Страница 80 из 121
Когда я стала чуть старше, я поняла, что иногда можно прожить с человеком всю жизнь, но так и не узнать, о чем он мечтает. Я знала, что маме хотелось другие полки в кладовке. Что она любит фисташковое мороженое, кофе из турки и Средиземное море зимой. Но вот о чем она мечтает или чего хочет, я не представляла и не решалась спросить.
С возрастом я стала все больше походить на маму. Иногда я чувствовала, как она просыпалась во мне, – когда нужно было принять какое-то решение, я обращалась внутри себя то к маме, то к Монике Белуччи, представляя себе, как та или другая выйдут из ситуации или что они скажут. Из зеркала на меня смотрела мама в молодости, конечно, немного другая. Мама из зеркала не знала, как мне поступить, – она не уезжала из родного города, не думала заключить фиктивный брак и у нее не было проблем с одиночеством. Она умело справлялась с жизненными трудностями, но с моими трудностями, совсем другого толка, ничем не могла мне помочь.
Но и я не знала, о чем я мечтаю, хотя жила с собой всю жизнь. Хотела на дачу? Вот коты скребутся, можно лежать в деревянном шезлонге, есть сметану ложкой и колбасу без хлеба, и никто никогда ничего мне уже не скажет. О чем еще можно мечтать? О работе, ради которой захочется вылезать из кровати каждое утро, о возлюбленном, с которым из кровати не захочется вылезать совсем, о деньгах, чтобы можно было купить себе такую дачу и приезжать сюда, когда захочется. О том, чтобы просто хотелось просыпаться каждое утро, особенно зимнее, и жить каждый день, от минуты до минуты, а не ждать, когда он поскорее закончится. Мне казалось, мечтать нужно о чем-то великом, что принесет миру пользу, зря я, что ли, каждый раз задувала свечки на день рождения, желая себе и всем остальным, «чтобы все были живы и не было войны». Желать для себя как будто бы стыдно, как выиграть миллион в лотерею и потратить его весь на себя. Почему-то мне не приходило в голову, что, возможно, баланс счастья в мире начинается с одного человека, а потом распространяется на всех остальных. Сейчас я вытянула лотерейный билет на пару тысяч и лежу на даче, под печкой, греюсь ее теплом, а завтра поеду в Берлин и буду учиться вырабатывать свое собственное.
Сказала вслух, как будто прорепетировала, «Я тебя люблю», в воздух, пока никто не слышит.
«Спи давай, – сказал Питер, заходя в комнату. – Мне завтра вставать рано. Там все крыльцо подтопило».
Надо вызвать мастера по ремонту крыш. И посмотреть, как снять дачу на следующее лето в Бранденбурге.