Ты для меня целый мир

Глава 16. Неделя в ожидании

Все дни, что Джинна провела рядом с Брайсом, время летело незаметно. Свидания, поцелуи, ночи в его особняке — всё смешалось в сладкую, тягучую симфонию. Джинна привыкла засыпать в его объятиях и просыпаться от запаха его кофе. Она уже почти переселилась к нему — по крайней мере, половина её вещей кочевала между общежитием и его спальней.

А потом в пятницу вечером пришло сообщение.

Брайс: Принцесса, мне нужно срочно уехать. Переговоры в другой стране. На неделю.

Джинна смотрела на экран, и внутри что-то сжалось.

Джинна: Когда?

Брайс: Завтра утром. Самолёт в восемь. Я хотел сказать лично, но ты уже ушла к Лине. Прости.

Она набрала номер. Он ответил после первого гудка.

— Я скучаю уже сейчас, — сказал он хрипло. — Глупо, да?

— Нет, — ответила она, прижимая телефон к уху. — Я тоже.

— Я вернусь через неделю. Обещаю. И мы увидимся в тот же вечер.

— Напишешь, когда сядешь в самолёт?

— И когда приземлюсь. И каждый день между.

— Брайс… — она помолчала. — Будь осторожен.

— Для тебя — всё что угодно.

Неделя тянулась бесконечно. Джинна ходила на пары, но мысли были далеко. Лина, заметив её состояние, взяла шефство.

— Так, подруга, — объявила она в понедельник утром. — Ты сейчас превратишься в зомби, если будешь сидеть и ждать у моря погоды. Мы идём в кино. Потом в кафе. Потом в парк. У меня есть план.

— Какой план? — уныло спросила Джинна.

— Отвлечь тебя. А вечером будешь с ним болтать по видеосвязи. Идёт?

— Идёт.

И они действительно гуляли. Ходили в кино на какую-то лёгкую комедию, ели мороженое в парке, хотя конец марта был ещё не слишком тёплым, сидели в уютной кофейне и обсуждали всё, кроме Брайса — хотя Джинна ловила себя на том, что каждую минуту проверяет телефон.

Брайс писал каждый день. Иногда коротко: «Доброе утро, принцесса. Скучаю». Иногда длинными сообщениями: «Сегодня был дурацкий день. Слишком много людей, слишком много слов. Я закрываю глаза и представляю, как ты сидишь рядом. Становится легче». Иногда голосовыми. Его хриплый, уставший голос говорил: «Спокойной ночи, моя принцесса. Снись мне». Джинна переслушивала их по несколько раз, лёжа в своей кровати в общежитии.

Лина ворчала:

— Ты влюблена по уши, это не лечится.

— И не надо лечить, — улыбалась Джинна.

Они созванивались по вечерам. Видеозвонки длились часами — Брайс сидел в гостиничном номере, иногда в рубашке, иногда уже в футболке, и они говорили ни о чём и обо всём. О том, как прошёл день. О том, какая смешная история случилась с Линой. О том, как он ненавидит переговоры. О том, как она скучает.

— Я купил тебе подарок, — сказал он однажды.

— Какой?

— Не скажу. Увидишь, когда вернусь.

— Ты дразнишь меня.

— Это взаимно, принцесса. Ты дразнишь меня каждый раз, когда надеваешь что-то с открытой спиной.

Она покраснела даже через экран.

В четверг он написал: «Завтра вылетаю. Буду вечером. Жди».

Джинна прочитала это сообщение раз десять. Потом подошла к шкафу и начала перебирать вещи.

— Что ты делаешь? — спросила Лина, выглядывая из-за ноутбука.

— Выбираю, в чём встретить его.

— О, это серьёзно. — Лина отложила ноутбук и подошла. — Давай помогу.

Они пересмотрели весь гардероб. И в самом дальнем углу, за зимними свитерами, Джинна нашла его. Платье, которое она купила полгода назад и ни разу не надела. Корсетное. Чёрное. С открытыми плечами и глубоким декольте, но при этом элегантное, не вульгарное. Ткань — плотный атлас, переливающийся при свете.

— Оно, — выдохнула Лина. — Ты будешь в нём богиней.

— Не слишком ли откровенно?

— Джинна, вы не виделись неделю. Он будет смотреть только на тебя. И плевать, что на тебе надето. Но в этом… — Лина погладила ткань. — В этом он точно потеряет голову.

Джинна улыбнулась и повесила платье на видное место.

В субботу она проснулась в шесть утра от сообщения: «Я в самолёте. Через четыре часа прилечу. Через пять — буду у тебя».

Она не могла больше спать. Встала, приняла душ, долго укладывала волосы — сегодня они упадут на плечи мягкими волнами. Макияж — лёгкий, но с акцентом на глаза. Духи — Good Girl Blush, его любимые.

Лина проснулась от шума.

— Ты уже готова? — спросила она сонно.

— Почти.

— Джинна, сейчас семь утра. Он приедет через несколько часов. Ты себя изведёшь.

— Я не могу ждать.

Лина вздохнула, села на кровати.

— Тогда давай позавтракаем. Я сделаю омлет. А ты пока подыши.

Время ползло.

Джинна сидела у окна и смотрела на улицу. Каждая проезжающая белая машина заставляла её сердце биться чаще. Но это был не он.

Она написала: «Ты где?»

Ответ пришёл через минуту: «Только приземлился. Еду к тебе. Час».

Час. Шестьдесят минут. Три тысячи шестьсот секунд.

Она оделась в платье — корсет затянула туго, но не до боли. Туфли — чёрные лодочки на шпильке. Волосы — волнами. Духи — на запястья, за уши, на изгиб шеи, на декольте.

Лина окинула её взглядом и присвистнула.

— Джинна, он не выживет.

— Это его проблемы, — ответила она, но внутри всё трепетало.

И вот знакомый белый «Гелик» свернул во двор. Джинна выбежала на улицу, не дожидаясь, пока он выйдет.

Брайс открыл дверцу и шагнул к ней. Загоревший, уставший, в тёмной рубашке с закатанными рукавами. И такой родной, что у неё перехватило дыхание.

— Принцесса, — сказал он, и его голос сорвался.

Она бросилась в его объятия, и он подхватил её, закружил, прижимая так крепко, что она пискнула.

— Я скучал, — прошептал он ей в волосы. — Безумно. До чёртиков.

— Я тоже, — ответила она, не разжимая рук.

Он отстранился, посмотрел на неё — на платье, на корсет, на открытые плечи. В его глазах загорелся тот самый огонь.

— Ты… — он сглотнул. — Ты выходишь в этом на улицу?— спросил Брайс, и его голос сел до хрипоты.

— Только ради тебя, — ответила я, чувствуя, как внутри всё трепещет.

Он смотрел на меня секунду, другую, а потом вдруг усмехнулся и покачал головой.

— Погоди. Я кое-что забыл.

Он открыл заднюю дверцу «Гелика» и достал небольшую бархатную коробочку тёмно-синего цвета. Я замерла.

— Что это? — спросила я, хотя догадка уже обожгла изнутри.

— Подарок, — ответил он, протягивая коробочку. — Я купил его в командировке. Хотел вручить вечером, но, кажется, не могу ждать.