Страница 56 из 70
— Добро пожаловать в лавку братьев Райдс. Я Аман Райдс, — красивым грудным голосом поприветствовал меня сам совладелец всего этого пафосного заведения.
Я было собралась встать, как меня остановили жестом, и, подойдя ближе, протянули руку для рукопожатия и мягко, но сильно пожали, садясь в соседнее кресло. Аман — вернее, более чем уверена, лорд Аман — сложил ногу на ногу и проронил:
— Какую вывеску вы бы хотели, леди…
— Аннэль, — подсказала я.
И принялась описывать, как мне видится эта самая вывеска.
— … и, учитывая, что фасад у нас вот в такой примерно гамме, — выбрав разложенный передо мной цветовой веер, — то мне бы хотелось добавить вот таких оттенков, — указала на две полоски. — И да, можно ли сделать, чтобы вывеска начала с вечера светиться? Хочу создать ощущение волшебства, сказочности и радости, что присуща цветам. Хочу, чтобы вечером молодые парочки, проходя мимо моей лавки, обращали внимание, а мужчины, сопровождающие своих прекрасных дам, захотели зайти и купить им букет или даже просто цветок в качестве комплимента. Это же так романтично… — вещала я, увлечённая.
Аман внимательно слушал, не перебивая. Удивительно терпеливый мужчина. Обычно, как вспомню, мужчины нашего городишки на дух не переносили, когда женщина так долго о чём-то говорит. Глаза Амана были очень глубокого синего оттенка. И тут я зависла, глядя в его глаза. Сидела, смотрела, и в моей голове постепенно собирался пазл. Аман, ничуть не смущенный, так же продолжал сидеть и невозмутимо играл со мной в гляделки, лишь уголок губ немного вздрогнув, пополз вверх, но секунда — и всё пришло на круги своя.
— А знаете, лорд Аман, — протянула я, — а я вот смотрю в ваши глаза и понимаю: вот именно такой оттенок идеально бы подошел для моей вывески.
И тут Аман высказался:
— Удивительное дело, ещё ни один посетитель, и… — пауза, — и даже ни одна посетительница не заказывала вывеску в цвет моих глаз, — и прозвучало это как-то излишне… провокационно, что ли.
В лавке, надо сказать, мы были абсолютно одни. Как только сам совладелец зашёл, паренек удалился и более не появлялся. Я сижу, смотрю на лорда Амана, рассматриваю глаза и замечаю, как зрачок увеличивается, затопив радужку, а глаза становятся темнее, будто дневное яркое небо сменяется предгрозовым, и сейчас грянет ливень. Смотрю, наблюдаю.
— У вас цвет глаз изменился, — как-то озадаченно произнесла я. — Мне нравился оттенок, вот что был ранее, — заметила я. — Ориентироваться будем именно на него.
Я вернулась обратно к цветным образцам, перебрала все оттенки синего, нашла, как мне казалось, подходящий, поднесла к его глазам, сравнила, неудовлетворенно хмыкнула и заключила:
— Определенно тут нет такого благородного оттенка. Мне нужен именно он!
Аман улыбнулся. Я зачарованно проследила за его красивой обворожительной улыбкой, позависала, в уме пожурив себя за любование, и вернулась к обсуждению деталей. Обвела зарисовки, которые до сих пор чертила, и подытожила по форме, оттенку, напомнив, что ориентиром будут глаза самого собственника конторы, и спросила:
— Сможете такое выполнить?
И тут Аман, откинувшись немного назад, сложив руки на груди, произнёс:
— Можете в этом не сомневаться, прекрасная леди Аннэль. Уверяю вас, мы всё выполним, даже если это теоретически вообще невозможно — мы сделаем!
И тут я внесла более жизненный момент в наши переговоры:
— Давайте поговорим о стоимости работ и сроках. Сколько всё это будет стоить? И за какой срок выйдет управиться с такой задачей?
Аман что-то начал прикидывать в уме, затем взял бумажку и начал делать прямо при мне какие-то понятные только ему расчёты.
— По моим скромным расчетам, стоимость составит 5 золотых!
Ого! В уме присвистнула я! Да это как за несколько месяцев аренды моей лавки. Не хило! Но вслух лишь заметила:
— Подскажите, уважаемый лорд Аман, а возможно ли частично оплатить взаимозачетом?
И начала рассказывать, как я, новый клиент, зашла в его магазин и что ощутила, похвалила и оттенок прилавка, и удобство сидений, и заметила, что очень не хватает зелени, и что если бы здесь сделать зелень в красивых кашпо, то вид всей конторы стал бы на порядок выше, ещё на порядок значительнее, и вопрос высоких цен стал бы психологически более комфортен для клиента, подсознательно снимая напряжение! И говорила, говорила, говорила. А Аман слушал, слушал и кое-где уточнял некоторые непонятные детали. Я потеряла абсолютно счёт времени! Стукнула входная дверь, но мы, увлеченные обсуждением, не обратили внимания. Вот абсолютно. И тут Аман говорит:
— А что вы делаете сегодня вечером? Я бы хотел пригласить вас на ужин. В ресторацию «Серебряная русалка». Лучшее заведение города. Здесь недалеко, и… я могу предложить довести вас на своём транспорте. И, — добавил он, — мы могли бы обсудить детали вашего предложения. Потому что, — быстрый взгляд на часы, — лавка уже закрывается. Через пять минут. А мы не пришли к итогу…
И взгляд уверенного в победе хищника, который прекрасно знает себе цену.
— Я… простите… у меня… э-э-э… — резко добавила: — Вечер занят!
Мужчина немного приуныл.
— А завтра?
И тут за моей спиной раздалось очень знакомое, с шипящими нотками и скрытой угрозой:
— Ни завтра, ни послезавтра, никогда!
Мы резко направили взгляд на вновь вошедшего. Эмар! Что он тут делает? Я метнула взгляд на часы, которые были на руке у собеседника, увидела, что времени уже восемь. Я опоздала на час! И тут же простонала:
— Блиин!
Прозвучало очень неоднозначно, учитывая контекст диалога и всего, что последовало после.
— Не понял? — прорычал Эмар, глядя на меня и, кажется, закипая.
— Я потеряла счёт времени! Мы тут обсуждали детали по вывеске, и я… прости, — покаянно извинилась я, и дальше: — А что ты тут делаешь?
— Я что тут делаю? — уже не сдерживаясь, раздражённо вопросил этот бог страсти! — Это ты что тут делаешь? Флиртуешь напропалую, забыв о времени и месте!
— Я не флиртую, — обиделась я, сложив руки на груди. — Я вообще-то приехала заказать вывеску!
— Я вижу, как ты заказываешь вывеску, пялясь на него, будто на дынное пирожное Марии! Да ты его чуть не облизать готова!
— Эмар! — я покраснела вот ног до головы и одновременно разозлилась до чертиков. Хотелось взять что-то потяжелее и стукнуть его, чтоб мало не казалось. Ничего под руками не обнаружилось. Я встала, более не в силах выдерживать этот нелепый цирк, повернувшись к Аману, слегка наклонив голову, сказала: