Страница 52 из 73
— Да ни в чем, Ален, это я не так выразился.
— В чем. Я. Неправа, — отчеканила она.
— Ты очень много работаешь, Алена… А семье уделяешь… мало внимания. Мне мало внимания.
Я сказал и замолчал, чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой, болезненный узел. Вот к чему сейчас эти выяснения? Все и так зыбко…
— Знаешь что, Володя… Вот эта ситуация… — она говорила медленно, тщательно подбирая слова, — …она очень ярко показала, что, несмотря на наш брак, жизнь может так повернуться… что придётся рассчитывать только на себя.
Алена откинулась на косяк двери, взгляд ее был устремлён куда-то вдаль, в будущее, которое рисовалось в мрачных тонах. Меня передёрнуло.
— Я… я чувствую себя неуверенно, — призналась она тихо. — Если, предположим, — она сделала паузу, взгляд стал ещё тяжелее, — …не будем переходить на личности… что ты полюбил другую… и решил уйти… я останусь ни с чем…
Ком подкатил к горлу. Тяжело, больно…
— Ты о чем вообще? Не будет такого! Не надо так говорить! Ты же знаешь… — я попытался призвать ее к логике, — что при разводе всё делится поровну. И фирма моя, и дом, и всё, что нажито.
— Деньги — это не так важно… И то, сейчас такие адвокаты акулы, еще неизвестно, чем закончится суд. Иногда матерей и детей лишают. Работа-то у меня неофициальная… Важно другое — страх… понимаешь? Страх остаться одной…
Она тяжело вздохнула и отвела взгляд, словно стыдясь своей уязвимости. Я смотрел на неё и чувствовал себя последним подонком.
— Слушай… — начал я нерешительно, — Ален, зачем ты об этом дерьме думаешь? Никогда такого не будет. Как бы жизнь ни сложилась, если уж мы говорим об этом, я никогда так не поступлю. И опять же. А ты не думала, что эти дни тяжело и мне дались?
Алена кивнула, но в её глазах не было ни понимания, ни сочувствия. Только усталость. Бесконечная усталость.
— Вот когда Антон, — она говорила ровно, но с явным упрёком, — рассказал тебе про свою беременную подругу… ты же сам сказал ему: «С вещами на выход! Иди работай!»
— А что я не так сказал? — вскипел я защищаясь. — Пускай идёт и работает, если своих уже завёл! Какая, на хрен, учёба?! Кто семью будет кормить?!
Она молчала, а я вдруг понял, как далеко мы друг от друга ушли. Эта пропасть из недосказанности, обид и непонимания вдруг стала казаться мне самой страшной вещью на свете.