Страница 56 из 70
Его руки скользят по моей спине. Вниз. Вверх. Прижимают крепче.
Мои пальцы находят его лицо — скулы, линию челюсти, короткие волосы на затылке. Скользят вверх.
И снимают очки.
Откладываю их в сторону — на стол, рядом с конспектами.
И смеюсь ему в губы.
— Что? — он отстраняется на сантиметр. Хмурится. Морщинка между бровей — та самая, которую я хочу разгладить пальцем. Но глаза — теплые. Мягкие. Такие, какими их никто, кроме меня и Яна, не видит.
— Ничего. Просто.. — провожу пальцем по его брови. По виску. По краешку уха. — Ты смешной в очках.
— Смешной?
— Ага. Строгий профессор. Очень серьезный. Весь такой.. неприступный.
Он хмыкает. Низко, глубоко — я чувствую вибрацию в его груди.
Целует меня снова — мягче на этот раз. Медленнее. Почти нежно. Губы скользят по моим — неторопливо, как будто впереди вечность.
— Соскучился, — говорит в мои губы. Тихо. Почти неслышно.
— Прошло три дня..
— Три дня — это долго.
Сердце сжимается.
Больно. Сладко. Непонятно.
Три месяца — и он до сих пор говорит такие вещи. Три месяца — и я до сих пор не знаю, верить ли. Не знаю, настоящее ли это. Не знаю, сколько еще продлится.
Отстраняюсь. Отступаю на шаг. Поправляю волосы — выбившиеся из хвоста пряди.
Возвращаю ему очки.
— Мне на следующую пару.
Он надевает очки. Привычным жестом поправляет оправу. Смотрит на меня поверх — и в его взгляде что-то меняется. Что-то серьезное.
— Вечером ничего не планируй.
— Почему?
— Ян сказал, что ему нужно поговорить с нами. С нами обоими.
Что-то холодное проскальзывает по спине. Ледяная капля — от затылка до поясницы.
— О чем?
Дар качает головой.
— Не знаю. Он не сказал.
— И ты не спросил?
— Он попросил подождать.
Смотрю на него. Ищу подсказку. Намек. Хоть что-нибудь — тень беспокойства, отблеск знания, любой сигнал.
Но Дар — нечитаемый. Как всегда.
Только пальцы — постукивают по столу. Нервно. Неосознанно.
Он тоже не знает.
Тоже боится.
— Хорошо, — говорю наконец. Голос звучит ровнее, чем я себя чувствую.
Он кивает.
Я разворачиваюсь к двери.
— Маша.
Останавливаюсь. Рука уже на ручке двери.
— Что бы он ни сказал, — голос Дара — тихий, серьезный и тяжелый, — мы разберемся. Вместе.
Киваю
Девчоночки, новогодний минник от меня!
Бывший. Его брат. И я
Что делать, если ты узнала, что тебе изменил твой любимый? Да и не раз! Да еще и в канун Нового года!
Только отправиться в горы, и послать весь мир к черту..
Тогда, может, этот мир воздаст тебе сполна?