Страница 44 из 89
Глава 24. История Дейва и Мэллы
Увидев меня, женщина торопливо поставила корзину на землю и поспешила к крыльцу дома. В её глазах читалось смятение, когда она протянула руку.
— Тома, всё в порядке? — спросила Делла.
— Всё хорошо, — солгала я, принимая её помощь.
Пульс стучал в висках, но я старалась не подавать виду. Неожиданный наплыв людей смутил. Но стоило мне встретиться с лучезарной улыбкой Деллы, как тревога начала отступать, а на душе стало чуточку теплее.
Осознание того, что эта милая женщина — фейри, заставило сердце ёкнуть. В прошлую встречу я об этом не подозревала. Снова скользнув взглядом по добродушному лицу, я нахмурилась. Выглядит как человек.
Поглощённая разговором с Деллой, я не сразу заметила, как пронырливый Флокси, ничуть не стесняясь, крался к корзине, из которой выглядывали фрукты, ягоды и огромный клубень ямса. Хитрые глазки флифликса блестели в предвкушении добычи, а пушистый хвост помахивал из стороны в сторону, словно дирижируя своим коварным планом. Видимо, Флокси уже успел здесь освоиться, потому что он ловко утащил гроздь сочных ягод и скрылся в кустах, оставив после себя лишь шуршание листьев.
— Я решила тебя проведать, — сказала Делла. — Нашему вождю не нравится, что портал изменил время работы.
— Что? — вырвалось у меня. — Я.. я не знала.
— Теперь портал открывается ежедневно с 8 до 13 часов, — пояснила Делла. — Вождь беспокоится. И ещё Мило видел вчера в кустах зелёного мурзика. Это кошмар! Неужели корпорация добралась и до нашего острова?
Мои щёки залились румянцем.
«Кажется, я виновата, и Дейв был прав», — с этой мыслью я не могла справиться. Моё вмешательство в дела острова, возможно, привело к непредвиденным последствиям.
Флифликс, словно чувствуя мою тревогу, снова метнулся к корзине и сунул туда свою наглую мордашку.
— Флокси! — рявкнула я, отгоняя проказника. — Ну-ка перестань!
Хитрый розовый нос высунулся из корзины. Флокси облизался, невинно глядя на меня своими глазами-бусинками.
— Ах, какой у нас проказник! — умилённо воскликнула Делла. Заглянув в корзину, она достала ещё гроздь спелых оранжевых ягод. Флокси, не теряя времени, ловко схватил их лапкой, засунул за щеку и, вильнув пушистым хвостом, умчался прочь.
— Давай пройдём в дом, — предложила я, наблюдая за проказливым флифликсом.
Делла кивнула, бережно подняла корзину и пошла за мной. Переступив порог дома, мы направились на кухню. Делла, поставив корзину на пол, с улыбкой устремилась к белому столику.
Я суетливо кинулась к чайнику, сетуя про себя на то, что не мешало бы пополнить запасы воды. Из светлого кухонного шкафчика достала белоснежные чашки с алыми крапинками. Тонкий фарфор приятно холодил руки, а весёлый узор дарил надежду на то, что эта встреча не испортится окончательно.
Рядом с чашками на полке красовались блюдца, украшенные тем же узором. Я бережно расставила их на столе, стараясь не задеть друг о друга. Банка кофе, сахарница из прозрачного стекла, заняли своё место на столе.
На большом блюде в крапинку я разложила галетное печенье. Румяные квадратики, искусно выложенные «цветочком», манили своим хрустящим ароматом.
Делла всё это время молча наблюдала за моими приготовлениями.
— Послушай, — осторожно начала, поставив «цветочек», между нами, — мне не хотелось бы нарушать устои вашего острова.
— Вождь сердится, Тома, — Делла ответила, и в её голосе звучала неприкрытая грусть. — Он совсем не против портала, просто хочет защитить остров. Тебе нужно прийти к нам в деревню, чтобы поговорить с вождем. Так будет лучше.
Я кивнула, понимая, что споры сейчас неуместны.
— Но мне нужно сначала разобраться с новыми постояльцами, — возразила я. — И я не знаю дороги. А ещё мне нужно зайти на почту.
— В таком случае давай встретимся через два дня у господина Удвина, — предложила Делла. — Я провожу тебя в деревню.
Снова кивнула, чувствуя облегчение.
Наконец, вода закипела, и я, наполнив чайник, разлила ароматный напиток по чашкам. Пар тонкой струйкой вился над столом, унося с собой тревожные мысли.
Мы разговаривали о погоде и Алариэле.
Делла жаловалась, что давно там не была, а с новым режимом работы портала, конечно, возможностей стало больше. Но магнетики беспокоились о влиянии корпорации, ведь на острове водилось много мифических существ.
— А ты не знаешь, как там поживает Ханна? — я задала вопрос, который терзал меня всё это время.
— Ох, я как раз собиралась сегодня к ним зайти, — ответила Делла.
— Передашь Дейву, что я хотела бы с ним снова поговорить? — с надеждой спросила я.
— Конечно, передам, — кивнула она. — Но боюсь, Дейв тебя не станет слушать, Тома. Его сейчас волнует только Ханна, после отъезда Мэллы он разочарован в женщинах.
— Но почему она бросила дочь? — Я никак не могла смириться с этой несправедливостью. — Разве так может поступить мать?
Делла вздохнула, и в её глазах мелькнула боль.
— Это долгая и печальная история, — сказала она.
— Я хочу её знать, — пробормотала, нервно стукнув чашкой по блюдцу.
— Прости, но я не могу тебе рассказать, — с грустью произнесла Делла, опуская глаза.
— Почему? — с любопытством поинтересовалась я.
— Это часть истории моей семьи, не самая приятная, к сожалению.
— Постойте.. вы родственница Дейва? — осенило меня.
— Да, — кивнула Делла. — Младшая сестра покойного макграфа Мейси, отца Дейва. Я поздний ребёнок, и уже давно живу здесь. До приезда племянника я поддерживала связь с его матерью, и именно она просила меня присматривать за сыном и внучкой.
— Боже мой, я и представить себе не могла! — воскликнула я.
— Я вижу, что Ханна тянется к тебе, но будет лучше, если ты уйдёшь. Сейчас. Пока ей не стало хуже. Не стоит причинять девочке ещё больше боли.
— Но я не могу уйти, Дэлла! — решительно заявила я. — Я истинная вашего племянника.
— Что? — вскрикнула она от удивления.
— Я видела серый мерцающий туман, — объяснила я. — И чувствую связь с вашим племянником, как никто другой. Возможно, поэтому я уже люблю Ханну? Может быть, его любовь — это и моя любовь? Я не знала об истинности, пока мне не рассказал доктор Мистралл. В моём мире, откуда я родом, нет такого понятия, как «истинная», но существует другое — «суженая судьбой». И я знаю, что именно так оно и есть. Я чувствую его страдания. Его гнев отзывается во мне физической болью. Дейв должен поговорить со мной, спокойно и откровенно.