Страница 172 из 237
Несколько прутков чуть в стороне, инструмент не на месте. Пустой термос на верстаке и скорлупа от вареных яиц в урне с мусором.
– Хозяйничал, значит, – проворчал Прохор и глянул на парня.
Тот потупил взгляд и неуверенно кивнул.
Кузнец хмыкнул и кивнул в сторону горна.
– Поджигай, – скомандовал он и подошел к стене, где на гвоздике висел фартук.
Пока он переодевался, парень разжег горн, быстро собрал свои неудачные поделки и убрал в их в кучу хлама.
Кузнец же достал подшипник и кусок арматуры. Покрутив его в руках, он взял простенький сварочник, подцепил крокодила и принялся приваривать к нему рукоятку снаружи.
– Глаза! – буркнул он.
С минуту искр и в руках кузнеца была странная дубинка из стального прутка с навершием из подшипника.
– Это что? – глядя на странную штуку спросил Лев.
– Заготовка, – буркнул Прохор и сунул подшипник в горн целиком.
Пока тот нагревался, кузнец подошел к куче хлама, взял провалы ученика и глянул на него.
– Чего сделать‑то хотел? – спросил он, глядя на порядком искореженный кусок арматуры.
– Да, я так… – смутился парень.
– Просто так лупил по нагретой арматуре? – усмехнулся Прохор.
– Нет, я… – тут Лев кашлянул, отвел взгляд и закончил: – Цветок хотел сделать.
– Какой?
– Ну… обычный.
– Ромашку, лилию или еще чего? – недовольно поджал губы Прохор.
– Розу. С шипами и лепестками, как настоящую, только из металла.
– Серьезная заявочка, на, – буркнул кузнец и посмотрел на парня. – Подарок девке, да? Красивая, на?
– Красивая, – кивнул подмастерье.
– Любо‑о‑ов! – протянул двойник Главгера и вздохнул. – Любовь – страшная сила! Вот так глядишь, и меня переплюнешь с этой любовью.
– Это не любовь, – буркнул парень.
Кузнец нахмурился, глянул на мрачного парнишку, а затем спросил:
– А зачем тебе тогда цветок? Подарок ведь. Любимой?
– Подарок, – кивнул Лев. – Для той, что предала.
Прохор молча уставился на парня. Несколько секунд он смотрел на его мрачный взгляд, а затем кивнул.
– Любовь – страшная сила. Страшнее только жажда мести, – проворчал он.
Кузнец подошел к горну, взял рукавицу и достал заготовку. Он подошел к наковальне, положил ее и пару раз врезал по ярко желтому подшипнику. Тот сразу развалился на части. Кузнец тут же принялся бить и выпрямлять ту часть подшипника, к которой был приварен пруток. Получив небольшую пластину, он отложил ее в сторону, а затем глянул на парня.
– Лепесток розы – дело не простое. Тут надо будет металл мягкий. Чтобы удобнее форму придавать, – произнес он, а затем глянул на куски ржавой арматуры. Прикинув что‑то в голове, он кивнул своим мыслям. – Бери УШМ. Найди пруток покрепче. К нему будем заготовки под лепестки варить.
Лев кивнул, молча подошел к куче и принялся в ней копаться. Кузнец в это время стоял и смотрел на парнишку, что‑то прикидывая в голове.
– Пойдет? – достал Лев какую‑то запчасть от автомобиля из кучи хлама.
– Пойдет. Главное, чтобы тебе держать удобно было, – кивнул Прохор, а затем кивнул на УШМ. – С подшипника пластину сначала отпили.
Лев кивнул, взял машинку и подошел к наковальне.
– Слушай, тут… – замер парнишка. – Скоро будет фестиваль «Металл‑хертс». Там будет она и…
– Нет, – отрезал Прохор. – Я в этих играх не участвую. Не по чину, не по возрасту, да и…
Тут он поймал тяжелый взгляд подмастерья. Секунд десять они стояли смотря глава в глаза друг другу, после чего Кузнец тяжело вздохнул, подвинул чурбак и уселся на него.
– Положи, – кивнул он на УШМ в руках ученика, а затем кивнул на второй чурбак. – Садись.
Парень отложил инструмент и уселся рядом.
– Взгляд у тебя волчий, – произнес Прохор. – С таким взглядом только врагов рвать.
Кузнец вытянул ноги, глянул на парня и произнес:
– Рассказывай.
Лев несколько секунд молчал. после чего начал рассказывать.
И про то, как с мажор Эдик, сколько он себя помнит, пытался доказать ему что‑то. Как он собрал группу, как признавался Катьке, про то как постепенно люди уходили, как развалилась группа так ни разу и не выступив. И про то, что недавно узнал, что все они в группе мажора Эдика.
Кузнец слушал молча, бросал взгляды на парня и переодически задумчиво хмыкал.
– Вот я и решил, что на выступлении ей цветок подарю… – зацончил рассказ парень. – Но железный, чтобы грузом был.
– Таким же, какой она тебе на сердце оставила, – усмехнулся Прохор. – Хорошо… Красиво…
Кивнул он и глянул на парня.
– Хочу выступить с тобой, – произнес Лев, что потупил взгляд. – Выступить на фестивале. Так, чтобы не для зрителей, а в роже им плюнуть.
Тут он поднял взгляд на учителя и произнес:
– Один разок. Точку поставить.
– Мол, он может забрать всех из группы, но как был уродом, так и остался, – поджал губы Прохор и кивнул. – Красиво, на!
Кузнец поднялся, размял ноги и направился к верстаку.
– Сюда иди. Вот это реж, вот так. На лепесток много металла не надо.
Парень подошел и взял УШМ.
– Ты выкуешь со мной цветок?
– Сам выкуешь. Я подсказывать буду, на, – буркнул Прохор.
Парень хотел было уже начать, но тут же получил леща от учителя.
– Глаза, лапоть! Запасные есть, на?
– Нет, – хмуро буркнул Лев и полез на полку, за щитком для лица.
– Что играть будем? – спросил кузнец, взяв пруток и прикидывая как лучше приварить заготовку.
Лев глянул на кузнеца и осторожно спросил:
– Так ты все же…
– Мелодия у тебя есть? Или будем новое сочинять? – перебил его Прохор.
– Ну, есть мысль… – растерянно произнес подмастерье.
– Вокалиста нет и баса тоже, – задумчиво произнес кузнец. – Значит надо сделать так, чтобы они не нужны были. Понял?
– Понял, – кивнул парень.
– Раз понял – тогда работай, на, – кивнул на УШМ кузнец и направился к горну.
Харя оглянулся на Тоху и Трофима, что стояли позади него и внимательно смотрели на приближающиеся автомобили.
– Не дергаться, не нарываться, молчать. Поняли?
– Поняли, босс, – кивнул Трофим.
– Бронежелеты одели?
– Оделии, босс, – отозвался Тоха.
– Пулеметчик на месте?
– На месте, босс, – кивнул Трофим.
Харя тяжело вздохнул и глянул на машины, что заварачивали к ним.
– Запасной план… – начал было Харя.