Страница 26 из 79
Эстакада остается позади, и мы уже давно прошли нужную автобусную остановку, но, не сговариваясь, идем пешком до следующей. Или сразу до дома. Я была бы не против, если честно.
— Дань..
— А?
Рус тормозит и тянет меня за руку, заставляя тоже остановиться. Мы стоим между двух фонарей, куда не дотягивает свет от обоих. У Капралова не глаза, а два черных водоворота, которые беззастенчиво затягивают мою душу.
Он берется за язычок молнии на моем бомбере и медленно тянет его вниз. Я не двигаюсь. Наверное, так чувствуют себя люди перед смертью. Одновременно в панике и в каком-то больном экстазе.
Не торопясь, кладет ладони мне на талию и ощутимо сжимает.
Я вся в мурашках. Дышу беспорядочно. Взглядом мечусь от одного его зрачка к другому – с минимальной дистанцией, но максимальной скоростью. Что он хочет? Что он хочет?!
Капрал привлекает меня ближе, вынуждая сделать шаг.
Во все глаза я смотрю, как он зубами хватает свой воротник-стойку и одной рукой тянет молнию на куртке вниз. Распахивает ее и прижимает меня к себе.
Рус горячий. Он такой горячий, что заставляет вспыхнуть и меня.
— Я хочу тебя поцеловать, – предупреждает серьезно.
Голос кажется еще более сиплым, чем обычно, и каждая его нота прицельно бьет в самые мои слабые точки. Меня трясет.
— Ты.. Ты уже.. – лепечу бессвязно, – мы уже целовались..
Капрал качает головой:
— Нет, птичка.
Как завороженная, я слежу за тем, как он наклоняется ко мне, и позволяю себе закрыть глаза.
Еще один взрыв за моими несчастными ребрами не оставляет и шанса остаться в живых.
Руслан прихватывает мои губы сначала осторожно, словно ждет, что я оттолкну. Целует нежно. Так, как раньше не делал. В каждом движении я читаю чуткость и ужасающую нужду.
А потом я чувствую, как его язык скользит мне в рот, и окончательно погибаю. Миллионы раз об этом читала, но по итогу оказываюсь не готова к тому, насколько этот интимный процесс может отзываться во всем теле.
Я прижимаюсь к Русу теснее, отвечаю на поцелуй, кажется, неумело, но очень искренне. Мне так вкусно, что я себя теряю в этих ощущениях. Он сжимает мою талию сильнее, я обхватываю его за шею. С каждой секундой мы становимся честнее друг с другом.
Мне так нравится!
Целуемся все более откровенно, жмемся друг к другу, дышим сбивчиво. Капралов залезает пальцами мне под майку, а я задираю его футболку и прижимаю ладонь к мышцам пресса. Он внезапно отстраняется, с шипением втягивая воздух через сжатые зубы.
Поясняет с улыбкой:
— Холодные руки.
— Прости..
Руслан накрывает мою ладонь своей и прижимает к своему животу сильнее. Говорит тихо:
— Ты говорила, я горячий. Буду греть.
Я смотрю на него и, хоть внятных мыслей в моей голове нет ни одной, я все же почему-то формулирую: «Волчонок съел птичку. Не успела улететь».