Страница 61 из 115
Глава 31
Женя
Наверное, Ярику удалось поднатаскать меня в распознавании эмоций, потому что каким-то шестым чувством я понимаю, что он сейчас сделает. И успеваю всего на полсекунды раньше него. Хватаю телефон и поднимаю высоко над головой, вскакивая на ноги прямо на постели.
— Женя, отдай! – он подрывается с места и встает рядом со мной.
Отклоняюсь и завожу руку за спину:
— Нет, это вообще-то мое.
— Дай я с ним поговорю.
— Как кто?
Шмелев все еще пытается выхватить смартфон, и я изворачиваюсь в его руках, прижимаю вибрирующий гаджет к животу.
— В смысле?
— Как кто ты собрался с ним разговаривать? Как мой одногруппник? Старший брат? Лучший друг?
— Женя! – рычит он и пытается разнять мои руки.
Мне щекотно, так что я тихонько взвизгиваю и хихикаю как дурочка. Боже, ну зачем? Серьезный же вопрос задала!
— Ярик, все, перестань, просто не будем отвечать!
— Зачем он тебе звонит? Я хочу с ним поговорить!
Чувствую, что Яр вот-вот разожмет мои пальцы. Падаю на постель и прижимаю телефон уже коленями к груди. Он наваливается сверху.
— Прекрати! Я сама потом разберусь, сейчас не возьмем трубку!
— Ни с чем ты не разберешься, – пыхтит Шмелев.
Поразительно, что он никак не хочет сдаваться. И тогда у меня остается только один способ его отвлечь. И не то чтобы мне это не нравилось.
Я отшвыриваю телефон на пол, где он продолжает звонить. Изворачиваюсь и крепко обнимаю Ярика за шею. Говорю настойчиво, пытаясь перехватить его внимание:
— Яр! Ярик! Ну посмотри на меня!
Он наконец замирает и смотрит мне в глаза каким-то совершенно мутным взглядом.
— Женя, – интонацией как будто предостерегает, растягивая последнюю букву.
Тяну Ярика на себя, но он не поддается, упирается руками в кровать. И смотрит, смотрит. Что-то настойчиво мне глазами рассказывает, раздувает ноздри, все еще злится. Тогда я сцепляю пальцы в замок за его шеей и подтягиваюсь сама. Целую его. Сначала очень решительно. Но когда он не отвечает, тут же теряюсь. На мгновение торможу и все же думаю, что отступать уже поздно. Поэтому решаюсь на провокацию. Чуть отстраняюсь и быстро провожу языком по его губам.
— Женька, – выдыхает Яр совсем другим тоном, и я понимаю, что выиграла.
Его перестает интересовать и мой телефон, и Долин, и вообще что-либо, кроме меня. Это я чувствую весьма отчетливо. Пытаюсь напитаться этой уверенностью на будущее, потому что знаю, точно знаю, что мне это понадобится.
— Ну падай же, – шепчу я и снова тяну его на себя.
Ярик тихо и коротко смеется, и у него это выходит как-то счастливо. Не успеваю запомнить этот звук, как он, наконец, меня целует.
.. —..
— Фильм закончился, – говорит Яр, кажется, секунд через пять, но я бросаю взгляд на ноутбук и действительно вижу финальные титры.
— Да, – подтверждаю, касаясь своих губ пальцами.
Он прослеживает мой жест и спрашивает, пытаясь сдержать улыбку:
— Печет?
— Печет.
— Понравился фильм? – на его лице появляется самая хитрая усмешка, какую я только видела в жизни.
Я киваю, и уголки моих губ тоже неотвратимо ползут вверх.
— Понравился. А тебе?
— Лучший фильм, который я смотрел.
— Или не смотрел.
— Или так.
Моя улыбка очень быстро меркнет. Мы лежим друг напротив друга, повернувшись на бок. И я внимательным взглядом скольжу по его лицу.
— Что не так? – тут же реагирует он.
— Ничего.
— Классика, – он хмыкает. – Ничего не случилось, а смотришь так, как будто мучительно меня убиваешь.
— Ты за Долина меня при каждой возможности треплешь, а сам?
— Мне никто не названивает, не заметила?
— А раньше? Сколько раз ты вот так фильм пропускал?
— Жень, – он убирает волосы мне за ухо и гладит по щеке, – «вот так» вообще ни разу.
Осознаю, что голосом выдаю, насколько важно мне это слышать, но все же спрашиваю:
— Честно?
— Честно.
Яр крепко меня обнимает, упирается подбородком мне в макушку и закидывает сверху ногу.
— Такого у меня никогда раньше не было. Хочу тебя обнимать бесконечно и так крепко, как ты и не выдержишь. И целовать хочу постоянно. Никогда так долго не целовался, а мне все мало. И Долина твоего убить хочу.
— Он не мой, – бормочу ему в шею.
— Еще бы.
Вытягиваю губы трубочкой и касаюсь его горячей кожи. Чувствую, как меняется его дыхание. Все еще сложно поверить, что это из-за меня.
— Же-ня, – произносит Ярик глухо и по слогам.
— Что?
— Я не знаю. Ты зачем такая?
Смеюсь и трусь носом о его шею. Выдаю упрямо:
— Ты говорил, что я заучка. Что я тощая и душная.
Рукой он закрывает мне рот и кричит:
— Все! Все! Прости. Я дурак, Жень. Но и ты меня как только не называла.
— Беру свои слова обратно, – отвечаю, как только он убирает ладонь.
— Да, только новых мне не отсыпь.
— Этого я обещать не могу.
Ярик садится и снимает свитшот, кидает его на пол. Видит мой настороженный взгляд и поспешно поясняет:
— Жарко же.
— Ну да.
— Жень, ты боишься?
Я протягиваю руку и хватаюсь за край его белой футболки:
— Да. Обними меня, страшное чудовище.
Шмелев ложится и послушно прижимает меня к себе. Становится тепло и спокойно. По крайней мере, пока я настойчиво выталкиваю из головы ненужные мысли. Но через какое-то время я все-таки спрашиваю:
— А что мы будем делать с проектом?
— Жень, сейчас это вообще не важно.
— А когда будет важно? Завтра?
— Нет, завтра тоже.
Я начинаю беспокойно возиться, пытаюсь посмотреть ему в глаза. Ярик дурачится и отворачивается от меня.
— Яр! Шмелев, блин! Это мне важно, понимаешь?
— Ну что ты хочешь, Жень? Давай докажем в практической части, что дружба между мужчиной и женщиной невозможна.
— Я теорию уже другую подобрала.
— Ага. А практику другую подобрать не смогла, – он чмокает меня в губы, а потом в нос.
— Ярик, – упираюсь ладонями ему в грудь и серьезно смотрю в глаза, – пока ты.. пока мы.. ну..
Он насмешливо торопит:
— Женька.
— Пока мы с тобой вот так.. смотрим фильмы, обещай, что не будет никаких однодневок.
— Обещаю, – серьезно говорит он. – А ты обещай, что не будешь общаться с Долиным.
Я молчу. Настолько долго, что Яр берет меня за подбородок и настойчиво заглядывает в глаза.
— Ярик, нет. Этого обещать я не могу, – отвечаю я и вижу, как каждая мышца на его лице напрягается.