Прости, если сможешь

Глава 19. С чистого листа

Глава 19. С чистого листа

Несколько дней я хожу по всем попадающимся на глаза вакансиям. Но даже там, где меня могут взять хоть кем-то, требуется пройти медкомиссию. Во многих местах сразу в глаза говорят, что беременные и планирующие ими стать пришли не по адресу.

А решать что-то нужно, потому что мама вот-вот заметит, что у меня больше нет работы. Неожиданно на мобильный звонит баба Маня, спрашивает, куда я пропала и почему Андрей такой смурной, а Ленка и вовсе сказала, что в компании я больше не работаю.

Баба Маня взволнована и ждет ответа. Не могу же я просто положить трубку. Словно что-то чувствуя, бабуля настойчиво зовет к себе в гости. Так как утром на работу мне больше не нужно, я обещаю приехать вечером. Сегодня четверг, поэтому столкнуться с семейством её невестки мне не грозит.

Сидя в автобусе, пытаюсь придумать правдоподобную ложь. Если еще увольнение можно как-то объяснить, то мой окончательный разрыв с Андреем… Как сообщить человеку в возрасте, что я больше к ней не приеду?

Так ничего и не решив, медленно иду к знакомому домику. Баба Маня встречает вкусным домашним ужином, за которым я ещё как-то держусь, затем привычно приводит в спальню Ярослава, где уже расстелена его кровать.

Это меня убивает. Хочется выскочить из дома и бежать, пока будут силы. Напряжение последних дней выплескивается громкими рыданиями. И то, что я зарываюсь в подушку, которая, несмотря на свежее белье, как-то умудряется хранить его запах, совсем не успокаивает меня.

— Беременная, — догадывается бабуля и прикрывает рот рукой.

— От Ярослава, — всхлипываю я.

— Понятно, что не от Андрея, — морщится женщина. — Ему сказала?

— Нет и не буду, — продолжая всхлипывать, пересказываю, что произошло в доме, пока бабушка Маня полола лук и чеснок.

— Начудил так, начудил Ярик! — охает родственница. — Никогда бы на него не подумала. Сравнить тебя и эту… Ленкину Маринку… Хорошо хоть, что ты мне все рассказала и беды не наделала!

Я понимаю, что старушка рада, что я на эмоциях не избавилась от ребенка.

— Но Ярику сказать нужно, — уверенно добавляет баба Маня.

— Нет, — также уверенно отвечаю я. — Вы плохо знаете своего внука. То есть, он только с вами такой хороший. Баб Мань, я боюсь, что ваш внук, если узнает, то сам вытрясет из меня ребенка!

Несколько минут бабуля крестится на висящие в углу иконы.

— А матери призналась? — выбирает более безопасную тему.

Но я лишь вздыхаю. Неизвестно, кто страшнее в гневе — мама или Ярослав.

— Знаете, она ведь меня тоже без мужа родила. Всю жизнь твердила, что у меня дурная кровь. Сбылось…

— Брось ты эти мысли, — трясет и без того дрожащим пальцем бабуля. — Жить есть на что?

Я молчу. Не хватало, чтобы бабушка Яра еще свою пенсию мне предложила. С неё станется.

— Пока есть, — уклончиво отвечаю я. — Буду еще работу искать. Попробую походить по государственным организациям. Может, повезет.

Утро начинается с веселого щебета птиц, доносящегося в открытое окно, и пышного, еще горячего омлета.

— Значит так, — после завтрака бабка кладет передо мной папку с документами. — Я всю жизнь медсестрой проработала. Но после смерти Марка словно перегорела. Всю жизнь спасала других, а своего сына не углядела. Это ведь не мой дом, а свекра и свекрови, родителей мужа. Они тихо умерли, один за другим. Вскоре и муженек мой за ними. Пил безбожно. Я и переехала в их дом, чтобы быть ближе к сыну и Нине с детьми помогать.

Я этого не знала.

— У нас квартира однокомнатная была в небольшом городке на три тысячи жителей. Небольшая, тесная. Не на что мне было хоромы строить. Может, еще и поэтому Марк любил к бабе и деду приезжать. Сама видишь, дом просторный. После того как я переехала, квартиру продавать не стала. Деньги небольшие за неё давали, а мне могло понадобиться куда-то вернуться. Нинка могла второй раз замуж выскочить, и я бы для неё как бельмо на глазу… Дело житейское…

Я снова кивнула.

— У меня сестра двоюродная так квартиру свою продала и к детям в город в просторный дом переехала. Пока внуки в школу ходили, кормить-водить нужно было, она тоже нужна была. Но внуки выросли, а сын с невесткой развелись, дом продали. И никто не вспомнил, что её квартиру на его стройку потратили. Сын себе однушку купил, невестка себе. А сестре моей и угла не осталось. Вот и доживала в моей квартире. Два года назад померла, — рассказала бабуля.

— Квартирантам сдаете?

— Девочка жила. В больницу нашу местную приехала отрабатывать. Но по весне замуж вышла за врача. Отработка закончилась, недавно в столицу вернулись. Я уже и с главным врачом созвонилась. Он при мне начинал работать, я ему многим помогала. Не забыл человек доброту. Поэтому где жить тебе есть. И на работу он тебя возьмет. Кассиром. Правда, там полставки всего. Но он подумает, чем тебе накинуть еще половину. Ставка, кстати, после Нового года сокращается, но тебе до декрета как раз хватит.

— Но ведь про вашу квартиру все знают? — сомневаюсь я.

— Забыли уже. Ленка с Андреем там вообще не были и никогда о ней не вспоминают. Ярослав тоже не был, но знает, что там квартирантка живет. О том, что съехала, я ему еще сказать не успела. И говорить не буду. Да он первым никогда и не спрашивает.

Так как запасного варианта у меня нет, я не отказываюсь от предложенной помощи. Остается пожелать бабушке еще как можно дольше пожить на этом свете. Пока я не рожу и хоть как-то не устроюсь.

Сверху на документы ложится увесистая пачка наличных денег. Я даже отшатываюсь.

— Не пенсия, — тут же поясняет баба Маня. — Мне Ярик все время оставляет. А куда мне их тратить? Он, когда приезжает, продукты на месяц закупает и лекарства привозит. И за домом следит.

— Не нужно денег! У меня немного есть, и расчет выплатили, — твердо произношу я.

— Бери! — бабушка Маня перекладывает стопку в целлофановый мешок и засовывает в папку. — У меня ещё три коробки из-под обуви. А в каждой — по три таких пачки. А ребенку пригодится. Я правнуку даю, а не соседскому Витьке на бутылку.

Городок находится почти в ста километрах от Минска. Небольшой, утопающий в зелени, с озерцом в центре и тремя городскими автобусами.

Но больница расположена в десяти минутах от квартиры, поэтому я ими не пользуюсь.

Сама квартира действительно небольшая, на первом этаже старого трехэтажного дома. Отопление центральное, туалет и душ совмещены. Для нагрева воды используется электрический бойлер, что меня весьма радует.