот раз полетел ко мне. Я заорала, но змеиная конечность не принесла мне никакого вреда. Кроме морального: я с визгом подлетела к потолку, крепко зажатая в гибких кольцах.
— Вера — моя женщ-щина! — очень убедительно прокомментировал свои агрессивные действия змей.
— По законам Акунга-Нагаш-ши это преш-ступление! Отпусти! Крольчонок — мой! А ты — даже ещ-ще не признан нас-ш-следником! — шидан тоже обратился, и очередная змеиная ипостась сотрясла пространство своей мощью.
Шидан Абакайши присоединился к всеобщему безумию, сбросив с себя оковы человеческой формы и, истекая ядом, ринулся к золотому сопернику. Державший меня змей сжал свои путы еще крепче, одновременно с этим пытаясь атаковать Анокэ. Обездвиженная, я визжала на виражах, трясясь от страха, что Тайпан не рассчитает силу и удавит меня своим хвостом или уронит с весьма приличной высоты. В это время обе рептилии — золотая и серебряная — оглушительно шипели, а гости громко комментировали их танцеподобный бой, делая ставки и уворачиваясь от летевших в них предметов интерьера.
Во время чудовищных по своей экстремальности маневров я забыла обо всем и молилась только об одном: вернуться живой на свои родные конечности. В ушах звенело, а к горлу стремительно подступила тошнота — очевидно, что в космонавты меня бы не взяли, отвергнув на этапе центрифуги. Казалось, еще чуть-чуть, и я извергну съеденные кусочки кракоса вместе с соусом из пиланьи прямо на головы мечущихся внизу шэяо.
Я видела, что демоны не спешили покинуть ресторан: присутствующим нравилось представление, а кое-кто, похоже, даже был готов присоединиться, сменяя ипостась. Зал стремительно наполнялся разноцветными рептилиями, раскрасившими пространство своими яркими телами. Теперь это был уже не ресторан, а страшный сон человека, страдающего герпетофобией.
— Достопочтимые! Это место не для битв! Я попрошу вас удалиться… В Зал Изначальный! Дуэльный кодекс гласит… — вопил какой-то демон внизу. Мужчина не смог договорить, так как в его голову, изящно сорванная чьим-то хвостом со стены, полетела картина, подкинувшая несчастного к потолку, с которого на пол шлепнулся уже не человек, а коричневая змея, с невероятной прытью рванувшая прочь из помещения.