Страница 30 из 39
ГЛАВА 17. Холодное утро
ГЛАВА 17. Холодное утро
Стас проснулся первым.
Солнце уже пробивалось сквозь неплотно задёрнутые шторы, и в комнате было светло. Он повернул голову и увидел её — Оля спала рядом, прижавшись к его груди, её светлые волосы разметались по подушке, лицо было расслабленным и беззащитным. Она выглядела такой спокойной, такой настоящей.
Он замер, глядя на неё. Вчера они танцевали под медляк, он пел ей песню, они целовались, и он чувствовал, как внутри него что-то меняется. Что-то, что он так долго пытался контролировать.
А потом они просто уснули. Без секса. Просто уснули в обнимку. И это почему-то было страшнее, чем если бы они снова занимались любовью.
«Почему я это сделал? — думал он, глядя на неё. — Зачем я позволил себе такую близость? Мы же договорились. Без обязательств. Без чувств. А я как влюблённый подросток».
Он почувствовал, как внутри закипает паника. Он не хотел серьёзных отношений. Он не хотел привязываться.
«Я должен остановиться, — решил он. — Пока не поздно. Пока я ещё могу».
Он аккуратно выскользнул из-под неё, стараясь не разбудить её, и сел на край кровати. В голове уже выстраивался план: холодный, отстранённый, защитный. Он должен был вернуть всё в рамки договора. Должен был напомнить ей — и себе, — что между ними ничего нет.
Оля пошевелилась и открыла глаза. Увидела его сидящим на краю кровати и улыбнулась той сонной, тёплой улыбкой, от которой у него внутри всё переворачивалось.
— Доброе утро, — сказала она, потягиваясь. — Ты долго уже не спишь?
Стас заставил себя улыбнуться в ответ, но улыбка вышла натянутой, почти неживой.
— Да, уже встал. Надо ехать.
Оля села на кровати, натягивая простыню на грудь, и посмотрела на него с любопытством.
— Куда?
— По делам, — ответил он коротко, не глядя на неё. — За город. К родителям. Нужно съездить, помочь с какими-то вопросами. На несколько дней, наверное.
Она нахмурилась, чувствуя, что что-то не так. Его голос был ровным, почти безразличным. Не тем тёплым, каким он говорил с ней вчера.
— Всё в порядке? — спросила она осторожно.
— Да, конечно, — он встал и начал собирать свою футболку с пола. — Я просто вспомнил, что у меня ещё куча дел. И потом, — он сделал паузу, надевая футболку, — как там приложение? Ты уже общаешься с кем-то? Мне нужно собрать данные для отчёта.
Оля замерла.
Эти слова ударили её, как пощёчина. Он спрашивал о приложении. Сейчас, когда она лежала в его постели после вчерашнего танца и поцелуя, он спрашивал о приложении.
— Пока не было времени, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Но с сегодняшнего дня обязательно начну. Как ты и просил.
Стас кивнул, не глядя на неё.
— Отлично. Будет полезно. И да, если будут вопросы по функционалу, пиши. Но я буду недоступен пару дней, так что лучше тестируй в обычном режиме.
Оля смотрела на него, и внутри неё всё сжималось. Его холодность была настолько очевидной, что она чувствовала её кожей. Что случилось? Вчера она будто была единственным человеком в мире. А сегодня он вёл себя как чужой.
«Он передумал, — поняла она. — Он испугался. Испугался того, что между нами что-то появилось».
Она хотела спросить его: «Почему ты такой холодный? Я что-то сделала не так?» Но она не могла. Она не хотела показывать, что ей больно. Что ей обидно. Что она, кажется, влюбилась.
— Хорошо, — сказала она, поднимаясь с кровати и начиная искать свою одежду. — Я поняла. Ты по делам, я по приложению. Всё по плану.
Стас услышал в её голосе стальные нотки, и внутри него что-то дрогнуло. Он хотел сказать, что она слишком много для него значит, и это его пугает.
Но вместо этого он просто сказал:
— Извини, что приходится бежать. Правда, некогда.
Оля натянула платье и взяла свою сумку. Она чувствовала, как к глазам подступают слёзы, но она заставила их сдержать. Она не даст ему увидеть, что он её задел. Она не будет слабой.
— Я тоже собиралась на несколько дней уехать, — сказала она, не глядя на него. — За город. На базу отдыха. Отдохнуть. Так что ты не волнуйся, писать мне тоже не надо. Я буду занята.
Она направилась к двери, и он пошёл за ней. Он хотел остановить её. Хотел сказать: «Оля, подожди, я не хотел...» Но слова застряли в горле.
Она открыла дверь, шагнула в подъезд и, обернувшись на мгновение, посмотрела на него. В её глазах была боль, которую она не могла скрыть, и холод, который она пыталась надеть на себя. Она стояла у двери, держась за ручку, и ждала. Ждала, что он скажет: «Оля, подожди. Я пошутил. Останься». Он молчал. Она ждала ещё секунду. Потом ещё. И открыла дверь.
— Удачи с родителями, — сказала она, и в голосе её прозвучала горечь.
Она закрыла дверь. Её шаги эхом разнеслись по лестнице. А он стоял в прихожей, глядя на закрытую дверь, и чувствовал, как внутри него что-то разрывается.
«Ты идиот, Стас, — сказал он себе. — Ты только что вышвырнул её. Ту, которая пела с тобой под Лепса. Ту, которая смотрела на тебя так, будто ты — целый мир. И ты сделал это потому, что испугался».
Он провёл рукой по лицу и прислонился к стене. В груди было пусто и холодно.
А Оля зашла в свою квартиру, закрыла дверь. Она не плакала. Слёзы стояли в горле, но она не давала им вырваться.
Она взяла телефон, чтобы позвонить Алине. Подруга всегда знала, что сказать. Подруга всегда могла успокоить.
Но трубку не взяли. Через несколько секунд пришло сообщение:
«Оля, мы с Никитой гуляем в парке! Спать не ложились, всё очень круто. Я сама тебе напишу, как освобожусь »
Оля посмотрела на экран, и внутри неё стало ещё пустее. Ей не с кем было поделиться. Алина была занята, и Оля не хотела портить ей настроение.
Она села на диван, обняв себя руками, и сделала глубокий вдох.
«Ты справишься, Оля, — сказала она себе. — Ты не должна зависеть от него. Ты справишься».
Она взяла телефон и открыла приложение Стаса. То самое, которое он так настойчиво предлагал ей тестировать. Если он хотел, чтобы она искала кого-то, значит, она будет искать. Она не будет сидеть и страдать из-за мужчины. Она не будет ждать, пока он передумает.
Она нашла несколько интересных анкет и лайкнула их. Потом ещё несколько. Ей хотелось, чтобы он увидел — она не пропадает. Она живёт дальше.
«Я уеду, — решила она. — За город. На базу отдыха. Подальше от этой квартиры, от его стен, от всего этого. Отдохну, высплюсь, подумаю. И вернусь уже с холодной головой».