Страница 107 из 117
Дни до свадьбы были наполнены хлопотами. Астрид взяла на себя роль не только служанки, но и распорядительницы. Она координировала работу портних, успевала отвечать на десятки вопросов, которые возникали каждый день. Лианна поражалась её энергии — и была бесконечно благодарна.
— Леди Лианна, портнихи готовы к последней примерке, — объявила Астрид однажды утром, входя в покои с неизменной улыбкой. — Платье почти закончено. Осталось подогнать лиф и пришить фату.
— Последняя примерка? — переспросила Лианна, чувствуя, как сердце пропускает удар. — Уже?
— Уже, — подтвердила Астрид. — Свадьба через четыре дня.
Лианна поднялась и последовала за служанкой в соседнюю комнату, которая на время приготовлений превратилась в швейную мастерскую. Там, на деревянном манекене, висело платье.
Оно было ослепительным.
Тёмно-синий бархат — цвет ночного неба над Верхеймом, — расшитый серебряными нитями, струился вниз тяжёлыми волнами. По подолу и рукавам шла вышивка, изображавшая дубовые листья и бегущих волков — герб Корвейских и герб Серебряного Плаща, соединённые в едином узоре. Лиф был украшен крошечными жемчужинами, и каждая из них, казалось, светилась изнутри — как луна в миниатюре. Шлейф, длинный и широкий, лежал на полу, переливаясь в свете камина. А фата — тонкая, как паутинка, — была прикреплена к серебряному обручу, усыпанному сапфирами, теми самыми, что подарил Эйнар.
— О боги, — прошептала Лианна, не в силах отвести взгляд. — Это... это самое прекрасное, что я когда-либо видела.
— Вы будете самой прекрасной невестой, — ответила Астрид. — А теперь — примерка. Портнихи ждут.
Лианна скинула домашнее платье и, оставшись в одной сорочке, позволила портнихам облачить себя в свадебный наряд. Ткань была мягкой, она облегала тело, струилась, переливалась при каждом движении. Портнихи закололи булавками последние складки, подогнали лиф, поправили рукава.
— Идеально, — произнесла старшая портниха, отступая на шаг. — Вы прекрасны, леди Лианна.
Лианна посмотрела на себя в зеркало. Оттуда на неё смотрела женщина, которую она всё ещё не до конца узнавала. Не девочка из Вороньего Гнезда, не пленница, не беглянка. Принцесса. Будущая королева.
Дверь скрипнула. Она обернулась — и увидела Эйнара. Он стоял на пороге, и его лицо выражало такое изумление, такую нежность, что у неё перехватило дыхание.
— Ты не должен был видеть меня до свадьбы, — прошептала она.
— Я знаю, — ответил он. — Но я не мог удержаться. Астрид сказала, что примерка. И я... — он запнулся, подбирая слова, — ...я хотел увидеть тебя. Хотя бы на мгновение.
Он подошёл ближе — медленно, словно боялся, что она исчезнет. Остановился в нескольких шагах от неё и просто смотрел. Его голубые глаза сияли, и в них было всё — любовь, восхищение, благоговение.
— Ты прекрасна, — произнёс он. — Я знал, что ты красива. Но сейчас... сейчас ты как луна, спустившаяся с небес. Как сон, который я боялся увидеть. Как всё самое светлое, что есть в этом мире.
— Ты преувеличиваешь, — ответила она, чувствуя, как к щекам приливает тепло.
— Нисколько. — Он взял её за руку и прижал к своим губам. — Через четыре дня ты станешь моей женой. Я не могу дождаться.
— Я тоже, — прошептала она. — Четыре дня — это целая вечность.
— Нет, — ответил он, и в его глазах блеснул тот самый, волчий огонёк. — Это всего лишь несколько мгновений. Мы ждали семь лет. Четыре дня — это ничто.
Он поцеловал её — легко, почти невесомо, — и вышел, оставив её стоять перед зеркалом в свадебном платье. Лианна смотрела на своё отражение и чувствовала, как сердце колотится в груди. Четыре дня. Всего четыре дня — и она станет его женой. Навсегда.