Страница 10 из 20
Она подъехала к воротам знакомого домика. Около калитки стоял дед Чугайстер и любовался на луну. Клара остановилась около ворот и выпрыгнула из автомобиля.
— Доброй ночи, дед, — поприветствовала она его.
— Доброй ночи, демон, — ответил он и принюхался к воздуху. — Уже вся в делах?
— Да так, — махнула Клара рукой. — А ты чего тут? Обратно вернулись?
Кларе жутко не хотелось встречаться с ушлой тёткой Акулиной, как Николай её назвал — «ангиной».
— Нет, не вернулись. Вот зашёл проведать. Все же не чужие, сколько лет прожили бок о бок. Расстались, конечно, нехорошо, но это же в прошлом, — вздохнул Чугайстер. — А тебя чего сюда занесло?
— Тоже решил проведать друзей, — ухмыльнулась Клара. — Ты ворота не поможешь открыть? Или там во дворе что-то другое стоит?
— Митька свою «буханку» в гараж загнал на ремонт.
— Как он? — спросила Клара.
— А... — махнул рукой Чугайстер. — Лучше не спрашивай.
Он помог ей открыть ворота, и она загнала «американца» во двор. На пороге дома уже стояла Алена и рассматривала дорогой автомобиль.
— Только не говори, что ты его купила, — хмыкнула она.
— Я получила его за оказание некоторых услуг, — проговорила Клара. — Есть чем прикрыть сие творение американского автопрома? Дабы не смущать соседей роскошью.
— Там брезент в гараже лежит. Дед, достанешь? — обратилась Алена к Чугайстеру. — Или ты уже уходишь?
Он запирал ворота на засов.
— Почти ухожу, но брезент достану.
Вдвоём с Кларой они накрыли автомобиль брезентом.
— Хорошая машинка, красивая, но я больше люблю гулять на своих двоих.
— Или четверых, — хмыкнула Клара.
— Или на них, — кивнул Чугайстер. — Ладно, девочки, не буду вам мешать.
Он обернулся огромным белым волком, перемахнул через забор и помчался по соседским участкам.
— Проходи, коли пришла, а то на улице торчать холодно, — Алена отошла от двери, пропуская Клару в дом.
Тёплый воздух дома пахнул сушёными травами и печным дымом. Клара стряхнула с ботинок снег и огляделась — всё было как прежде: потёртый половичок, старая лампа под абажуром, фотографии на стенах, где люди смеялись, не зная, что их ждёт.
— Садись, — Алена махнула рукой в сторону кухни. — Чай будешь? Или что покрепче?
— Чай, — Клара сняла розовую шубку и повесила на спинку стула. — Не хочу ничего такого.
— Как хочешь, — Алена поставила закопчённый чайник на плиту. — У тебя шубка в пятнах крови.
— Вот чёрт, — скривилась Клара. — И как это очистить? Шубку мне Клариса подарила. Фирма, жалко, если не ототрётся.
— Всё повторяется, — усмехнулась Алена.
Она забрала её шубку, достала какой-то порошок из шкафчика, посыпала и стала быстро чистить щёткой.
Из соседней комнаты донёсся шорох, затем — тихий стон.
— Кто это? — Клара насторожилась, пальцы непроизвольно сжались в кулаки.
— Митька, — вздохнула Алена.
— Как он? — спросила Клара.
— Так себе. До сих пор в себя прийти не может. Ему пришлось уволиться из училища.
— И на что же вы живёте?
— Даже не спрашивай, — махнула рукой Алена, стряхивая порошок с шубки Клары. — Вон, Чугайстер немного деньжат подбросил, да продуктов принёс. Я на рынок устроилась, тряпками торгую.
— Ты же в какой-то конторе работала? — нахмурилась Клара, пытаясь вспомнить, где работала Алена.
— Так её у нас давно уже закрыли, нас сократили. Нас Митька кормил, да тётка Акулина, а теперь вот. Держи, как новая.
Она протянула ей шубку.
— Спасибочки, а то я уже думала, что нужно где-то искать похожую, — обрадовалась Клара.
Алена налила чай в две кружки, добавила в одну ложку мёда.
Из-за двери донёсся приглушённый кашель, затем — шлёпок босых ног по полу. В проёме показался Митька — бледный, с лихорадочным блеском в глазах. На его шее чернел странный узор, словно корни дерева проросли под кожей.
— Привет, демон, — хрипло ухмыльнулся он. — Пришла забрать мою душу?
— Что-то сегодня прямо ажиотаж, все предлагают свои души, — хмыкнула Клара. — Нужен ты больно. Чего у тебя на шее?
— Это тётка Акулина пыталась мне обратный человеческий вид вернуть.
— Но что-то пошло не так, — покачала головой Клара.
— Слушай, а может, ты его полечишь? Ну, ты же лечила там всяких, - сказала Алена.
— Тебя я лечила, — рассмеялась Клара. — Но ты его от чего хочешь вылечить? Он же теперь оборотень, а как из них людей делать, я не знаю.
Митька плюхнулся на стул, дрожащими руками потянулся к чашке Алены. Она молча налила себе ещё чая в другую кружку.
— Ладно, хватит меня обсуждать, — проворчал он. — Клара, ты же можешь помочь?
Она медленно выдохнула, глядя в окно, где луна висела над крышами, как бледный глаз.
— Человека из тебя сделать? — спросила Клара.
Митька нервно провёл пальцами по чёрным узорам на шее.
— Не совсем. Я... привык уже к этому состоянию. Но эти отметины — они жгут. И с каждым днём расползаются дальше. Мне, кажется, так быть не должно.
Алена поставила перед ним чашку с мёдом.
— Тётка Акулина говорила, это защита. Чтобы «дикое» не захватило полностью. Но что-то пошло не так...
Клара наклонилась, приглядываясь к узору. В лунном свете, падающем из окна, чёрные линии казались живыми — пульсировали в такт дыханию Митьки.
— Это не просто защита, — пробормотала она. — Это печать. Старая, из тех времён, когда люди и оборотни ещё не делились так строго.
— Вот коза старая. Это получается, что она меня клеймила, как скот? — возмутился Митька.
— Вот, оказывается, ей зачем нужен был образец той штуки, — прищурилась Алена. — Решила продолжить дело предшественницы, а на племяннике эксперименты ставить.
— Она тоже что ли армию собирает? — Клара продолжала рассматривать узоры. — Да, тётка постаралась на славу. Здесь эту фигню просто так не выдернешь, это не рука, а шея. Прямо как ошейник на тебя напялила.
— И чего делать? — прохрипел Митька, потирая шею.
— Подумать надо.
— Я ей голову оторву, — закашлялся он.
— Майку сними, — скомандовала Клара. — Я посмотрю, как далеко зашло.
Митька скинул потрёпанную майку, обнажив торс. Чёрные узоры, словно корни ядовитого растения, спускались от шеи к ключицам, местами уже достигая груди. В лунном свете они пульсировали синеватым оттенком.
— Обалдеть... — прошептала Алена, прикрыв рот ладонью.
Клара провела пальцем вдоль одного из узоров. Кожа под ним была горячей.