Страница 15 из 97
Его кабинет, похожее кресло, наши тела так близко друг от друга. Обхвати я ногами его бёдра, расстегни свою блузку, что бы он сделал?
Я знала, что бы он сделал. Он бы не стал церемониться. Сорвал бы остатки одежды, резко вошел, наслаждаясь моим болезненным криком и унижением от того, что моё тело снова ответило бы ему. Мне хотелось этого. Хотелось до дрожи в коленях, до пульсации в кончиках пальцев.
Я ненавидела себя за это.
Ярослав наклонился надо мной так близко, что я видела, как бьётся жилка на его шее. Ещё один миллиметр и мои губы почувствуют вкус его кожи. Я представила, как провожу языком по этой жилке, как он вздрагивает, как его хватка слабеет. Как он снова толкает меня в кресло, но уже не чтобы унизить, а чтобы взять.
Моё дыхание сбилось.
Он заметил. Конечно, заметил. Его глаза сузились, и мужчина резко отстранился, словно обжёгся.
— Успокойся и иди домой. Нет, тебя отвезёт дежурная машина. Я сейчас скажу Люде.
Он развернулся, даже не взглянув на меня. А я осталась сидеть в его кресле, сжимая подлокотники, чувствуя, как между ног пульсирует пустота. Как тело кричит: «Вернись. Дотронься. Ударь, но только не уходи».
Я медленно встала. Ноги дрожали. Между бёдер было влажно и горячо, и я молилась, чтобы на юбке не проступило мокрое пятно.
Ярослав прав. Я истеричка. Но не потому, что плачу. А потому что хочу его даже сейчас.
Вышла из кабинета, не попрощавшись. Люда уже набирала номер водителя. Я села на стул в приёмной, закрыла глаза и попыталась унять дрожь.
Пальцы сами собой прижались к губам. Туда, где их секунду назад касалось его дыхание.
Месяц. У него целый месяц, чтобы забыть меня. А у меня этот месяц для того, чтобы не сойти с ума от того, что я не могу забыть его.