Линия разлома

Э

пилог

Х

олден

Сегодня я снова на кампусе, иду через Нейви-сквер, полный нетерпения и готовый присутствовать на гостевой лекции моей девушки. Я не думал, что вернусь в Прибрежный так скоро после выпуска, но Кайю пригласил её любимый профессор, и она не могла упустить такую возможность.

К счастью, это совпало с перерывом в хоккейном сезоне, потому что я ни за что на свете не пропустил бы это.

Кампус кишит студентами, и идти среди них в статусе выпускника кажется сюрреалистичным. Так много изменилось, но быть здесь сегодня — почти как вернуться домой.

Я иду через внутренний двор, погружённый в воспоминания о тех днях, когда мы с Кайей только начинали разбираться в наших отношениях, гадая, что готовит нам будущее.

Последние два года пролетели как один миг — с взлётами и падениями, но, несмотря ни на что, наша любовь только крепла. Мы оба страстно преследуем свои цели: я продолжаю профессиональную хоккейную карьеру, а Кайя блистает в учёбе.

Расстояние иногда было трудным, особенно когда я в разъездах, но мы оставались преданными нашим отношениям, несмотря на все препятствия.

Когда я вхожу в Вейерхаузер и направляюсь в лекционный зал, я сажусь ближе к сцене, чтобы видеть всё как можно лучше.

Минуты тянутся, и внутри меня нарастает предвкушение. Чувство, как в первый день на первом курсе, когда я вот-вот увижу самую потрясающую женщину, которую когда-либо встречал.

Когда Кайя наконец выходит к трибуне, я переполнен гордостью. Она выглядит уверенно и собранно, её карие глаза сияют от волнения. Я вижу, как она стремится поделиться своими знаниями и мыслями с аудиторией, и я знаю, что она очарует всех.

Она начинает лекцию — голос чистый и уверенный, когда она погружается в тему. Она рассказывает о своих исследованиях мозговых сигналов, связанных с ОКР

16

, — теме, которая с годами стала для неё всё более значимой.

Глядя на неё, я вспоминаю наши бесчисленные ночные разговоры — часы, проведённые за обсуждением её целей, её мечтаний, её непоколебимой решимости изменить мир. Вдохновляюще видеть её сейчас на этой сцене, воплощающей своё видение, и я не могу быть счастливее за неё.

На протяжении всей лекции Кайя остаётся красноречивой и уверенной в себе, её страсть к предмету проявляется в каждом слове. Студенты кажутся заинтересованными, внимательно слушают, и я поражён её способностью удерживать внимание зала.

Это сексуально, вдохновляюще, и это заставляет меня ещё больше волноваться о моих планах на сегодняшний вечер.

Когда она подходит к завершению своей речи, раздаются короткие, но искренние аплодисменты. Я так чертовски горжусь ею, что встаю и аплодирую стоя, восторженно хлопая, пока она сияет, глядя на аудиторию.

После официального окончания лекции Кайя остаётся с доктором Кхатри и небольшой группой студентов, желая обсудить свою работу и ответить на вопросы. Я наблюдаю со стороны, позволяя ей насладиться заслуженным вниманием.

Когда толпа наконец рассеивается, я подхожу к ней и заключаю в тёплые объятия.

— Ты была невероятна, детка, — говорю я. — Я знал, что ты будешь великолепна, но ты превзошла все мои ожидания в сотню раз.

Она улыбается, её глаза сияют от счастья.

— Спасибо, что пришёл, Бек.

— Ни за что на свете не пропустил бы это. — Мой голос становится тише, мягче, когда я добавляю: — Это было чертовски сексуально, кстати.

— О, боже. — Она шлёпает меня по руке, смех вырывается наружу. — Пожалуйста, оставь свои студенческие и учительские фантазии при себе.

— С удовольствием.

Прежде чем покинуть кампус Прибрежного, мы быстро перекусываем с доктором Кхатри, и день плавно перетекает в вечер.

Теперь самое время осуществить мой план. Я везу Кайю обратно на наш маяк, на Блюуотер-Кейп, потому что не могу представить лучшего места, чтобы попросить её стать моей женой.

Я планировал этот момент месяцами, возможно, даже годами, желая убедиться, что всё будет идеально для женщины, которую я люблю.

Когда наступает вечер, я веду нас по дороге воспоминаний — через Амбер-Айл, через Бойер, а затем длинным путём до Блюуотера. Солнце садится, погружаясь в синий час, и вид маяка, возвышающегося на фоне неба, наполняет меня ностальгией.

Мы поднимаемся по ступеням на вершину, где небо усыпано звёздами, и Кайя заворожена, её взгляд устремлён наружу. Здесь сегодня чертовски красиво, безмятежно, и я вижу, что она уже погружена в свои мысли.

Пока она продолжает смотреть в окно, полностью поглощённая ночным небом, я делаю глубокий вдох и готовлюсь. Это момент, которого я так долго ждал. Я медленно, тихо опускаюсь на одно колено позади неё, сжимая в руке обручальное кольцо, которое выбрал.

— Эй, Каррас, — говорю я, голос спокоен, несмотря на бешено колотящееся сердце.

— Да? — спрашивает она, даже не оборачиваясь, её глаза всё ещё прикованы к звёздам.

— Я знаю, что у тебя сейчас много дел, но как ты смотришь на то, чтобы выйти за меня замуж?

При звуке моих слов она резко оборачивается, и я боюсь, что она потеряет равновесие. Её глаза расширяются, когда она видит меня на одном колене с кольцом в протянутой руке.

На мгновение она теряет дар речи, её взгляд мечется от моего лица к кольцу и обратно. Затем, с улыбкой, освещающей всю комнату, она выдыхает: — Эм, да, можно сказать, что я заинтересована. Ты... это правда происходит?

— Да, это по-настоящему, — говорю я, голос срывается от эмоций. — Кайя, эти последние два с половиной года были самым невероятным путешествием в моей жизни. Мы сталкивались с трудностями и преодолевали их вместе, всегда выходя более сильными и сплочёнными, чем прежде. Я не представляю своей жизни без тебя и никогда, блять, не хочу представлять. Ты моя опора, моё вдохновение, моё всё.

Я достаю из кармана маленькую бархатную коробочку и открываю её, показывая обручальное кольцо внутри.

— Кайя, детка, ты выйдешь за меня? Будешь ли ты моей партнёршей — моей командой — пока мы продолжаем вместе преследовать наши мечты?

Слёзы блестят в её глазах, и её губы изгибаются в широкой, сияющей улыбке.

— Да, Бек, — шепчет она, её голос полон уверенности. — Да, я выйду за тебя.

Я обнимаю её, и я прекрасно вижу наше будущее, простирающееся перед нами, ясное и очевидное. Это чертовски красивая картина, нерушимая, и она убеждает меня, что мы готовы встретить всё, что уготовила нам жизнь, — вместе, больше не как соперники, а как партнёры.

В этой жизни и в следующей.