Прости, если сможешь

— Да, я знаю, — Градов достал из кармана рубашки несколько крупных купюр. Видимо, приготовил, пока я ревела в туалете. Положил на колени охранника так, чтобы не было видно на коридорной камере. — Мы бы очень хотели прямо сейчас взглянуть на записи примерно трехнедельной давности.

— Это долго, если вы не знаете конкретного времени и даты, — упрямился страж.

Ярослав добавил ещё несколько бумажек.

— Время, скорее всего, после пяти вечера. Нам действительно очень нужно.

— Ладно, садитесь, — сказал охранник Градову, указывая на свободный стул. Мне же пришлось стоять более часа в неудобном положении. К тому же разболелся живот. Я стала вспоминать последнюю дату месячных. Или во всём виноваты слишком резкие и грубые движения Ярослава в его кабинете?

— Остановите, — отвлек от мыслей генеральный, и я взглянула в монитор. Лена зашла в мой кабинет, открыв его своими ключами, и вышла с бумагами ровно через час.

— Очень красивая женщина, — проговорил охранник. — Я помню, в тот вечер она сказала, что забыла ключи, и попросила дубликат. Естественно, я дал ей, ведь она совладелица компании. Но я не проверял, от своего кабинета она взяла или от другого. Серьезные проблемы?

— Нет, уже нет, — покачал головой Ярослав. — Спасибо, вы нам очень помогли.

Мы вместе вышли на улицу.

— Я могу тебя подвезти, — предложил он. — Уже поздно и мороз сильный.

— Нет. Я на метро.

Это была пятница.

В понедельник я написала заявление на увольнение. Никто не удивился, помня неприятную историю. Зато генеральный зашёл в мой кабинет, плотно закрыл дверь и, порвав, выбросил моё заявление в мусорницу.

— Я напишу другое, — ответила я, доставая чистый лист бумаги.

— Алиса, прекрати играть в детский сад! Всё, что я могу — это извиниться перед тобой! Ты сама понимаешь, что я не могу вытащить эту историю наружу ещё раз. Все же Лена не наемный работник, а моя сестра. Но с ней я уже поговорил. Больше подобного не повторится.

— Да, я понимаю. Но дело не в этом, — на миг прикрыла глаза, пытаясь справиться со слезами.

Я ела с его рук. Я целовала ему ноги. Он единственный, кто знал о небольшом сколе у меня на зубе. Ему нравилось это, когда я прикусывала его кожу во время ласк. Он видел небольшую родинку в слишком уж интимном углублении моего тела. Даже я не знала о её существовании. Я могла разговаривать с ним, не закрыв двери в туалете. А он даже не попробовал разобраться, кто виноват. Ему было все равно.

— А в чём?

Ответить я не успела. Без стука в кабинет зашёл Андрей.

— Ярослав, выйди, нам с Алисой нужно поговорить, — произнёс он. Взял моё второе заявление, которое я только что написала, и выбросил в мусорную корзину.

— Поговоришь, когда мы закончим наш разговор, — отрезал старший брат.

— Это всегда успеется, — возразил Андрей. — Яр, пожалуйста, уйди. Я хочу поговорить со своей невестой!

— Кажется, ты ошибся дверью, — поднял бровь Ярослав. — Я уже устал говорить Лене, что её и твоя протеже Марина здесь работать не будет! Хватит нам проблем с твоей бывшей невестой! У нас здесь не свадебный салон!

— Я говорю не о Марине, — ответил Андрей и достал из шкафа моё пальто. — Алиса, пойдём прогуляемся. Мне очень нужно с тобой поговорить.

— Оба — по рабочим местам! — рявкнул старший брат. — Превратили офис в бордель!

— Ты первым начал, — спокойно ответил Андрей, подавая мне сапоги.

Шокированная услышанным, я молча переобулась и уже в коридоре набросила пальто. Так же молча мы сели в машину Андрея.

— Я понимаю, что у меня нет никакого права везти тебя к себе домой, но нам действительно нужно поговорить, — сказал он. — Лучше сделать это наедине.

Я кивнула.