Человек из малометражки

– Послушай меня, пожалуйста, – продолжил он на полтона выше, – я не скрывал, что у меня особый образ жизни, что могут быть проблемы с законом. Я говорил тебе, что делаю плохие вещи. Я не мог сказать прямо, это тупо опасно, Лера. Я виноват перед тобой! Да! Виноват, потому что позволил тебе со мной связаться. Потому что не убедил держаться от меня подальше!

Он наклонился к её лицу, девушка тщательно отводила глаза.

– Обвиняй меня в чём хочешь, я это заслужил, но всё, что у нас с тобой было, – по-настоящему. Ты нужна мне, ты мне безумно нравишься, и я ненавижу себя за то, что ты сейчас из-за меня плачешь.

Лера молчала. Макс взял в ладони её лицо, прижался лбом ко лбу и тихо сказал:

– Я так перед тобой виноват, Гайка… Даже прощения глупо просить. Я должен был сказать. Струсил. Я ужасный человек. Без бравады, правда. Я себя знаю, девочка, потому и бегал от тебя кругами. Я не хотел тебя впутывать, не хотел, чтобы ты это дерьмо даже издалека видела. Не устоял, Лерка, – он слегка отстранился и посмотрел ей в глаза, – слишком сильно к тебе тянуло.

По щекам девушки текли слёзы. Она аккуратно отстранила его руки от своего лица и продолжила бесцельно идти по дороге. Макс пошёл за ней.

Больше всего хотелось стиснуть её в объятиях, гладить по голове, утешать, целовать, никогда не давать в обиду. Но что делать, если он сам причиняет ей боль?

– Давай, отвезу тебя домой, – обречённым голосом произнёс парень.

Лера молчала, машинально продолжая идти. Они заходили в лес, на горизонте появилась большая чёрная туча.

– Откуда мне знать, что то, что ты сейчас говоришь, правда? – сказала, наконец, Лера, не оборачиваясь.

– Ниоткуда. Либо веришь, либо нет.

Девушка развернулась и посмотрела на него заплаканными глазами. Ужас ситуации был в том, что Лера не хотела уходить. Она была бы рада возненавидеть его, но этого не произошло. Она прокручивала в памяти последние месяцы. Их встречи, разговоры, прикосновения. Если всё это было обманом, тогда в жизни вообще вряд ли есть что-нибудь настоящее. Лера смотрела на своего спутника. Он был растерян. Взгляд был молящий, полный грусти. Если можно сыграть такой взгляд, то у Макса явный талант. Лера понимала, что просто не может быть с этим человеком, но от мысли о предстоящем расставании начинало тошнить. Макс был прав: с ней он не был чудовищем, и это обстоятельство заставляло её это чудовище любить.

– О чём ещё ты мне врал? – тихо спросила она.

– Ни о чём, – отчаянно шагнул к ней Макс, не решаясь дотронуться. – Я не договорил, скрыл, да, но я никогда ни в чём тебя не обманывал. Не говорил того, чего нет. Не притворялся.

– О чём же ты не договорил? – Лера оперлась спиной на ствол дерева. – Скажи всё сейчас.

Макс посмотрел ей в глаза, взвешивая свои шансы. Она не уходила, не устраивала истерик, она слушала. Он понял, что надо быть предельно честным.

– Я не торгую напрямую сам. Я, скорее, связной, на подхвате. Знаю, у кого достать, кому сбыть. Иногда делаю закладки или продаю в клубе, но это редкость большая, иначе бы давно сидел. Иногда езжу в Москву за товаром, с человечком одним. Если спросишь, зачем, не отвечу. Адреналин, деньги, дружба, типа… Я этим давно занимаюсь. Всё, что меня останавливало – страх сесть или развязаться. Что касается морали: нет, угрызения совести меня не мучают.

Лера смотрела на него взглядом, полным разочарования.

– Могу ли я бросить? Да, думаю, что смогу. Только в таких делах не всё зависит от желания одной стороны. Хотел бы я, чтобы ты об этом знала? Нет. Не хотел бы. И не уверен, что когда-нибудь сказал бы.

– То есть, если всё вернуть, ты бы выбрал опять ничего мне не рассказывать?

– Я бы выбрал тебя не впутывать.

– Жалеешь, что начал встречаться со мной?

Он посмотрел ей в глаза.

– Ни одной секунды не пожалел. Но я, объективно, плохой человек. Без меня ты сейчас была бы счастлива.

Лера усмехнулась, вспоминая, в каком состоянии подобрал её Макс на оптушке.

– Хочешь расстаться?

– Тебе честный ответ или правильный?

Девушка посмотрела своему спутнику в глаза. Правильный ответ она знала.

– Честный.

– Как подумаю об этом, сдохнуть хочется. Нет, Гаечка, меньше всего сейчас я хочу с тобой расставаться.

Лера тяжело вздохнула.

– Я не смогу с тобой быть, если продолжишь этим заниматься.

Макс дёрнул уголками губ, сдерживая улыбку. Есть условие, значит есть надежда.

– Разумеется. Я это понимаю.

– Придётся выбрать.

– Это простой выбор, – слегка улыбнулся Макс.

– Есть что-то ещё? – холодно спросила Лера.

– Ничего, – пожал плечами Макс, – я не Синяя Борода

51

, в моём шкафу не так много скелетов. Работа, дом, есть вещи какие-то, но в прошлом, почти обо всём ты знаешь. Хотя подожди…

Он снова посмотрел ей в глаза.

– Точно хочешь знать?

Она молча кивнула.

– В тот день, когда я тебе решал задачку, тогда в Пушкинском, помнишь? Короче, в тот день, я поехал в клуб и снял там девчонку.

Взгляд Леры наполнился злостью, но Макс продолжал:

– Я всегда раньше так делал, время от времени. Бары, клубы, приложения для знакомств. Так, чисто для секса. На один-пару раз. Думал, что будет так же. Потому что трахаться хотелось до невозможности.

Лера опустила глаза, по лицу пошли розовые пятна. Макс подошёл к ней вплотную. Он знал, что ей неприятно слушать то, что он говорит, но должен был продолжить.

– Так вот, Лера, девушка была красивая и развратная, но у меня с ней, представь себе, ничего не было.

Лера подняла глаза, Макс нависал над ней, упираясь рукой в ствол дерева.

– Я не захотел, передумал, противно стало. Знаешь почему?

Девушка отрицательно покачала головой.

– Потому что понял, что она мне не нужна. И никакая другая не нужна. Блондинка, брюнетка, высокая, низкая – не важно. Ни одна. Никого не хочу. Ни с кем не хочу быть. Кроме тебя.

Лера грустно улыбнулась.

– Это всё, о чём я не хотел бы тебе говорить. Всё. Весь перед тобой, ничего не скрыл

52

.

Где-то рядом громыхнуло. С востока шёл дождь.

– Я не знаю, что сказать, – тихо произнесла Лера, опуская глаза.

– Ничего не говори, – Макс провёл пальцами по мокрой щеке.