Страница 120 из 237
Глава 8
Кабинет Давида напоминал берлогу. Шторы задернуты и почти не пропускали свет. На стенах висели пожелтевшие от времени дипломы. Он ходил из стороны в сторону и держал телефон на расстоянии от уха сантиметров десять, словно боялся излучения.
– Я таки вам говорю. – Произнес Давид. – У нас были договоренности! Вы думаете, мне самому нравятся убытки? Ну, нету рыбы! Нету! Сейчас не сезон. А моего прошлого поставщика затаскали уже по судам этот, будь оно неладно, рыбнадзор!
– Мы все понимаем, Давид Абрамович, – раздался голос из динамика. – Но если вы срываете контракт, мы несем убытки. Решайте вопрос. Отговорки никого не интересуют.
– Какие отговорки⁈ Я же таки вам говорю человеческим языком! Коптильня готова работать, но что мне коптить? Самому нырять за рыбой и руками доставать?
– Хватит. Вы сидите на этом месте не просто так. Не забывайте. У вас ещё есть время.
– Ладно! Ладно! – вздохнул Давид. – Тогда может быть мы вам морской рыбы? Ее с востока могу хоть вагон накоптить!
– У нас контракт на РЕЧНУЮ РЫБУ, Давид Абрамович, – раздался голос в трубке. – Повторяюсь – решайте вопрос. Вы для этого там и находитесь. Поставка должна быть. Решайте вопрос. Или досудебная претензия, а дальше… вы и так все понимаете.
На том конце сбросили вызов.
Давид закатил глаза и тяжело вздохнул. После чего бросил свой телефон в ящик стола.
– Это не жизнь, а какой‑то шалом наоборот. – Пробормотал он. – Где? Где я возьму им рыбу? Они квоты по вылову вообще видели?
В этот момент раздался стук в дверь.
– Ну что там еще⁈ – На выдохе произнес он.
– К вам посетитель, Давид Абрамович, – робко ответила секретарша. – Говорит, по коммерческой части. С предложением.
Он уже открыл рот, чтобы послать посетителя куда подальше, но в последний момент замер. Внутри бушевало негодование, но внутренний стержень типичного представителя народа, не дал слабину. Давид сморщился, но затем все же кивнул.
– Пусть заходит! – ответил он, а затем тише добавил: – Посмотрим, что за птица.
В кабинет вошел человек в костюмчике. Он бегло осмотрелся и поправил свои очки.
– Здравствуйте. Меня зовут Савелий Рояль. Я по вопросу вашей профессиональной деятельности.
Давид слегка нахмурился.
– И что вы хотели? К сути, молодой человек, время – деньги.
Савелий выдержал паузу, после чего заговорил.
– Отрасль, которой вы посвятили себя, гидробиологический ресурс пресных водоемов. А именно, их термическая обработка методом холодного и горячего копчения. У меня есть доступ к данному биоматериалу. Предлагаю коллаборацию. Объединить наши логистические цепочки.
Давид нахмурился, попытался про себя повторить сказанное, но затем подался вперед, сплел пальцы и произнес уже другим тоном:
– Простите, ваша терминология вводит меня в заблуждение.
– Рыба. Коптить. Много денег. – Со вздохом произнес Савелий.
Давид снова нахмурился. После чего осознал последнюю фразу, и морщины на его лбу разгладились. А сам он дежурно улыбнулся.
– Присаживайтесь. – Только сейчас предложил он, указав на кресло перед собой. – Так! Что за рыба? Откуда?
Савелий чуть заметно улыбнулся, уголками губ.
– Рыба как рыба. Карповые, в основном. Съедобная, свежая, выловленная в экологически чистом, относительно, районе. Я ищу канал сбыта, а вы, как я понимаю, ищете сырье. Синергия, не так ли?
– Таки вы хотите сказать, – Давид прищурился. – Что у вас есть источник пресной рыбы?
– Что‑то вроде того… – Хмыкнул парень в очках.
– Ваше предложение крайне интересное, – Давид оглянулся на дверь. Потом на окно. И пониженным голосом продолжил. – Но вы должны понимать, что рыба товар специфичный. У вас же наверняка есть санитарные книжки? Справки о пригодности? Ветеринарные заключения? Это всё есть?
– А это проблема? – Савелий слегка наклонил голову в бок. – Бумага не пахнет, как говорил один классик. Особенно, если эта бумага – деньги… – тут он сделал паузу и спокойно добавил: – Но если нужен запах свежести… вы же понимаете, что это вопрос десяти минут, пары штампов и нужной подписи. Или я ошибаюсь в своих прогнозах?
Давид замер. Он сделал шумный вдох, а потом тяжело выдохнул. Немного подумал, после чего произнес.
– Всё таки решается. Вопрос лишь в рисках. Точнее в том, кто их берет на себя. Если она на моей шкуре, то… ты же понимаешь, что и цена будет куда ниже?
Савелий еле заметно улыбнулся.
– Такой исход меня вполне устраивает. Думаю, мы сможем договориться.
Коптильня Давида Абрамовича располагалась на окраине города, в промышленной зоне.
Здание представляло собой длинный ангар из гофрированного металла. Внутри которого стояли ряды коптильных камер из огромных металлических шкафов. За стеклянными окошками виднелись подвешенные рыбешки. Вдоль стен тянулись верстаки для разделки, а в углу находился большой холодильник, где хранилась свежая рыба.
Когда Савелий и Толя подошли к воротам, их встретил запах пожилой мужичок.
– Пойдемте за мной. Вас уже ждут. – Прохрипел он.
Из глубины цеха доносился гул вентиляции и негромкие голоса работников в замасленных фартуках.
– Смотри, ещё одна партия пришла, – сказал один из работников, молодой парень в кепке, когда увидел Савелия и Толю с ящиками. – Хотя маловато будет.
– Да ладно, – ответил второй, пожилой мужчина с седой щетиной и сплюнул в сторону. – Лишь бы свежая была, а не как тогда.
– Ага, – хмыкнул парень.
Савелий и Толя прошли дальше, неся ящики с рыбой. Оба пыхтели от тяжести. После чего поставили их на пол и принялись ждать.
Давид разговаривал с одним из сотрудников. После чего он их заметил и через пару минут направился в их сторону.
– Как и договаривались. – Первым заговорил Савелий. – Вот рыба. Вся свежая.
Давид подошёл ближе и присел на корточки. После чего открыл один из ящиков и внимательно осмотрел рыбу. Его нос слегка сморщился.
– Я‑то думал, вы мне тут пару тонн привезёте, – протянул он с наигранным разочарованием. Потом поднялся и стряхнул руки, хотя к рыбе не притрагивался. – Два ящика – это, знаете ли, не масштаб. Да и мелковата она.