Страница 7 из 40
Она была другой, чем в Ольховке, — менее живой, более плотной, но всё равно отзывалась, когда я её касалась. Я закрыла глаза и прислушалась. Где-то глубоко под землёй текла вода, росли корни, спали семена. Где-то далеко на севере лежали горы, на западе — Великий Лес, на востоке — море. И весь этот мир, огромный и разнообразный, ждал меня. Я постояла так немного, а потом вернулась в комнату. Завтра мы снова двинемся в путь. До Остхельма оставалось ещё полторы недели пути. И с каждым днём мир будет становиться всё больше. Утром, когда мы собирались в дорогу, к нашему обозу присоединились ещё люди — те самые крестьяне из пострадавшего обоза. Они решили ехать с нами до самой столицы. Женщина с ребёнком, её муж, ещё двое парней — все они теперь сидели на телегах, укутанные в одеяла и плащи. — Спасибо тебе, друидка, — снова сказала женщина, когда мы тронулись. — Если бы не ты, гоблины нас всех.. — Не меня благодарите, — ответила я. — Землю. Она не поняла, но кивнула.Кора, ехавшая рядом, усмехнулась и покачала головой. Я смотрела на дорогу и думала: впереди ещё много всего. Гоблины, орки, эльфы, гномы, вампиры, драконы, магистры, которые не любят друидов, и Академия, о которой я пока ничего не знаю. Но я справлюсь. Я всегда справляюсь. — О чём думаешь? — спросила Бриония. — О том, что мир большой, — сказала я. — И о том, что я только начала его узнавать.